Anevka

Хочешь отдачу - запишись в секцию стрельбы
1 245
68 635
111
22 176

Заходилa

17 191 комментарий, по
времени, по убыванию

Написалa комментарий к посту Субботний отрывок: выпуск 160

Многие сходились во мнении, что людям без великих сидхе лучше (причём, как сами люди приходили к такому выводу, так и великие сидхе). 🙂 

Собственно, там и роман в основном об этом. 


С другой стороны, если уж королева начинает потешаться над ближними, а особенно над страдающим частичной амнезией после излишеств на Эмайн Аблахе цвергом, умение менять облик оказывается очень кстати. 

Написалa комментарий к посту Субботний отрывок: выпуск 160

И не догадаться же.

Да, причем даже специалисту. Определила методом последовательного исключения возможных причин. Комплекс упражнений сменить пришлось. Но сейчас нормально всё. 

Как удобно!

Да, есть свои плюсы 🙂 Хотя и выводит из состояния душевного равновесия окружающих, не принадлежащих к числу великих сидхе (а после безвременной кончины Кенн Круаха, Повелителя Туманов, на земле людей их кроме Мэб и не осталось вовсе). 

Впрочем, этот факт тоже иногда можно отнести к плюсам. 

Написалa комментарий к посту Субботний отрывок: выпуск 160

Даешь обучающий канал на Ютуб!

Поддерживаю! Поткаждой неведомой фигне должен быть обучающий ролик. Я вот когда стала практиковать одну йоговскую асану (мне невролог для исправления последствий сидячей работы рекомендовал), у меня страшно стала болеть нога. Сначала немного, но дальше больше (я просто не сразу соотнесла эти два факта как причину и следствие, было вообще не очевидно). Так потом оказалось, что у меня на одной ноге надо связку прежде растянуть, она суховата длч таких извращений (а на второй норм). 

А у меня теперь вопрос: каков же истинный облик Мэб?


Отсутствует. Она королева фей, так что выглядит, как пожелает. 


У великой сидхе не было постоянного тела. Она могла предстать гигантом, возвышающимся выше вековых елей, или крохотной букашкой с прозрачными крылышками. Прогуливаясь по дорожкам сида с предводителем Ночных Всадников, Мэб становилась статной дамой, которой цверг едва доставал до груди. И это приводило его в ярость. Когда-то.


Но к Ульву она всегда приходила маленькой женщиной с грозовыми глазами. Той, кого Бард увидел, разбив свою арфу. Той, что держал на руках, прижимая к груди, как величайшее сокровище. Той, которую…

Написалa комментарий к посту Субботний отрывок: выпуск 160

Вот уж да, священные тексты можно трактовать очень по-разному, без обучающих видосов на ютубе самоучке трудно. А учителя благосклонность ещё поди найди. А то знаем мы этих просвящённых, всё потешаться норовят. 


спойлер (показать)

Она не шевелилась и позволила ард ри отбросить покров. Увидев сморщенную, как печёное яблоко, седую старушку с водянистыми глазами и впалым ртом, король отшатнулся и, пробормотав: «Нет, это слишком! И без ночи с Душой Ирландии обойдусь!»  бросился прочь.


Когда эхо его шагов затихло в пустых залах, Ульв смог, наконец, отойти от двери. 


– Истинное лицо верховной власти безобразно, – старушечьими губами усмехнулась Мэб. – Не каждому по силам такое бремя нести.


Она взялась за край вуали, собираясь снова накинуть её на лицо, но Бард перехватил её руку, погладил морщинистую щёку. Кожа сразу разгладилась, засветилась серебристо-лунным цветом, водянистые глаза потемнели, в воздухе нарастало напряжение, какое бывает перед грозой. Ульв наклонился к своей королеве, словно хотел до предела сжать воображаемую пружину, чтобы душное ожидание, наконец, разразилось грозой и закончилось освежающим дождём.


– Он не достоин чести даже смотреть на тебя, – прошептал Бард низким, чуть хрипловатым голосом, и не пытаясь околдовать Мэб вкрадчивым тембром: слишком унизительными казались неудачи.


Она приложила палец к его губам.


– Зачем ты назвал этого мальчика ард ри? Разве ты видел его во сне?


Ульв отступил на шаг, пытаясь скрыть досаду: говорить о короле, решившем ослушаться друида, не хотелось.


– Меня уже тошнило от бычьей крови. Раз за разом её вливали в меня всё больше и больше. Но в снах я никого не видел. Просто бродил в пустоте, иногда по залам Тары. Но всегда один. Этот… бычок не хуже и не лучше прочих. Правда, норовистым оказался. Вошёл во вкус.


– Хм… – лукавый взгляд сделал из Мэб совсем девчонку. Она нарочито задумчиво провела рукой по барельефу с изображением тернового куста. – Гулял по Таре Королей и так ни разу никого и не увидел? Ни в полированном полу, ни в тёмном окне, ни в серебряном блюде?


– Тщеславные мысли меня посещали, – Ульв сложил руки на груди и отошёл к глубокой нише, отделанной золотом и драгоценными тканями. Он предвидел направление очередной насмешки королевы фей, и уже заранее было больно. Как можно представить цверга, занимающего престол потомков богини Дану? Безумие горячечного бреда. Глупость. Но глупость всё же меньшая, чем страстная мечта покорить сердце великой сидхе. – К счастью, все сомнения в Таре легко разрешить.


Ульв вытянул руку и небрежно опустил на невзрачный с виду камень, занимавший почётное место в тронном зале. Как и следовало ожидать, камень Фаль, камень королей Тары, промолчал и на этот раз.


Мэб тоже подошла поближе и произнесла с тонко выверенной и неоднократно применявшейся интонацией – как будто обращалась к слабоумному: 


– Это – кусок скалы, в которой какой-то шутник вырезал пару углублений в форме ступней. Что такого интересного ты в нём нашёл?


– Фалльский камень, – Ульв медленно убрал руку за спину и теперь украдкой следил за рассеянным светом, беспорядочно рассыпавшимся по платью Мэб, превратив его из чёрного в рассветно-серое, – применяется для устранения ошибки, которую может допустить друид.


– Ключевое слово тут – Фалльский, – паутинка накидки Мэб растаяла, улетучилась с порывом неведомо откуда взявшегося тут ветра.


Ульв явственно чувствовал, что над ним потешаются. Но пока не был уверен, действительно ли перед ним подделка, или сидхе морочит ему голову, желая посмеяться над легковерием цверга.


– Кенн Круах сказал мне, что последний луч заходящего Самайна падает на камень Фаль в тронном зале Священной Тары, – упрямо пробубнил Бард. – Зачем ему было лгать?


– Боги не лгут, – кивнула Мэб, снисходительно поглаживая Ульва по гладкому подбородку. – Их надо просто научиться понимать. Тут ключевое слово было «священной».


В следующий миг у друида перехватило дыхание, а глаза болезненно заныли, хоть он инстинктивно прикрыл их рукавом.


– Добро пожаловать в Священную Тару, Великий Бард! – звонкий голосок заставил его вздрогнуть и открыть лицо.


Да, это действительно была Тара. Та Тара, которую он видел во сне: с белоснежными, полупрозрачными, как китайский фарфор, стенами, наполненная светом, свежим ветром и упоительными ароматами. Но на этот раз она не была пустой.


Стайки щебечущих фей, вперемежку с птицами, проносились мимо, деловитые лепреконы сновали туда-сюда, несколько кобольдов лихорадочно постукивали крохотными молоточками, заканчивая новую стенную панель из серебра, изображавшую чёрного волка, бегущего по лунной дорожке. Сама луна, полная и сияющая, висела высоко, у самого чёрного свода, усыпанного искрами волшебных кристаллов. Задрав голову, волк, видимо, тоскливо выл. Один из кобольдов достал крупный изумруд и точным движением поместил его в пустовавшую глазницу. Взгляд серебряного с чернью волка из тоскливого сделался хищным и жадным.


– Добро пожаловать! – повторила молоденькая альва, почтительно склоняясь перед Ульвом.


– Да пребудет с тобой милость богов, – машинально ответил друид, но альва расцвела и засветилась счастьем, как будто он и вправду осенил её благословением. Увы, теперь и сам Великий Бард не стал бы уповать на тех, чью милость призывал. Он даже пожалел о вырвавшихся словах. Не след без нужды тревожить мёртвых.


– Где… королева? – спросил Ульв, безуспешно оглядываясь по сторонам.

Написалa комментарий к посту Режиссер Клушанцев Павел Владимирович

, некоторое количество восьмиклассников и девятиклассников вынужденно посмотрели "Дорогу к звездам"

Я уверена, что это далеко не худшее, что можно показывать нынче детям на уроке. Так что так держать! 

Написалa комментарий к посту От писем в пустоту до официального разрешения: как я получил права на озвучку книги.

Какой интересный квест вы поошли! Поздравляю с успешным его завершением! Бонус: вы не только получили права, но и лично познакомились с автором. Это здорово. 

Написалa комментарий к посту Грустный пост

А сил-то с каждым годом не прибавляется, приходится уже думать, на что их направить.

Поддерживаю! Абсолютно рациональный подход. Поэтому что не приносит приемлемой отдачи в том или ином виде можно и нужно подвергать усекновению. 🙂 

Написалa комментарий к посту Грустный пост

самое неприятное для современного литератора — быть разнообразным. Чем дальше ты отходишь от канона в чужой голове, тем чаще получаешь на выходе тишину.

Полноте, да только ли для современного? То, что вы описали - естественный ход вещей. Если ваши работы разнообразны, они зацепят больше разных людей, но сила притяжения их в вашу орбиту как автора будет слабее, нежели чем если бы вы писали узко направленные произведения для определённой аудитории. 

Мало желающих становиться заложником одного жанра/идеи, но к этой свободе прилагаются и соответствующие околичности. 

Я за собой часто замечала, что мне нравятся у автора первый роман или цикл (ибо я весьма толерантна к форме, но требовательна к идейному наполнению, а именно в дебютных произведениях люди чаще всего выражают самое сокровенное и выстраданное),  а потом автор поворачивается лицом к коммерции и пишет не то что хуже... а так, чтоб продавалось хорошо. 

А мне такое уже читать не интересно. При этом от авторов частенько прилетает потом претензия, вот, мол, я поменял(а) жанр и всё, ты бросила читать, такая-сякая, не понимаешь моих творческих поисков и тыры-пыры. А я прекрасно понимаю эти поиски и ни разу не осуждаю, но! Я ищу другого. А если мне этого не могут дать, то зачем?

Верно и обратное. Если вы как автор не получаете на площадке отклика в таком количестве, чтоб энергия, притекающая от поклонников, восполняла энергетические затраты на присутствие, то для чего время тратить?

Написалa комментарий к посту А вам хочется делиться?

Жизнь слишком коротка, чтоб тратить её на отрицательные эмоции. Но, возвращаясь к началу беседы: на мой взгляд, это неплохой маркер, как можно определить, стоит ли продолжать с собеседником общение на определенные темы. Если начинает огрызаться, то, пожалуй, лучше о другом поговорить. 

Довольно часто удается поддерживать приятное общение с людьми,с которыми у вас может быть не так много общего, если очтаваться в поле пересечения ваших интересов. 

Написалa комментарий к посту Субботний отрывок: выпуск 159

и постебался

Да, ирония ощущается, даже для меня, вне контекста дорамных стереотипов 🙂 

Дружище, я так тебя понимаю!)) Кто бы не устал?

Да, философия как соль. Совсем без неё пресно, но если перебарщивать, тоже не хорошо. И на спине откладывается. 

Написалa комментарий к посту Как хвалить книги

Если нам нравятся два писателя одновременно, это ещё не значит, что они похожи :)

Совершенно верно. Не исключена даже вероятность, что сами эти писатели друг друга терпеть не могут. 

Написалa комментарий к посту Как хвалить книги

В целом я согласна с вами: какой смысл искать "похожее на", если гораздо веселее искать не похожее. Я даже скажу больше: в тех немногих случаях, когда я открывала нового автора, которого рекламировали как "нового %автора, который мне нравится%", так по итогу оказывалось, что они совсем разные. Скажем, Лермонтов тоже хорош, и, пожалуй, нравится мне куда больше Пушкина, но совершенно не за то, за что Александр Сергеич симпатичен. Хотя если задаться целью найти между ними параллели и сходства, то запросто можно это сделать. 

Что же касается предложенного упражнения по самопрезентации... 

Ну вот я однажды написала простенькую в сюжетном и композиционном плане фантазию в эклектичном антураже кельтской, финнской и скандинавской мифологии, весьма вольно переплетённой моим авторским произволом, и кое-где в качестве приправы присыпанной истрическими фактами. 

Что в этой истории уникального? Я написала её в подарок человеку, который лет эдак пятнадцать назад доколебался до меня на одном ныне не существующим литпортале, чтоб раскритиковать мой дебютный роман. Критика была едкая, мы поругались, но потом, как это часто бывает, слово за слово - до сих пор дружим. 

Ну и вот посредством моего подарка я пыталась одновременно сделать своему язвитильному другу приятное (ибо в конце там таки хэппи энд), но, в то же время в качестве педагогического мотива провести через повествование... кхм... скажем так, своеобразное зеркало, чтоб прототип главного героя мог взглянуть на себя со стороны и осознать, как порой воспринимают его другие люди. 

Роман адресату понравился настолько, что он даже загорелся целью его напечатать... Мне едва удалось уговорить его оставить эту бедовую затею. И настолько неприятным было погружение в прозу издательских будней, что заниматься художественной прозой я забросила лет не несколько. 

Друг мой винил в этом себя, так что в минуту патетического самобичевания поклялся больше никогда и ни за что не открывать страницу ни одного литературного сайта. (И, насколько мне известно, до сих пор скрупулёзно исполняет этот гейс). 

Вот такая история 🙂 

Написалa комментарий к посту Субботний отрывок: выпуск 159

Как сказала бы Алиса Лиддл: "Хе-хе!" Кто-то, видимо, с помощью шаманов внимание отвлекает. А сам настоящие колдунства колдунствует! 

— Родословную высших демонических кланов посажу переписывать… — вполголоса пригрозил Ци Жэньцзя. — Сто, нет, сто пятьдесят раз!

Это пять! 😆 


А я, раз так, процитирую конец эпизода, начало которого когда-то уже в субботние отрывки приносила. Там, по сути, тоже вроде шаманского ритуала. И бонусом: есть персонаж почти тёзка вашего 😆 

спойлер (показать)

– Ладно, понял, хватит уже! – не выдержал Джегг и вскочил во весь рост, чуть покачнулся от резкой смены угла зрения. – Мне надо ценить, что есть, а не сокрушаться о том, что не сбылось. Это ты хотел мне сказать? 

– Хотел? – Оле снова начал раскачиваться на стуле. Руки его были сцеплены в замок, а большие пальцы крутились друг вокруг друга. – О, нет, Джегг, я ничего не хотел. Нет-нет! Я не могу хотеть. Меня ведь тут даже нет. Ты ведь сам меня убедил. Что меня нет. И тебя нет. 

Оле развёл руками и рассмеялся, довольный собственной шуткой: 

– Кого ни хватишься, никого нет! Очень удобно. 

Джегг снова сел на кушетку, упёр локти в колени, а ладонями потёр лицо. 

– Я устал от схоластики и философии. Устал скрываться за ширмами слов. Устал убеждать себя, что Астер кто-то отравил. Ведь я прекрасно знаю – никто с таким намерением даже близко не смог бы к ней подойти, пока я рядом. А я постоянно с ней был.

– И-и-и? – амплитуда стула-маятника приобретала угрожающий размах.

– Она отравилась… мной. Я и есть яд, который её едва не убил. 

Оле закивал и сделал рукой подбадривающий жест. 

– Хорошо, хорошо, а дальше? 

– Что «дальше»? – рявкнул Джегг. – Это ты мне скажи! Как мне поможет вся эта канитель с воспоминаниями? Практический смысл в чём? Как поступить? Оле, ты можешь просто, без обиняков, сказать, что мне делать теперь?

Передние ножки стула Оле резко ударились об пол. Звук должен был быть оглушительным, но Джегг его едва расслышал из-за нарастающего шума вокруг. Ритмичная вибрация била по ушам. И, вроде бы, волной проходила по стенам. 

– Что делать, Джегг? – переспросил Оле и заозирался по сторонам: тоже, должно быть, заметил аномалию. – О… будь я на твоём месте, начал бы с простого. С самого несложного, Джегг. 

Вибрация и порождённый ею шум звучал всё громче, всё сильнее заглушая голос покойного белого священника. 

– Начни дышать, Джегг. С этого все начинают, знаешь ли, это не так уж сложно. Некоторые ещё и орут, но не надо, вот этого не надо, без этого нам можно и обойтись. 

– Дышать? 

Джегг переступил с ноги на ногу – вибрация переползла на пол, и теперь тот вздувался мелкими волнами, и тотчас же опадал. А ещё Джегг стал различать в ритме слова. Знакомые. Это была сиренийская молитва. Правда, почему-то, на трансгалакте. 

– В каком смысле – дышать?

– В прямом, Джегг! – крикнул Оле, стараясь перекрыть шум. – В самом непосредственном смысле!!

Сиренийская молитва сотрясала уже всю комнату, так что опрокинулся прикроватный столик, а окно смялось, как будто было картинкой, вырезанной из бумаги. Голос Оле окончательно потонул в монотонном гуле, и Джегг по одним его губам прочитал: 

– Ды-ши!

Оле воздел руги горе, грудь его высоко поднялась на вдохе, как будто он показывал непонятливому собеседнику, как именно следует дышать. 

Джегг непроизвольно последовал его примеру и… закашлялся. Оказалось, что во рту у него гибкая трубка. Он судорожно вытаскивал её из горла, под не прекращающуюся сиренийскую молитву, теперь совсем тихую. 

Аббатиса Ли-Су суетилась, трясущимися руками помогала ему с этим занятием, а когда Джегга вырвало, почти вовремя успела подать фарфоровый не то таз, не то салатник.

Потом он умывался под причитания и извинения белой священницы. Эта терапия считается хотя и травматичной (в таких запущенных случаях, как у Джегга, другое и не поможет), но сравнительно безопасной. Он долго не погружался в транс, но уж когда сработало – ни в какую не хотел из него выходить. Все мыслимые и немыслимые сроки прошли, а когда Джегг перестал подавать признаки жизни, она и вовсе запаниковала, подключила его к вентиляции лёгких, уже и сердце стало стучать всё реже и тише… Слава богам, что он очнулся!

– Вы верите в богов, аббатиса Ли-Су? 

– А вы не верите, чёрный священник Джегг? – пожилая женщина расправила складочку на сутане, в которую он снова облачился. – То, что вы сейчас видели… о таком не принято спрашивать, конечно. Но что с вами было… там?

Джегг сделал паузу, обдумывая ответ. Прихотливые галлюцинации, вызванные специфическим физическим стрессом, смесью дурманящих благовоний и недостатком кислорода? Благо, она догадалась вынести всю эту дрянь и включить кондиционер, когда он перестал дышать. 

– Мне кажется, я сам себе проповедь прочитал.

Написалa комментарий к посту А вам хочется делиться?

Меня они не то что бесят (я в целом человек достаточно толерантный). Я стараюсь держаться от них подальше. 

Но тут ведь тоже нюансы есть. Бывают люди, которые искренне гордятся своей элитарностью, неформатностью и т.д., так что трубят о ней на каждом углу. И читатели, де, у них должны быть не обычные, а особо интеллектуально подготовленные. Я не испытываю по отношению к таким людям отрицательных эмоций - они честно предупреждали. 

Но есть другая категория, люди, которые на публике за всё хорошее против всего плохого, ты покупаешься на стмпатичный образ, принимаешь приглашение в личный канал, а там... Обильное и злобное высмеивание окружающих. Тот не так выразился, этот подобрал неудачную метафору. (При этом оратор, мягко скажем, сам в этом смысле не идеален). А если кто-то осмеливается высказаться в смысле: "А нельзя ли сбавить градус негатива, а то с души воротит", в ответ столб огня: "Если вы пришли сюда из любви ко мне, дожны смеяться над теми, кто мне кажется смешным". 

А я не умею по указке смеяться над тем, что мне не смешно. И вообще в стаде быть не люблю. 

Написалa комментарий к посту А вам хочется делиться?

Мне, как правило, интересно слушать/читать людей, увлечённо рассказывающих о чём-то, что им нравится, даже если я сама к предмету страсти рассказчика в целом равнодушна. Будь то хетты, болиды формулы 1 или футбол - если человек глубоко в теме, он сможет сделать её занимательной и для мимокрокодила. 

Отписываюсь я от людей, как правило, когда они с упорством, достойным лучшего применения, рассказывают мне о собственных негативных качествах. Скажем так, негативных - с моей точки зрения. 

Все мы не ангелы, у всех есть те или иные слабости, алчность, высокомерие и зависть, увы, бывает, накатывают и на лучших людей. Но когда держатель канала начинает регулярно мне рассказывать, какие все вокруг козлы, а он один в белом плаще, я не присоединяюсь к хору его почитателей в едином "и я, ия в белом плаще! Да, я тоже считаю, что вокруг идиоты!", я просто отписываюсь. 

Да, я из тех, кто может спокойно спать, если в интернете кто-то не прав, или пишет то, что я не стану читать. 

Отделная каста творцов, вызывающих у меня брезгливое чувство, это та каста элиты, которые людей в целом презирают, но о широкой славе, деньгах и поклонении этих презренных мечтают. 

Написалa комментарий к посту Очередной посредственный кринж.

Когда-то давно я ходила в кино на премьеру "Статского советника". В ходе обсуждения с одним приятелем этого фильма, мой собеседник сказал про Михалкова: "Сам сволочь и играет сволочь. Поэтому смотрится исключительно органично".

Написалa комментарий к посту А вам хочется делиться?

рассказать друзьям, например, чиркнуть в чатике в телеге на десять человек.

Да, есть такое. Тут главное правильно оценить аудиторию. Я, бывало, делилась многими вещами с людьми, с которыми делиться конкретно этим не следовало. И, наоборот, бывало и так, что я покидала чей-то авторский канал, когда со мной активно начинали делиться тем, что мне не просто не интересно, а, прямо скажем, неприятно. 

Написалa комментарий к посту Субботний отрывок: выпуск 158

Логика вышла из чата, как часто бывает у мамочек)

Да, очень реалистично у вас вышло 🙂 Поэтому врачи в реанимации сразу требуют "мамашу выведите". 

Сложно бывает усидеть за дверью, когда твоего ребёнка мучают так, что он кричит (пусть даже и врачи, и для его блага). Мне в свое время удавалось, но воспоминание так себе. 

А папа у вас вылитый Николай II вышел. "Я в эту чушь не верю, но если любимая жена хочет Распутина, она его получит". 

И мама тоже есть, хоть одна фраза про нее, но запоминается.👍 

Да, я, собственно, поэтому этот отрывок и выбрала. Там про неё больше было, но и так слишком длинно вышло. 

И да, я подумала, но в первом комментарии забыла написать: действительно субботняя традиция очень тёплая и ламповая получилась, спасибо вам за неё. 

Я в силу ряда причин на АТ появляюсь очень эпизодически теперь, но в субботу утром всегда стараюсь заглянуть ради вашего флешмоба. Собственно, это единственное, что мотивирует меня регулярно загружать сайт. 🤗 


ЗЫ: А чем отрывок интригующий?

Написалa комментарий к посту Субботний отрывок: выпуск 158

Ох уж эти женщины! 😅 Все беды от них. Особенно материнская любовь, завязанная на собственнических инстинктах (ну и ещё если женщина избалованная). Вот где у неё логика? Или ты доверяешь шаману и выполняешь его рекомендации, или бьёшься в истерике и требуешь, чтоб тебя развлекали поминутными бюллетенями о состоянии здоровья сыночка. 

Лучше я умру вместе с сыном, чем буду ждать вестей за порогом!

В смысле? Он же сказал, что женская энергия для больного опасна, а не для женщин. Так что кричать надо: 

Лучше пусть сын умрёт, чем я буду ждать вестей за порогом!

С другой стороны, материнская любовь в энергетическом отношении штука мощная, так что если её правильно направить... 

спойлер (показать)

Джеггу показалось, что директор стал ниже ростом на целую голову, а то и две. Прежде высокий и несокрушимый, как скала, теперь он сильно сутулился и напоминал разъеденный эрозией холм. Если раньше его лицо было высечено из гранита, теперь это был выщербленный непогодой серый песчаник, покрытый рваными пятнами мха – небрежной щетиной.  В густой шевелюре явственно блестела седина. Огг постарел так, что теперь казался едва ли не ровесником учителя Стила. Тёмные провалы на месте прежних глаз остановили взгляд на Джегге. 

– Ты как? – голос звучал надтреснуто и глухо. Юноше стало его очень жаль.

– Всё хорошо, директор! – отозвался он так бодро, как только мог. – Голова немного кружится, но ничего…

– Это пройдёт-пройдёт, – белый священник похлопывал Джегга по руке. – Это всё… а ему бы бульончика бы, а, Огг? До обеда-то ещё далеко, да и вряд ли он его сможет есть. А как ты думаешь, на кухне смогли бы бульончика бы? 

Огг коротко кивнул. 

– Я распоряжусь. 

И вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Оле проводил его взглядом и сокрушённо покачал головой. Но тотчас же снова повернулся к Джеггу, заулыбался и радостно хлопнул в ладоши:

– А смотри, какого зверя тебе принесли! Видел его, Джегг?

Оле указывал куда-то в угол кровати. Джегг вздрогнул от перспективы оказаться рядом с каким-то зверем, но оцелот, сидевший за его подушкой, оказался плюшевым. И не слишком реалистичным: с гипертрофированно большой и круглой головы на Джегга смотрели неестественно огромные и яркие глаза. 

– Энна сказала, его Голубоглазик зовут. 

– Гхм… – Джегг растерянно разглядывал игрушку, не зная, как на это реагировать. 

– Она часто заходит к тебе, меняет вот цветы, – священник снова подвинул вазу на столе. – Сказала, зверюшку ей папочка подарил. Да, подарил… Когда кошмары ей начали сниться. Всем иногда кошмар может присниться, знаешь ли. А Голубоглазик может ловить дурные сны. И есть их. Ты первое время всё стонал и метался сильно, сильно-сильно, никакого сладу не было. Датчики срывал, срывал и трубки, вот, тоже.

– Я не помню никаких снов, – Джегг равнодушно уронил оцелота на постель. 

– Значит, Голубоглазик в самом деле так хорош, как папочка Энны говорит, – произнёс белый священник на этот раз без тени улыбки. – Ты держись этой девочки, парень. Крепко-крепко держись. Таким, как ты, знаешь ли, всегда нужен рядом кто-то такой, как она. Нужен, нужен… Уж поверь мне. 

Джегг попытался выдавить из себя вежливую улыбку. 

– Не веришь, – Оле наклонил голову набок и рассмеялся. – Я вижу, что не веришь, не веришь… Ну это ничего, это ничего… не всё сразу. Это придёт, потом придёт. Стил расскажет тебе. Вот вернётся, и тогда расскажет. Он умеет обращаться со словами, этот Стил. Чёрные священники все должны уметь. О, вам это надо уметь. А я могу только немножко показать. 

Оле сел на край кровати Джегга и легонько дунул ему в глаза. От неожиданности юноша быстро заморгал, а потом… на мир снова опустился серый фильтр. Как тогда, перед обмороком. Но всё же не совсем такой же: большая часть комнаты погрузилась в полумрак, хотя шторы всё ещё были подняты и Джегг видел за окном солнечный диск, но некоторые предметы стали испускать собственное свечение. Цветы на столе переливались радугой, и, хотя стояли они далеко, Джегг явственно стал ощущать их аромат. Неярким оранжевым светилось дерево полки – её собственноручно вытесал и собрал дед. Плюшевый оцелот, всё такой же несуразно большеголовый, выглядел почти живым, а глаза его превратились в два голубых фонаря. Мягким зелёным сиянием наполнял всё вокруг авалонский шёлк. 

– Откуда это у тебя? – спросил Оле, ущипнув и приподняв вверх краешек пододеяльника. 

– От мамы, – машинально ответил Джегг, разглядывающий свою руку в этом странном, но успокаивающе-приятном зелёном свете. 

– А-а-а, вот оно что! – Оле весело захлопал в ладоши, – Мама! Мама это хорошо. Мама это оч-чень-очень хорошо. Молодец твоя мама! Молодец-молодец!

Сам белый священник тоже светился. Джегг видел это периферийным зрением, но как только попытался взглянуть на Оле прямо, зажмурился от слишком яркого света, а когда открыл глаза, комнату снова заполнял обычный зимний день. 

– Что это было? 

– Что было? – Оле растерянно захлопал глазами. – Было-было… О, это, знаешь ли… Привязанность. Любовь. Благодарность. Забота о тебе. Всякие такие вещи, всякие. Ты очень много потратил всего. Остался совсем пустой. Пустым плохо быть. Плохо-плохо. Природа не терпит пустоты, знаешь ли. Если долго оставаться пустым, внутрь может пробраться всякая жуть, и всё! Для тебя места там уже нет. Стил бы мог помочь, если бы рядом был. Он умеет делать цепочки. Крючки. Цеплять за них людей, как рыбку. Да-а… как рыбку-рыбку! А я не мог, не мог… не умею, как он. Но я посмотрел – тут много есть всего. Твоего. Много есть. И Огг сказал, что ты и сам умеешь делать крючки. И я решил, что, если тебя сюда положить-положить, цепочка совсем-совсем коротенькая должна быть. Ма-а-аленькая совсем. Что тогда ты справишься сам. – Оле радостно закивал. – Так и произошло. Да! Ты не умер. Хотя должен был умереть, такой ты пустой был. Такой пустой, что не только хорошие сны попали внутрь. Всякие. Некстати улетел этот Стил! Некстати-некстати. Пока его в Космопорте нет, на месте, где он должен быть, тоже образуется пустота. Пустота-пустота! Он заплетает и заплетает паутиной дыру, но её постоянно кто-то рвёт. Рвёт и рвёт… Да… Ты не утонул в пустоте, нет. Нет-нет, не утонул. Ты зацепился за простыню и плыл на ней. – Оле тихонько рассмеялся. – Как тюлень. На льдине. Плыл и плыл. Но твари из пустоты не давали выбраться тебе. Они прыгали и прыгали вокруг. Я не смог их поймать. Я госпитальер, а не ловец. Стил бы сумел. У него есть крючки и для тварей, не только для людей. Ох уж эти крючки! Но потом Энна пришла. Энна… да. Хорошая девочка. И оцелот у неё хороший. Всех тварей поел. Всех-всех. Вот тогда ты сам и вылез наверх. Сам вылез. Стил хорошо тебя научил. Хотя и рано. Он не должен был. Ох, так не должен был! 

– Я… – Джегг устало потёр переносицу. – Я мало что понял. 

Оле лишь улыбнулся и ободряюще закивал. 

– Но вы могли бы научить меня, как самому видеть эти… этот свет от предметов? Мне кажется, это важно.

– Тебя-а-а? – Оле посмотрел на юношу с таким удивлением, как будто у него выросли рога. – Нет-нет, Джегг. Тебя не могу. У тебя неподходящая голова. И совсем забитая уже. Как у Стила… он, знаешь ли, однажды показал мне, что там, у него в голове. Это же кошмар! Кошмар-кошмар! Сплошные верёвки, канаты, цепи, цепочки, замки и крючки. Всё переплетено. Всё завязано.  Нет, Джегг, – белый священник на мгновение замер, погрузившись в задумчивость. – Энну могу научить. О, да-да. Энна хорошая девочка, её я научу-научу! Это обязательно. Это понадобится ей. И тебе. Но потом. Позже. Не сейчас. Сейчас принесут бульон. 

С последним звуком его слов дверь действительно открылась, и в неё задом вплыла повариха, прижимающая к себе супницу, чашку и черпак, до крайности недовольная тем, что ей приходится этим заниматься.

 

Написалa комментарий к произведению Overlord

Полностью поддерживаю ваше негодование: я тоже считаю, что это вольный пересказ перевода, а никак не фанфик. Собственно, об этом я честно предупредила в аннотации. 

Но вот у администрации АТ на этот счёт другое мнение. Тег "фанфик" я проставила не добровольно, а исключительно под их давлением. 

Если вы напишите желобу на несоответствие жарнру, я буду только благодарна. 

Собственно, можете и жалобу на сам факт выкладки тоже написать. Меня, если честно, подзадолбало, что те, кому интересно/нравится, читают молча, а вот те, кому наличие этого текста в природе как серпом по яйцам, обязательно придут и аыскажутся. 

Я с лёгким сердцем удалю его с сайта и перенесу на свой гугл диск, чтобы давать только адрессные ссылки тем, кто в этом заинтересован. 

Написалa комментарий к посту I wish to make a statement!

Одно с другим, как правило, связано 🙂 Писать на тему, которая не задевает тебя лично, можно разве что за серьезные деньги (или по какой-то иной равнозначной по степени мотивации причине). 

А так как в нашем веке порог вхождения в писательство очень низок, большинство руководствуются всё-таки личными мотивами. И, в самом деле, это отличный способ терапии. 

Написалa комментарий к посту Как вы тут разгребаетесь?

Неужели отписываетесь от людей заранее?

Нет, меня Джокер обучил премудрости, где нажать кнопку, чтоб не получать в ленту новости от друзей, от которых я устала их получать. 

Да, ну и друзей у меня поменьше вашего. 

Написалa комментарий к посту Иллюзия преданности + Иллюзия контроля. Отзыв

Самый яркий персонаж в этом романе — мир. Вот он прекрасно выписан, да.

Таки да. Производит впечатление искренности. В том смысле, что автор пусть и в аллегорической форме, но воссоздаёт реальные отношения между людьми так, как их понимает и ощущает. Уважаю такое. 

Написалa комментарий к посту "Немного" стероидов. Неприятный разговор в спортзале — и вопрос дня

Девушки, многим ли нравятся качки? Стероидные качки вроде этого товарища

Я вам не скажу за всю Одессу, но мне не нравятся. Поддерживаю вашу позицию по поводу стероидов. 

Написалa комментарий к посту Субботний отрывок: выпуск 157

И снова очень удачная картинка! И политические интриги. Эх, ни к чему-то хорошему они обычно не приводят...

Нота в самом деле минорная. Попробую поддержать. 

спойлер (показать)

...до пищеблока дойти они не успели: сигнальная лента, смонтированная вдоль коридора, замерцала тревожным оранжевым светом, раздался прерывистый код ошибки центральной системы. Код был Джеггу знаком:

– Навигационный модуль интерсеть потерял? – недоверчиво прокомментировал он. – Но с чего вдруг?

Астер достала мультикуб – при загрузке он окрасился в тот же оранжевый цвет.

– Не только навигационный модуль, – сказала она. – Мы вообще из интерсети выпали. 

– Я в аппаратную, посмотрю, в порядке ли приёмник, – сказал Джегг. – А ты бегом в рубку. 

Инженер кивнула и в самом деле побежала по коридору, нисколько не удивляясь, почему этот пассажир указания ей раздаёт – сейчас они с Джеггом понимали друг друга с полувзгляда. Если дело в приёмнике, это ещё полбеды, но если нет…

Приёмник был в порядке. 

– Дело вообще не в «Гибралтаре», – удручённо сказала Астер, показывая локатор Хэле и Джеггу. Всё пространство вокруг оказалось испещрено точками дрейфующих кораблей. – Местный ретранслятор сдох. 

– Или его специально заглушили, – заметил Джегг. – Это даже вероятнее. 

– Почему? – удивилась Хэла.

– Потому что коротковолновая радиосвязь всё ещё доступна. Ретранслятор околопланетарный здесь?

– Н-наверное, – задумалась Астер. – Тут звезда поблизости с обитаемой планетой, я задавала поправки на её притяжение и регулярные трассы местных кораблей. Забыла название, сейчас…

– О, – Джегг сел в своё кресло и уставился в потолок. – Дай угадаю. Эйнхерия. 

– Да, – Инженер как раз успела вывести поясняющий текст на автономную карту. – Эйнхерия. Ты про неё что-то знаешь?

Чёрный священник пожал плечами. 

– Не очень много. Но чего-то в этом роде от их колонии ожидали последние пять-восемь стандартных лет.

– Ожидали, что они будут глушить ретранслятор интерсети? – округлила глаза капитан.

– Что переворот государственный устроят. Или гражданскую войну, – со скучающим видом пояснил Джегг. – Посмотри, кораблей вокруг, как изюма в кексах Сегоя – явный переизбыток.

Теперь не только девушки, но и Сегой с Эжесом воззрились на локатор. 

– Да-а, – протянула Астер. – Их тут в разы больше, чем должно быть по графику. Это не регулярные рейсы. 

— Это паническое бегство, – прокомментировал Джегг. Он такое уже видел. – У Эйнхерии был неполный конклав: чёрных священников на планете вообще не осталось, а белых и легионеров, наоборот, сильный переизбыток на душу населения. Они чёрного формально запрашивают каждый собор, но к ним никто лететь не хочет.

– Почему? – полюбопытствовала Астер. 

– Потому что предыдущего они убили довольно неприятным способом, – сухо ответил Джегг, продолжая созерцать потолок. 

Сегой ошалело уставился на него.

– Да ладно! Ты серьёзно?

– А что, похоже, будто я шучу? – обернулся к нему чёрный священник с неприятной ухмылкой. – Нас никто не любит, но на Эйнхерии крайнюю изобретательность проявили. Это технологически развитый мир, автоматизированный. В общем, они загнали его на какой-то завод, вроде бы… я не очень понял, какая-то роботизированная линия. И довольно долго его там кромсало на куски. 

Несколько секунд в рубке висело напряженное молчание. Наконец, Сегой осторожно заговорил: 

– Но-о… Священная Миссия…

– А что Священная Миссия? – зло оборвал его Джегг. – Это их конклав и устроил. Для остальных колоний представили как несчастный случай. Но, конечно, следователей из внешних миров не допустили даже близко. 

– Подозрительно, – встрял молчавший до сих пор Эжес, – но, всё же, вы не можете быть уверены, что это, действительно, не был несчастный случай.

Джегг оглядел его с нескрываемым презрением.

– Я, почтеннейший, как раз могу быть в этом уверен. У жертвы были чётки. Это такие… такое устройство, вроде мультикуба, но меньше и проще, для экстренной связи с другими чёрными священниками. Помочь мы ему ничем не могли, но предсмертные вопли я слушал несколько часов.

– А у тебя есть чётки? – тихо спросила Астер, прерывая снова повисшее неловкое молчание.

Джегг невольно опустил взгляд на запястье левой руки. 

– Были.

Он их даже активировать не успел. Доверчивый идиот.

– Мы можем связаться с другими кораблями? – спросила Астер не столько из практических соображений, сколько желая отвлечь Джегга от мрачных воспоминаний. – Ты сказал, радио доступно? 

– Да, можем попробовать, – ответил он, охотно меняя тему, надел нейроперчатку на правую руку и занялся мнемосхемой участка связи. 

Астер передала Хэле микрофон, а сама развернула навигационную карту. 

– Говорит капитан «Гибралтара», – произнесла Хэла по знаку Джегга. – Меня кто-нибудь слышит?

Почти тотчас же отозвались несколько кораблей, прочёсывавших эфир на рабочих радиочастотах. Из их сбивчивых ответов на вопросы Хэлы выяснилось, что Джегг оказался неприятно близок к истине: на планете случился политический кризис. Конклав Священной Миссии объявил об упразднении руководства экспедиционного корпуса – верхушку правления арестовал Легион, остальным сообщили, что они теперь в прямом подчинении у конклава. Все гражданские, кто мог, погрузились на корабли и попытались покинуть колонию, благо до прыжковых ворот от неё рукой подать. И тогда пропала интерсеть. Оставалось или вернуться и отдать себя в руки Священной Миссии Эйнхерии, или дрейфовать, пока не закончится воздух. 

– Но мы-то не беглые экспедиторы! – заявил Эжес. – Мы можем безопасно высадиться на планету и…

– Заткнись, пожалуйста, – задушевно попросил Сегой.

Написалa комментарий к посту Сентябрьские новости

Мгм. Тем более анафема на "писателя", который так поступает. Вот не не люблю я, когда к второстепенному персонажу относятся как к неживому статисту. 

Вообще я за эту мысль зацепилась цепочкой ассоциаций и мини-анализ собственного отношения к чужому миротворчеству: не люблю, когда есть герой, а всё остальное - декорации, которые дорисовывают по мере необходимости (и в связи с этим часто впадают в грех нарушения внутренней логики). 

По мне так мир должен быть как айсберг: 10 процентов на виду, остальное в бездне авторского сознания (но эти 90% должны существовать, иначе баланс нарушается). 

Написалa комментарий к посту Сентябрьские новости

 Я уже много лет живу с плохим зрением и головными болями.

Да я вот, собственно, об этом. Такие проблемы со здоровьем в одном человеке, теперь ещё и пальцы, плюс территориальные - перебор. В книжке был бы перебор. Обязательно какой-то капитан Немо скрытно подкинул бы терпящим бедствие чемоданчик с инструментами и всё такое. 

Написалa комментарий к посту Сентябрьские новости

Вы знаете, если бы все ваши злоключения вывалили на персонажа книги, читатели бы хором возопили, что автор озверел, или с ума сошёл, или одноногую собачку пишет. 

Но увы! Реальность может с лихвой переплюнуть любую выдумку. 

Надеюсь только, что это работает в обе стороны, и с развитием вашего сюжета судьба преподнесют вам подарков и вознаграждений, по амплитуде соответствующих вашим сегодняшним несчастьям. 

Написалa комментарий к посту Субботний отрывок: выпуск 156

Мой любимый минор

Да, он вообще любитель поныть, как всё плохо. 😆 Первый рассказ про Джегга у меня получился как раз из диалога с его прототипом на тему "Свой мозг другому не вставишь". Он защищал позицию, что если б и можно было вставить, ничего хорошего из этого бы не вышло. А я рассматривала разные возможные варианты. 


И черный юмор тоже уважаю

Спасибо на добром слове   Оле один из моих любимых персонажей. (У меня почему-то часто случается, что любимые персонажи умирают где-то в начале). Но прелесть бытия демиургом как раз в том, что "завтра это другое название для сегодня". 

Собственно, со стороны все эти параллельные вероятности и интересно наблюдать. Что было бы, если бы...

Написалa комментарий к посту Субботний отрывок: выпуск 156

Да, разные линии развития событий, как в "эффекте бабочки" - это очень интересно всегда. Особенно когда кто-то из действующих лиц, вот как у вас, помнит альтернативные варианты. 

Ну и привязанности... да, сохраняются, но сложиться может по-другому. 

спойлер (показать)

– Когда вскрывается такой обширный гнойник, это опасно. Не только для вас – для всех. Вы слышите меня, священник Джегг? 

Он слышал, но отвечать не собирался, а потому просто закрыл глаза. Однажды это закончится. Так или иначе. Или она оставит его в покое, или он задохнётся в пахучем дыму глупой белой, потерявшей пятого чёрного. Туда ему и дорога. Всем им лучше было никогда не рождаться на свет.

– Джегг? – спросили совсем другим голосом. – Джегг-Джегг, давай уже, мальчик мой, хватит, не надо нам этого, ой, нет, хватит уже, нет-нет, прекращай уже, Джегг. Джегг?

Старушка-аббатиса, должно быть, решила подшутить. Вот только откуда она знает, как разговаривал…

– Оле. 

Джегг открыл глаза и поднялся. Тело подчинялось легко, отзывалось пружинящей энергией. И дышалось свободно. И свет… свет из окна заливал и палату госпиталя, и недовольно качающего лысой головой Оле. 

– Не надо так, – строго сказал белый священник и постучал пальцем по собственному виску, а потом указал этим же пальцем на Джегга. – Плохие мысли, Джегг. Плохие-плохие мысли, надо смывать и выбрасывать из головы, разве Стил тебя не учил? О, он учил-учил, я помню, как он ходил ко мне и жаловался, что ты… Ты не такой, как он, Джегг. Но это же хорошо! Ведь одинаковыми мы не могли бы все быть, а? Как ты думаешь, Джегг?

Оле выглядел совсем не так, как когда Джегг видел его в последний раз. Он выглядел… здоровым. Ни ожогов, ни повязок, ни датчиков и трубок жизнеобеспечения. Обычный, совершенно целый и невредимый Оле сидел у его постели, как, бывало, сидел десятки, если не сотни раз прежде. В той, другой жизни. До.

– Я думаю, что ты умер. 

Белый священник наклонил голову набок, немного подумал, а потом разулыбался, и согласно закивал. 

– Да, умер, это бывает, Джегг, ну что ж поделать? Это ничего. Это бывает… что уж тут. Иногда такое случается, мальчик мой. Но не часто, не часто, уж ты мне поверь…

– Обычно не чаще раза за жизнь. 

И его собеседник резко, как это всегда случалось с Оле, посерьёзнел и от беззаботного веселья перешёл к выговору: 

– А вот это как кому повезёт, знаешь ли, кто чего заслужил! Мы не можем знать заранее, Джегг. Никогда не можем. И я бы вообще не советовал тебе много размышлять на этот счёт. Не очень полезно это тебе, знаешь ли? Знаешь? Да, ты знаешь-знаешь, ты умный мальчик, ты всё и сам знаешь, Стил хорошо тебя научил…

– Эта наука разрушила всю мою жизнь.

Вот, наконец, он это и сказал. При жизни Оле как-то ни разу не хватило духу память учителя омрачить. 

– Я ненавижу то, что я делаю. Ненавижу последствия. Ненавижу себя. Потому что... потому что всё это бессмысленно. Я только причиняю боль и смерть. Себе и другим. Особенно другим. Я… убиваю всех, кто прикасается ко мне. И тебя… тебя, по сути, тоже я убил. 

Белый священник вздохнул и стал раскачиваться на стуле. Задние ножки скрипели по полу. Отвратительный звук. 

– Это неправда, Джегг. Ну что ты такое говоришь? А? Э… 

– Я не думал об этом. Старался не думать, но сейчас, я понял, что та катастрофа, в которой ты, и Огг… её подстроили. Подстроили, чтобы я…

– Так и было. 

Стул перестал качаться, скрип затих. 

– Так и было, да-а-а… мальчик мой. Но это не твоя вина, нет. При чём же здесь ты? 

– Если бы не я, вам с Оггом никто бы не угрожал. 

– О-о… Это вряд ли. Это очень маловероятно, Джегг. Нам ведь не впервой. Ох… Ты думаешь, мы не знали, на что идём, Джегг? Чем рискуем? О, мы ведь не настолько глупы, мальчик мой. Не настолько. Нет-нет! Я сам выбрал заботиться о тебе. А теперь я хочу, чтоб ты отпустил мою смерть. И не винил себя в ней.

– Ты не можешь ничего хотеть, – возразил Джегг, ощущая, как першит в горле, и в глаза будто песка насыпали. – Ты не настоящий, Оле. Тебя здесь нет. И меня здесь нет. Я лежу на кушетке в комнатушке сумасшедшей сиренийки и, возможно, смотрю свой последний сон. Я не плакал уже много лет, это тоже иллюзия. Я разучился. Как разучился мечтать, радоваться и желать. Я…

– Ты так и не научился убедительно врать, Джегг, – снисходительно усмехнулся Оле. – Даже себе. Ну, допустим, нас здесь нет. И что с того? Где вообще это «здесь»?

– У меня в голове, – огрызнулся Джегг, раздосадованный тем, что его сбили с нужного тона. – Ты просто иллюзия. Осколок воспоминаний. 

– Допустим, – повторил Оле и наклонил голову к плечу со своим характерным хитрым прищуром. – Давай тогда ещё о воспоминаниях поговорим. 

Но говорить не пришлось. Пришлось переживать.

Восхищённые глаза Энны с плюшевой кошкой-оцелотом в руках. Он ей подарил. В пару к Голубоглазику. Запах дождя в первый день сезона. Вкус маммии на языке – слегка приправленный беспокойством: я точно чисто скорлупу вскрыл? Нигде ядовитую плёнку не задел? Упругая прохлада реки. Ласковая тишь заката. И Оле… «Ты слышал когда-нибудь органную музыку, Джегг? О, это очень хорошо! Тебе понравится, да тебе понравится, Джегг». Ленивые вечера в видьялай, когда утомлённые умственными и физическими упражнениями ученики собирались за последней трапезой и болтали нестройно, и лезли руками в одну общую миску со сладостями, и облизывали пальцы. И долгие беседы с Рейвзом. И жёсткая шкурка Уко под рукой. И…

Бадрик. Жертва первой его неумелой проповеди. Жертва ли? Он вырос, этот парнишка. Увлёкся химией. Преподаёт в том же интернате, где они с Энной учились. 

Мирные города Эос – бурно развивающиеся, яркие, полные жизни. 

А ещё…

– Я всё это отдал бы за то, чтоб ты остался жив.

– Хорошо, кхе… хорошо, что тебе никто не предлагает обмен, мальчик мой, – ухмылялся белый священник, разводя руками. – Видишь, как мудро спроектирован этот мир?

– Не вижу!!!

– Так я покажу тебе, Джегг! О, я могу! Отчего бы, в самом деле и не показать-показать? Только внимательно смотри.     

Сначала Джегг увидел свой интернат. Всё было как прежде, только по вечерам к Стилу он больше не ходил. Пару раз на глаза попадалась Энна, но стоило ему попытаться подойти, она шарахалась в сторону. Однажды, когда он поймал-таки её за край рукава (она теперь носила очень длинные рукава! Совсем как мать Бадрика), девушка замерла, как испуганный зверёк, и, опустив взгляд в пол, прошептала, что если её парень увидит, как она разговаривает с другим, он её убъёт. 

Джегг хотел спросить, кто этот парень, но почему-то не смог. Стушевался, отошёл в тень, подчинившись осознанию: он всегда теперь выбирает отойти в тень. 

Потом стало и вовсе не до Энны. Директор Огг на общем собрании рассказал, что чёрный священник Стил отошёл в мир иной.

«Неправда, Стил проживёт ещё долго, я старшие курсы окончить успел и высшую степень в видьялай завершить!» – хотел крикнуть Джегг, но голос не слушался его. У него не было больше волшебного голоса, поэтому в любой возможной ситуации он теперь предпочитал промолчать. 

У Священной Миссии Космопорта новый глава – бывший госпитальер Урри. И первое время всё идёт не так уж плохо… пока не отключают воду. Не беда, они начинают носить её в вёдрах из канала в парке. Потом начались перебои с электричеством. А потом… 

Колонию захватили войска Раджан-ка-Шехер. Джегга оставили в живых, потому что за него заступились уборщики и мойщики окон. Он неплохо знал баашан и иногда помогал им с мелкими затруднениями. К тому же, выглядел таким хилым, что явно никакой опасности для завоевателей не представлял.

Энну пустили по рукам в качестве награды для доблестных воинов. Она не сопротивлялась. И Джегг тоже. В самом-то деле, что он мог бы сделать?

Мы используем cookie и рекомендательные технологии.
Обработка данных пользователей осуществляется в соответствии с Политикой конфиденциальности и обработки персональных данных
Подробнее о Рекомендательных технологиях
Наверх Вниз