Епифан Горцев

Финал истории Лизз, как не странно, в большей мере посвящен пути доктора Литна. И это, на самом деле, логично, ведь , казалось бы, обычный человек способен быть куда большим монстром, чем выращенная для убийств женщина.

Пожалуй, страшнее всего видеть замену себе. И все же грее душу то обстоятельство, что замена эта - в меньшей степени человечна. Но что вообще такое человечность? И может ли быть женщина, собранная из искусственных мышц и клочков синтетической кожи, человечнее доктор Литна?

Синтетические тела, титановые кости, полимерные мышцы: все это, конечно же, хорошо, но что за этим скрывается? Возможно, стремление к борьбе со злом , но кто решил, что зло есть зло? Да и к тому же, даже в мрачном будущем, где одни мутанты сражаются с другими модифицированными людьми, никто не является хуже других. Все мы подонки.

Кора и Шорг, запершись в квартире, боятся высунуться на улицу. Это правда страшно, ведь даже самые светлые головы в Комитете не способны прекратить бесконечную войну, победы в которой быть не может. Посторонние никогда не были врагами, но эту простую мысль уже не донести до руководства, а потому профессор Герж ничего никому не обещает и просто делает свою работу. Люди еще не готовы взять ответственность за последствия потребительского отношения к природе, а значит монстры в костюмах химзащиты продолжат штурмовать тоннели Посторонних. Вида, который вышел на поверхность, едва земля стала теплой.

Потребительский рай - вот каким словосочетанием можно было бы описать жизнь прекрасной страны недалекого будущего. Преступность снизилась до фантастически низких показателей, можно не бояться гулять поздними ночами, а аварии на дороге, прежде уносившие тысячи жизней в год, теперь случаются крайне редко. Системы видеонаблюдения шагнули далеко вперед и не только распознают человека, но и передают на центральный сервер данные о его местоположении, сервер же в свою очередь просчитывает вероятный сценарий поведения для отдельной личности.
Полиция сократилась до численности отрядов юнатов, а почти все табельное оружие заменили мощной пневматикой.
Но за эту безопасность и стабильность людям приходиться платить свободой, насыщенностью своей жизни и возможностью выбирать между добром и злом. А любое притеснение рождает сопротивление, пусть жестокое и преступное. И его появление свидетельствует о начале конца этого беззаботного мира, в котором нельзя даже превысить скорость на загородном шоссе.