Западная Сибирь, 80-е. Страна приступает к обустройству месторождений и добыче нефти и газа Западно-Сибирских месторождений. На слуху Самотлор - это нефть, Надым - газ. Вся нефте-газоносная территория - нескончаемое болото. Чтобы обустроить месторождения: пробурить скважины, проложить трубопроводы и дороги, построить поселки, - нужны карты болот и сеток стекания болотных вод, знание глубин озёр, замеры расходов воды в реках... Проложенные без этих данных дороги и трубы подтопит, поселки утонут в половодье, добытая нефть растечётся и попадёт в реки. Поэтому, прежде чем начать освоение месторождений, на них и забрасывали нас - гидрологов болотоведов, по простому - водомутов. Стационары Западно-Сибирской экспедиции стояли на основных месторождениях вблизи Самотлора, Надыма, Нового Порта. На них вдали от городов и поселков в окружении труднопроходимых болот и жили водомуты - устраивали свой таежный быт: работали, отдыхали, любили, смеялись и грустили...
Почему Ёшка? - переспрашивает Надымский бомж Толик Харин. - Как почему? Ты только посмотри какой он колюченький. Ёжик, Ёшенька... Толик нежно гладит собаку, ласково заглядывает ей в глаза, дышит в морду кислым перегаром. Ёшка морщится. Колючим он выглядит потому, что пышная красивая шерсть его стоит торчком от набившейся в неё грязи. Толик за псом не ухаживает, даже не кормит...
...Маслянистые капельки демитилфталата плавно скользят по стройному Веркиному животику от пупка вверх к беленьким в красный горошек трусикам. Вверх потому, что оптика нивелира перевертывает изображение реальности.
Молодой маг идёт по лесу. Слышит крики. На поляне ватага деревенских парней сгрудилась вокруг дерева. К дереву привязана симпатичная лесная фея. Лёгкое платьице, воздушное, как у балерины, порвано в нескольких местах. Хардкорные намерения парней не вызывают никаких сомнений...
Багдадская нечисть вызвала нечисть со всего света на состязание. Три бочки золота на кон поставила! Кощей, шеф наш, как про золото услыхал - голову потерял. Втихаря собрался, чтобы одному все загрести. Куда там! Вмиг разнеслось по лесу...
... ведьма взмахивает краем плаща. Хлопок - и всплеск черной энергии несется к защищающему меня зубцу бойницы. Зубец с треском рушится. Огромная сила отрывает меня от настила и с бешеной скоростью тащит в направлении Эда. Кажется, что сейчас я врежусь в него, и мы оба разлетимся вдребезги...
- Привет, я Дьявол. Здесь свободно? – Дьявол показывает пальцем на пустой стул рядом с моим столиком. - Ни за что! – я скрещиваю пальцы и мотаю головой: - Ни за что! Душа не продаётся! - Да успокойся, - говорит он мне: - Не нужна мне твоя душа. - Как так? - я даже обиделся: - А что тогда нужно? - Да поболтать просто, - он ловит мой недоверчивый взгляд и поясняет: – А-то скучно. Я продолжаю смотреть на него с недоверием. У него там целый ад, а ему поболтать не с кем. - Правда не с кем, - читает он мои мысли: - Там же у меня тот ещё контингент – сам понимаешь. И потом климатические условия – ацкие. Им жарко, вот они и орут – дурдом получается - спокойно не поговоришь. Такая тоска, такая! …
Ресурсы жизнеобеспечения станции были ограничены и разрешение на рождение нового венерианца выдавалось строго по очереди. Очередь Рози на бэби была во второй сотне. В текущей демографической ситуации это означало, что ребенка она сможет завести лет через восемь. Возможно и раньше, - ведь если кто-то откажется, то очередь продвинется - но кто же откажется! Вот если бы шальной метеорит влетел в один из жилых отсеков... Но надеяться на это было бы как-то не по-христиански...
Я стою в пещере Голых. Эта пещера особенная. В ней рисунки. Рисунки хранят память. Память портится со временем, как мясо. Рисунки хранят память. Рисунки смотришь и вспоминаешь. Или узнаешь, чего не было...
... - Началось! – с ужасом подумал я. Мышку в тот же миг разорвало на кусочки. Лаборантов разбросало по лаборатории. Главрук схватился за руку, тепло во взгляде угасло, зато появилось уважение...