Аррод Паллад

Среди артефактов нередко встречаются уже использованные. "Треснувшее зеркало" - одно из них. На обороте на нордском написано: "Оставь здесь грады свой, всяк стремящий дале, да будь благословлён на жизнь, в которой огонь зла твоего и логос ярости твоей пьют из чаши вражды обоюдной да гневом поют в ночи врагам твоим. Да будет так, и во веки веков, и во годы долгие, и в дни малые, да и найдёшь ты в нелюбви себя, да и обретёшь утерянную ясность, иль то, что познать должен иначе".

Думаю, смысл ясен сам по себе.

Перед тем, как мне встретились Странствующий рыцарь, Жрица-бард и Охотник, утекло много времени с последней Инициации в Объединении Дринеи. Жрица-бард и Охотник последовали вслед за Странствующим рыцарем вслепую, не зная, куда заведёт их то, что иные называют «судьбой», а на деле бояться назвать волей Всеродителей.

В одно из их последних злоключений они встретили лекоруста, которого жители Уранды просили извести с занятого им большака. Задание было выполнено лишь наполовину, поэтому «рыцарские подвиги» пришлось совершать в ином месте. В Загрей-ша-Йонэ, о котором мы все позабыли на долгие годы.

Причина, ставшая тому виной, крылась глубоко под землёй. В разрушенном подземелье.

Эта история напоминает мне другую. Историю про поэта и музу. Трагедию, которой я не понимаю. Повествование схоже, но составляющие отличаются. Потому что они мне знакомы. Поэтому мои оценки, вероятно, окажутся предвзятыми.

Давным-давно Юта была бардом-сказательницей. Это звание всегда было сопряжено с опасностями, потому как «сказатели – то же самое, что приключенцы, но призваны оные выходить в путь по зову самих приключенцев, дабы в конце сложить балладу о произошедших в приключении всамделишных событиях».

Никто, кроме самих сказателей, не знает, насколько опасен может оказаться следующий заказ на стихосложение.

Кроме мага.

Но маг мало что рассказывает о том времени.

Видимо из-за того, что это было однажды.