Они не летают на мётлах и не варят зелья при луне. Они живут рядом — в старом доме на соседней улице, в парке, где вы гуляете по утрам. Они помнят обиды дольше, чем живут люди. И когда приходит время платить — никакие деньги, связи и адвокаты не помогут.
Две тысячи рублей за один заказ — подарок или проклятие?
Обычный зимний вечер, глухие подмосковные буераки, заброшенный поселок и пицца, которую нужно доставить... прямо на старое кладбище. Навигатору плевать на твои страхи, он упрямо ведет через дыру в заборе к огромному каменному склепу посреди могил.
Ты думаешь, что ты просто курьер, который попал на чей-то дурацкий и злой розыгрыш. Но у хозяйки склепа свои планы на твою жизнь. Сгоревшая дотла семья, древняя магия хтонических болот и черная дверь в твоей собственной душе, которую ты вот-вот распахнешь настежь.
И когда придет время мести, окажется, что цена человеческой жизни — ровно две тысячи рублей.
В тексте вас ждут:
— Жесткий и циничный главный герой;
— Мрачная атмосфера городских легенд и чертовщины;
— Справедливое и суровое возмездие.
Я просто пришел устроиться на работу. Обычное серое утро в сибирской промзоне, в кармане сквозняк, а из перспектив — объявление о наборе разнорабочих.
Но стоило перешагнуть порог проходной, как мир сбрендил.
Похоже, я оказался в чьих-то руках и в чьих-то очень влиятельных интересах. Кто-то затеял масштабную и грязную игру, где нам отведена роль расходного материала. Но те, кто раздавал эти системные ярлыки и просчитывал чужие шансы, ошиблись в главном. Они привыкли управлять послушными цифрами, а не живыми людьми.
Когда тебе пытаются диктовать чужие правила, важно не то, что именно тебе навязывают, а то — кто это делает. Слишком много желающих решать за меня? Рад за них. Но я умею брать ситуацию в свои руки. И ещё очень большой вопрос, чей именно интерес в итоге будет диктовать здесь последнюю волю.