Dsche

Воот!

Но самое удивительное для меня – что безвестный светлый человечек из типографии не пожалел часа своего времени, чтобы это всё провернуть.

То есть: надо а) затянуть PDF в Инди, б) найти и установить нужные шрифты, в) руками удалить существующие номера страниц со всех страниц (а они там были), г) создать мастер-страницу с новой нумерацией и применить её ~везде~, д) поменять заголовки (что? да!), е) вывести новый PDF и ё) никому ничего не сказать одинодин!

А у меня, как вы понимаете, не только тексты кучерявые, но и вёрстка тоже (вернее так: это одно поле вообще).

И поэтому при передаче PDF в типографию я максимально протягиваю все возможные верёвочки, типа «там номеров страниц нет, и это не ошибка, и временами страница на полуслове обрывается, а дальше пустая страница, и это тоже не ошибка» – и, как правило, на это спокойно кивают и говорят «угу, с корешковой стороны метки поставим».

Но я ж не только себе верстаю, и бывает что ту сторону не контролирую вообще, отдаю готовый PDF и потом вижу прям готовый тираж уже. Открываю. И там, вот реально, стоят номера страниц ~на титуле~ и ~на первом развороте~ и ~на техполосе~ ~~прям под «макет и вёрстка А. Шеремет»~~.

Вам рассказать, какие самовольные правки внесли мне тут недавно ~в типографии~ ?

(а я, понятно, всё чаще вот это вот вспоминаю) (ну, в смысле, что понимание вне совместного опыта, даже если это опыт покупки нарзана в уличном киоске – ну, такое)

Я иногда думаю не о редакторе даже, а о том, как некоторые тексты из семейства «свёрнытых чаёв» будут переводиться хоть бы и на английский. Там же к каждому тексту потребуется десятикратный корпус пояснений, а кто их даст?

Нипобидимый.

О!

А у нас в хозяйстве единственная книга на англ была вот этаЯ её нашёл в кармашке самолёта однажды.

И сейчас подумал – не заставлять конечно, а просто положить рядом словарь и сказать «а попробуй». Но нет, не случилось, с языком очень долго очень фигово было (да и сейчас так на так).

Гы. Спасибо что не Джойс!

А вообще как я сейчас задним числом понимаю, одно из счастий моего детства – меня вообще не заставляли читать ничего и никогда, у меня даже концепции такой не было: читать по принуждению.

Обратная сторона – к постоянному моему чтению относились неодобрительно и высшей точкой был случай, когда бабушка выхватила у меня Робота-зазнайку и шваркнула об стену, так что обложка улетела в одну сторону, а блок в другую. Книга, разумеется, была знакомых знакомых, взятая на одну ночь, и примерно бесценная.

Ну просто книги на английском были не то что в свободном доступе, полагаю. Что ухватили то и выдали.

Какой объём Суинберна необходимо усвоить, прежде чем браться за Морского волка?

Обязательно ли знакомство с Ницше? (ну понятно, что обязательно, чойта я).

Но дети умные. Они умеют обходиться без необходимого.

Потом это уходит.

Марк Твен в 6, Маркес и Ивлин Во в 11.

Это было, знаете, ещё до возрастной маркировки, мы развлекались как могли.

Издательства.

Они не умеют (допустим, те, с которыми мы знакомы) играть вне «Долгожданное продолжение бестселлера» (или на худой конец «От автора бестселлера»).

То есть даже на задней обложке Гэлбрейта, изданного в рф, написано «тс, приятель или там подруга, это Роулинг Роулинг Роулинг! Это короче тоже Гарри Поттер, купи не пожалеешь!»

Ну а моё частное мнение, понятно – два раза одну книгу писать это расписываться в том, что писать вообще не умеешь. Что, с первого раза не получилось? Ух, бедолажечка.

Хотя вот эта эмоция, «уберите от меня Маленькую хозяйку, да подайте Волка Ларсена!» – она знакома конечно. Когда тебе десять лет, иначе нельзя.

Детьми мы ели примерно всё. Цветы акации. Конский щавель. Борщевик. Гудрон. (так, а это считается или нет?)

Любимое развлечение в детстве было есть ягоды, которые все считали «волчьими», а моя бабушка числила съедобными и называла «карика». Много позже выяснилось, что это обычная дикая ирга – в мск она растёт повсеместно, но про неё никто не знает, у меня не было конкурентов.

В Югославии любимое развлечение всегда было объедать мушмулу. Это первое такое сладкое, она же озимая.

В Индии как-то раз залезли с дочкой на крышу дома и стали есть круглые плоды с дерева (иначе не достать было), оно похоже было на грецкий орех из варенья из грецких орехов. Потом спросили у лэндлорда как называется – он сказал «никак не называется», но когда мы уезжали, выдал с собой кулёк из газеты: «мы заметили, что вам понравилось». Когда я пересказывал этот случай знатокам Индии – первый вопрос был: «а с чего вы решили, что оно съедобное?» – «хм. а что, бывают ядовитые фрукты?» – «бывают!»

Мне представляется, что была всё же важная точка отсечки (середина девяностых?)

До – был некоторый вполне доставаемый (нну да, с усилиями – но доставаемый) корпус текстов, который стоило в себя загрузить, чтобы, как говаривала одна моя подруга, «было о чём ебаться». Да, был там и условный Посев/Имка, были ротапринты, всякое бывало – но пропустить, условно говоря, Сашу Соколова, если уж ты встал на эту дорожку – было невозможно.

Сейчас – я в постоянном ощущении, что я многое упускаю. Пропустить Гаёхо допустим – проще некуда, если не вхож в те пузыри и в эти и нет рядом людей с горящими глазами: «А ты читал?» А их нет-нет-нет.

Я теперь не знаю даже, мальчик или девочка эт' Харука! До какого-то момента, как мне кажется, это было попросту невозможно. Похоже, что я идеализирую прошлое? (вообще-то нет, это ж было действие железных занавесов разнообразных).

Поэтому в последней книге я таки сползаю в классику. Ну, как классику – от Томаса Мура и Мериме до Акутагавы и Борхеса. «Издано на языке оригинала до 27 мая 1973 года», евпочя.

Хм.

Хмм.

У меня межлокальная контрабанда как правило работает на отличненько.

То есть приходит персонаж – я позволяю ему назвать себя.

Потом, понятно, прогугливаю до блеска – и понимаю, почему именно так. Иногда меняю одну букву (ну, бывает, неверно расслышал).

Игнасио Де Бургос из «звезды» сначала показался мне Де Бургасом, но я уточнил. Бургос на карте оказался именно там, где надо, чтобы его дочь-беглянка вовремя добралась до корабля.

Роах из СРВ сразу назвал себя. Что это «дуновение» на иврите (רוח‎) я узнал через три месяца (а папа у него – Ветер, вы помните).

Яки из «Принца Яки» сразу назвал себя. Что это арабское «о брат» (يا أخي) я в принципе кое-где слышать мог, но не помнил (а там по тексту у него есть свойство, что его принимают за других людей постоянно).

Так и живём.

(Но. У меня всё же довольно специфический способ письма, как мы понимаем.)

В идеальном мире связи внутри издательского монстра могли бы перекинуть то и это в редакции, о которых мы-снаружи даже не подозреваем. В реальности А-С-кактус это конечно нижнее днище. Настолько плохих книг я с девяностых не видел (а там то Бхагавад-гиту в переводе БГ издадут, то ещё что соблазнительное – охотно соблазняюсь и страдаю потом).

(но в практике «покупать сраные лотерейки» надо быть последовательным, я решил)

(но в био честно написал «автор ROAR, автор Freedom letters», это из итоговой таблицы должно бы вычёркивать, мне мнится)

(но в синопсисе честно написал «запрещённые вещества, запрещённые сексуальные практики», надо быть последовательным и тут, как вам это понравится?)

(но я и вообще-то фундаментально сомневаюсь, что к гештальт-литературе понятие синопсиса в принципе применимо, не так ли?)

 8-15

И все засмеялись, а Ваня заплакал.

Обменник в Караколе (бывший Пржевальск) «Назгул» (нежный цветок)

Не подсказывайте!

А ещё не говорите ей, умоляю, что есть такие писатели, как Стивен Кинг и Юрий Коваль (впрочем, последнему можно уже не бояться).

«Устремим гистерезис к нулю, дорогая!»

язналь!

Не, с таким подходом слона значок не получить!

А по сути – вот эти Чертоги Репы как раз и показывают, что оставаться на АТ имеет смысл и агрессивные ебанашки закатываются под грунт тихим, но вменяемым большинством. Когда станет наоборот – можно ещё раз подумать.

(upd ожидаю, что фоточки с подвохом и мы наблюдаем окрестности Хухуйских гор)

нуууооок

я ожидал ответа в духе «да погугли сам, мне некогда», так чт, э, принимается

[я опять забыл, что я на АТ, блядь]

Ну то есть смотрите: вы говорите «нашли».

Когда вас спрашивают – и где? – вы стремительно гуглите и вываливаете две нереллевантные ссылки: во второй говорится что НЕ нашли, в первой какой-то винегрет от человека непричастного, в комментах человек причастный подтверждает: нет, не нашли.

Вам не стыдно?

Э?

А есть что-то с названием группы и композиции (ну и годом издания) например?

То, что это Studio11 – это давняя, очень давняя (не подтверждёная) версия.

О, я всё пропустил!

Было сообщество, скрупулёзно отыскивающее все мелодии, потыренные для Ну, погоди. Одну так и не смогли опознать.

Я фантастику вообще не люблю и не читаю, мне сложно тут что-то ответить.

Пишите так, чтобы вас понял всякий дурак – и вас будут читать всякие дураки, о да

О! А под такое лицо идеально пойдёт та фраза из начала, где «Я набрал грибов, но вам их лучше бы не пробовать».

Про детскость – кажется, это всё же так издатель задачу поставил.

Стругацкие в Союзе издавались во всяких молодёжных редакциях, были иллюстрации Мигунова – и тут, кажется, именно под Мигунова и был запрос. Ох уж эти сказочки, ох уж эти сказочники.

Болтун моё второе имя. По области первое.

Зря-зря, меня тут нету и книги я отсюда унёс )

[и ЖЖ немедленно вручил мне новую ачивку: "Your works amaze many". Оок, ЖЖ.] 

Поскольку я тоже из ЖЖ (кхе-кхе), из ЖЖ по инвайтам (кхе-кхе-кхе) мне как раз вполне понятно, что «мне интересно как ты пишешь» и «тебе интересно как я пишу» – это в норме два совершенно отдельных мира.

В ЖЖ для постижения этого феномена была в какой-то момент предложена фича friendsfriends (потом испугались и попячились), так вот оно здорово мозги прочищало.

про Мистический реализм говорили ещё в конце XIX века например

но писали ещё раньше

собственно, большая часть мировой литературы именно такова

100-150 экземпляров – это и не туда и не сюда.

Цифровая печать (дорогая) имеет смысл при тиражах от 20-30 экземпляров (себестоимость вокруг 500 рублей)

Офсет (дешёвый) имеет смысл при тиражах от 500 экземпляров (себестоимость 100-200 рублей)

Алмандер редкая для меня чистая книга, верно, но она вместе со «звездой» была в первом удалённом аккаунте, повторное размещение по правилам площадки разрешено только Керну.

А в остальных если не ЛГБТ± так наркотики, не наркотики так другая какая запрещёнка.

Но понятно это отговорки, основное конечно в том, что тут нет спроса на подобные вещи (в других местах, будем честны, спроса нет тоже, но там всё же и не так душно).

Впрочем. Если увидите человека, готового что-то у меня купить –20% ваши.

Пусть это будет нашим маленьким тестом на сообразительность для того одного или двоих.

(проверил, не пропала ли ссылка из профиля на домстраничку с ознокомляжем – ну надо же, на месте)

(а последний текст пришлось убрать после того, как в одном обсуждении как-то подняли вопрос, отчего это автор до сих пор не привлечён за пропаганду того и этого)

Хм. Допустим, Мураками.

Но есть один нюанс. Он когда делал книгу про зариновую атаку (100% же документалистика) – всё равно получался магреализм.

И мне кажется, что нужно делать вполне сознательное усилие, чтобы писать книги без условно-чудесного вообще. Оно вокруг же.

То есть «реализм» – это небольшой закуток, в котором автор не рассказывает всего, а то засмеют.

Но впрочем пусть будет кусочек и тут:

Максим рассказывает: он, когда был ещё первокурсником, украл однажды тяжеленное кожаное кресло на семнадцатом этаже, чтобы поставить на крыше. Ну, знаешь, как это: сидеть на крыше в удобном кресле, с бутылкой Медвежьей крови, смотреть салют над Лужниками. Кресло не пролезло в дверь туалета (ведь известно, что самый простой способ попасть на крышу – выйти из окна туалета в башенке с часами).
Так что пришлось оставить кресло на техническом, на двадцать четвёртом. Но там тоже было неплохо: можно подняться и побыть одному (первокурснику редко удаётся побыть одному). Сидеть с бутылкой Медвежьей крови и смотреть на закат. И вот, Сергей, однажды я там так и заснул, а потом проснулся, было очень темно и холодно, это был май или ноябрь, какие-то праздники, но проснулся я не от холода, а от крыс. Ты же знаешь, что здесь живут крысы?
– У Марининой соседки мыши шоколадку погрызли. Как она голосила! Мы подумали, там невесть что случилось. А тут ведь в каждом шкафу, наверху, такое отверстие по размеру спичечного коробка. Я почему знаю…
– Не, мыши понятно, а это крысы. Большие. Стоят на задних лапах. И говорят… ну то есть они не словами говорят, а просто думают вслух, и я их слышу. Говорят: «Нам не нравится, что ты здесь куришь»…
– Такой сюжет был у Грина, – кивает Сергей. Обсуждают Грина. Потом Виана. Сергей встаёт и приносит жёлтую брошюрку: «Глянь что есть. Комикс по Виану. Вначале Стругацкие, а в конце Виан».
Снова встаёт, приносит книгу со звёздами на корешке: «А вот Интербук издал Вернона Салливана в серии американского детектива! При том что французский детектив они тоже издают. Дурачки».
Максим хватает чашку (вторая пуста), разговор перемещается к полкам.

(первое правда, второе нет)

(вернее так: и обе книжки, и Маринина шоколадка, и кресло на техэтаже, да и весь мой разговор с Сергеем – всё святая истинная правда, просто часть пролезла в нашу ветвь реальности, часть нет)

Ага! Всё плывёт, на что поставишь ногу

Хех, у меня с этим вечно проблемы.

То есть я (как мне кажется) неплохо помню какую-то книгу, которую вставляю в сюжет – но на этапе вычитки оказывается, что такой книги либо нет (это ещё не так обидно), либо она есть, но вообще другая.

между мной и тобой

лимузина салон

оу-оу-оууу!

На баяне (зчрк) на нейросетях играть тоже уметь надо. Всё нарисуют, если верно попросить.

Может рекомендации от авторитетных авторов?

Ага. С оговоркой: от лично знакомых авторов. От лично знакомых авторов, чьё отношение к тексту мне близко.

И это ставит перед нами вопрос!

Как шоколадки в советском продмаге!

вот ну да, это первый эшелон, и неприменимый по большому счёту.

сколько они мне крови попили, когда я в рекламе работал, вы не представляете. с тех пор только хьюлет.