Игорь Чиркунов

Блин, где? Буду признателен, если ткнешь носом. У меня уже глаз замылился

Попробую ответить. Мнение мое, поэтому можно относится как угодно, вплоть до полного неприятия.

Пару слов теории, извиняюсь, но без этого ни как. Так вот, в структуре личности человека есть такая штука, как "образ Я" (совместно в "образом внешнего мира"), и связанная со всем этим "самооценка". Которая впрямую завязана ни наше психическое здоровье. Ну не нравится человеку чувствовать себя дерьмом. Ведет к различным неврозам, психосоматике, аукается на физическом теле, короче мрак.

Так вот, эта штука, самооценка, будь неладна - всегда относительна. И относительна она других людей. Вынес ты например мусор из дома (чего никогда не делал) и страшно собой гордишься. А потом замечаешь/узнаешь что все остальные твои соседи, не только каждый день его выносят, так еще и влажную уборку делают каждый день. И понимаешь, какое ты по сравнению с ними "г". (Правда есть выход - сказать: "так они подкаблучники, а я - вольный мачо!" И вот уже не все так плохо на душе!)

Теперь к теме. Вот притащил ты свои 120 кг живого веса с работы, страшно устав от офисных баталий, чудовищьно страдая от температуры 37.1, а если еще и ноготь сломан! Короче, состояние - ложись и помирай. Дошаркиваешь до дивана, открываешь пивасик, берешь книжку ... А там пишут про людей, реальных, существовавших, типа приведенного Кочеткова. И как себя чувствовать на их фоне?

Зато как хорошо читать про эльфов, гномов и т.м. Это же фантастические персонажи! Их несуществует! Все их подвиги - это сказки и фантазия! И тебе хорошо, самооценка блаженно мурчит, дескать в реальной жизни такого не бывает, подбадривает самолюбие. Душевное здоровье отличное!

Можно откупорить еще баночку.

В тему. Достаточно посмотреть поместную конницу 15-17 века на Руси. 

Справка: помещики - те, кто "помещался" на землю, и должен был с этой земли снаряжаться для службы ("со 100 четвертей земли доброй угожей сам, конно и оружно" Если земли больше - с послужильцем. И т.д. "Уложение о службе Ивана 4 Васильевича "Четь/четверь" - грубо пол гектара). Не служишь - землю отдай. Название того времени - "дети боярские".

"...Это воин, который, начиная с 15 лет, тянул солдатскую лямку. И уходил со  службы по старости и увечью.  Расценивали себя, прежде всего, как воинов на  службе государя, за которого, собственно, они и сражались. И в силу этой  специфики, помещики наделялись поместьями, с поместий они служили.

Как производилось верстание в помещики. Поскольку у помещиков были дети,  до 15 лет ребенок считался недорослем.  Мальчик, который до 14 лет  учился. Учился стрелять из лука. Основная масса поместной  конницы, это хорошие лучники. А чтобы научиться стрелять, лучше всего учиться лет с четырех. Раньше еще рановато, а позже, уже лет с семи, просто поздно.
С малых лет начинал учиться военному  делу. И уже с малых лет ему в голову вдалбливалось: “Ты служилый  человека по отечеству, ты будешь служить”. Дети часто не видели отцов.  Они знали, что отцы где-то кладут свою голову за государя. Где-то терпят  лишения, служат. Ну, если каждый год были смотры, выдвижения на Окский  рубеж против крымского хана. Войны сколько в XVI веке  воевали, легче вспомнить, когда не воевали.
 Поэтому в самосознание будущего  сына боярского вдалбливалось, что он должен служить, должен не  бояться ран. Термин “биться не щадя живота”, это было даже  прописано в поручных записях служилых людей.

Они в 15 приходили “новиками”. “Новик” – это новобранец, пятнадцатилетний паренек,  который уже умел держаться в седле, умел держать саблю, умел стрелять из  лука уже. В пятнадцать лет  он наделялся уже первым жалованьем. Ему  определяли жалованье, опять же, в зависимости от статуса, он снаряжения,  в котором он приходил. И все, с пятнадцати лет он был в походах.

Вот это служилое дворянство в бою, они естественно исходили из  собственных представлений о службе, как они должны служить, как они  должны биться. История XVI-XVII веков изобилует примерами мужества. Кстати говоря, тут недавно исполнилось 385  лет такому малоизвестному и забытому сражению, как битве у Саввинской  дубравы. 

Все знают, что такое Фермопилы. Можно сказать, что битва у  Саввинской дубравы, это и есть такие русские Фермопилы. Август 1632  года. Начало, Смоленская война вот-вот уже. Все боеспособные дворяне из  поместий, которые могли служить о двух конях, уже пошли в поход в  Москву. А в Ливнах, в пограничном городке остались  городовые  казаки.
 Южный рубеж, город Ливны, Белгородчина, порубежный город.  В это время татары с Муравского и Изюмского шляхов подошли, это две дороги  почти природного происхождения, которые с юга идут. Из Крыма  обычно ходили Это водоразделы Окско-Донского междуречья и  Волжско-Донского междуречья.
Татары подошли ордой, массой. И в 50 километрах от Ливен дорогу им преградили всего  семь сотен казаков и детей боярских из Ливен. Под командованием  Меньшого (младшего) Гринева.
Понятно было, что бой будет последним потому, что впереди орда, а их 700. И Меньшой Гринев с товарищами  приняли решение дать бой в заведомо невыгодных условиях. И помереть за  христианскую веру, за государя. А что остается? У них, может быть, и  выбора не было. Они знали, что 50 километров всего до их родного города  уездного. Что их уезды превратятся в ничто после такого. Но они  выбрали место. Там две реки. Тим и Кшень, они так сходились,  образовывалось бутылочное горлышко.  Они встали поперек,  сделали засеку  и  стали ждать. Приехали разъезды, сказали: “Все, идут, готовимся”. И в  промежутке между этими речками, в узком проходе этих “Фермопил” ливенцы  практически целый день дрались под руководством своего командира.  

По  свидетельству оставшегося в живых Семена Лобова, небольшой татарский  отряд все-таки каким-то образом прошел через дубраву в тыл, ударил с  тыла, с фронта ударили. Ну, и конечно, всех либо перебили, либо взяли в  плен. Татары потеряли где-то около 1000 человек во время штурма. В том  числе несколько мурз. После боя около 3 тысяч татар вернулись назад из  похода, а основная часть двинулась опустошать Курские и Белгородские  земли. Тем не менее, как пример привел. Потому, что  примеров огромное количество, годовщина просто.

Вот был такой сын боярский, Богдан Губарев, служил по Переславлю-Залесскому. И служил он четырем государям. Это Федору, Борису Годунову, Василию  Шуйскому и Михаилу Федоровичу. Служил аж 43 года. Всю Смуту прошел. До  Смуты начал, всю Смуту прошел. С пятнадцати лет начал.  Уже был весь изранен просто  “по самое не могу”. Об отставке неловко было просить, но все-таки в 58  лет решил-таки. Не выдержал. Осмотрели его лекари в Разрядном приказе. И сказали, что: “Стар и от ран  увечен. Левая рука ниже локтя пересечена саблей и рукой не владеет.  Левая щека с ухом отсечена. Да пробит из пищали насквозь. Зубы выбиты”.

Служилый человек, Дружина Нечаев. Он служил 26 лет. Много раз был ранен:  “Под Михайловым ранен из пищали в левую ледвею (бедро), насквозь пробит”.  Во время Смуты: “Был бой с Лисовским и  его ранили из лука, пробили правую ногу. Под Михайловым ранен рогатиной  в спину. И под Епифанью ранен из лука в левое плечо”. То есть, где-то  после 10-15 лет службы у дворянина и сына боярского было такое  количество ранений, что... Самое стандартное, что “перст отсечен”,  “сечен разок саблею”, это не считается. Обилие ран, причем много ран от  стрел. 

 Ивашка Якутин. Это опять-таки во время Смуты. “Под Пронском  ранили из пищали по левой ноге и кость выпала. Продолжил служить. Во  многих боях дрался явственно, захватывал пленных”. Практически одноногий.

Дмитрий Фунников. “Рублен саблями большими, смертными ранами, во многих  местах шея посечена, до самого горла в двух местах. Посечен затылок и  голова изрублена в шести местах до мозга”. То есть, открытая  черепно-мозговая травма. “Да правая рука пробита из пищали”. 

Вообще эта сводка разнообразных  ранений заставляет удивляться, как люди могли там служить. Такие раны.  Притом при отсутствии фактическом медицинской службы. Как-то выживали,  как-то служили. И служили столько лет. Дослуживали счастливчики до 70  лет. Там один есть до 80 лет.

К примеру, был такой случай в 1645 году,  20 августа. Когда из Корочи дети боярские несли дозор, послали их по  татарским вестям в разведку. Они напоролись на татарский загон, их  окружили, переранили, в плен захватили. Вслед им бросились остальные  дворяне, часть отбили. Часть татары увезли с собой, но чуть позже, на  нейтральной территории их отбили литовские черкасы, то есть, запорожцы.  Запорожцы пришли, отбили, перевязали, отдали лодку, отправили в  Святогорский монастырь. Привезли их на телегах, и осмотрел их сам  воевода, Иван Андреевич Милославский. И вот по осмотру: “Гришка Жилин.  Ранен по левой ноге саблей до кости по берцу. Другая рана посечена  саблей по той ноге, повыше лодыжки. Раны гораздо больны, однако, будет  жив”. Таки выжил. Другой, Самошка Сапелин: “Ранен по левой руке. Посечен  саблей по запястью повыше суставов. Другая рана по правой ноге, повыше  колена, по чашке. Третья рана посечена саблею по левую стегну. На ногах  раны добре больны. Будет жив”. Рана “добре больна”. То есть, очень  сильная рана.  Самошка Сапелин, таки выжил. И у него четыре сына: 13 лет,  Мишка 10 лет, Филька 7 лет, Матюшка 4 лет. После таких ран выжил и еще  детей “настругал”.

Выдержка из беседы историков К.Жукова и А.Лобина