Ночь, окраина, четвёртый час. Путь домой. В голове туман, тело не слушается, в кулаке ключ. Он сделал то, за чем шёл.
Дорога в один конец.
Это накрыло мир как волна — разом и целиком. Не война, не вирус, не эпидемия: из людей просто ушло что-то, чему нет имени, то самое, что делало их людьми. Они не мертвы — они пусты. Стоят с белёсыми, глядящими в никуда глазами и бросаются на любой звук, на любое движение — без злобы, без цели, как сработавший механизм. Он — среди немногих, кто ещё помнит себя. И держится за единственное, чего волна пока не забрала, — за слово. Пока звучит слово, человек ещё есть. Тихая, беспощадная притча о конце, который приходит не с грохотом, а с молчанием. И чем дольше он вглядывается в происходящее, тем яснее понимает: это не катастрофа и не гибель мира. Это что-то несоизмеримо большее. И оно только начинается.