Rodomir Jotunheimr

Год после пробуждения. Жизнь наладилась. Но что-то не даёт покоя.

Игорь знает всё. Буквально — всё. Может объяснить механику эго, процитировать учителей, разложить по полочкам природу сознания. Он «понял» игру.

И именно это — проблема.

Потому что знание стало новой клеткой. Духовное эго — новой маской. «Я — пробуждённый» — новой идентичностью. Он держит истину в голове, как трофей на полке. Но не живёт ею.

Пока не обнаруживает последнюю преграду: сам ум, который «понял». Ум, который уверен, что он — конечная инстанция. Ум, который строит карты реальности и принимает их за реальность.

Третья книга о том, что за пределами понимания. О моменте, когда нужно отпустить даже понимание. О тишине, которая остаётся, когда ум наконец сдаётся.

Три месяца после «пробуждения». Игорь всё просрал.

Марина ушла. Работу потерял. Лежит на диване и повторяет: «Меня нет. Всё иллюзия. Делать некому и нечего».

Он принял знание за пробуждение. Понял, что мир — игра, и решил, что играть больше не нужно. Превратился в «просветлённый овощ» — знающий истину и неспособный функционировать.

Пока не появляется странный персонаж без параметров. «Техподдержка», — говорит он. — «Ты сломал игру. Не в хорошем смысле».

Игорю предстоит освоить главный навык пробуждённого: Двойное Зрение.

Способность держать обе истины одновременно. Да, это игра. И да, играть нужно по-настоящему. Да, персонаж — иллюзия. И да, через этого персонажа жизнь себя проживает.

Игорь, 34 года. Менеджер. Ипотека. «Всё сложно» с Мариной. Выгорание на 847 из 1000.

Обычная жизнь, обычные проблемы, обычный бег в колесе. Пока однажды в столовой система не даёт сбой — и Игорь на долю секунды видит себя со стороны. Не как отражение в зеркале — как персонажа в игре. С параметрами над головой. С прописанными скриптами. С ограниченным набором реплик.

И он видит того, кто смотрит.

Это начало конца — или начало начала. Игорь обнаруживает, что всю жизнь был не игроком, а персонажем. Что его «я» — конструкция, собранная из чужих ожиданий и детских решений. Что настоящий он — не в характеристиках, не в достижениях, не в истории.

А кто тогда? И как жить, когда понял, что ты — не тот, кем себя считал?

Первая книга о первом глюке. О том моменте, когда система показывает изнанку. И о вопросе, который меняет всё: «Если я — персонаж, то кто играет?»