Кирилл Де Совье

Согласен, но рано или поздно, когда ты пишешь в одном и том же жанре, возникает желание попробовать что-то кардинально отличающееся. Изучать тонкости и подводные камни нет времени, поэтому зачастую получаются произведения, которые, мягко говоря, шокируют читателя.

Давайте посмотрим на это с другой стороны. Потребление искусства - это всегда диалог со зрителем/читателем. И когда мы узнаём о неприятных поступках автора, этот диалог меняется. Мы начинаем иначе читать некоторые строки, иначе смотреть на сцены. Вопрос не в том, чтобы 'наказать тексты', а в том, имеем ли мы право, зная о действиях автора, отказаться от этого диалога? Имеет ли сообщество право пересмотреть место фигуры в своём культурном пантеоне? Это не юридическое наказание, а переоценка наследия.

Вы правы, что у 'воя толпы' нет человеческого лица. Но я в своём посте скорее пытался описать работающий социальный механизм, а не одобрить его. Это инструмент, который, как любой другой, может быть использован и для восстановления справедливости, и для разрушения. Проблема в том, что у этого инструмента нет предохранителей, в отличие от суда, он не руководствуется презумпцией невиновности.

Про Геймана и Набокова. С Гейманом - отличный пример. Если гипотетические обвинения подтвердятся в суде, отказ покупать его новые книги станет моральным выбором. С Набоковым - сложнее. Мы не «наказываем» его, но, продвигая «Лолиту» без критического контекста, мы молчаливо одобряем нарратив, который сегодня считается проблемным. Вопрос не в запрете, а в том, как мы с этим наследием работаем.

Про социальное наказание. Вы абсолютно правы, что канселинг часто возникает как реакция на несправедливость системы. Но, на мой взгляд, это плохой суррогат правосудия, потому что он не имеет процессуальных гарантий - нет адвоката, нет презумпции невиновности, нет соразмерности наказания. Он продвигает идею, что публичное мнение важнее процедуры. Это скользкий путь.

Про цензуру. Согласен, что это не цензура в классическом понимании. Но, возможно, нам нужно новое слово для явления, когда медиа создаёт среду, где инакомыслие становится экономически и социально невыгодными. Эффект-то схожий: одни голоса заглушаются, а другие - получают монополию на речь.

Иными словами, моя тревога не в том, что общество имеет право на моральную оценку, а в том, какие инструменты для этой оценки оно выбирает и к каким долгосрочным последствиям это может привести.

очевидная разница между художником и маляром в том, что для одного рисование это смысл жизни, а для второго работа. Когда хобби перерастает в часть человека, у него есть все шансы добиться успеха в этой сфере, когда в рутину и способ заработка - он уже на пути к тому, чтобы забросить эт дело.  

В каком смысле где я видел то искусство? Если вы про вообще, то буквально вчера проходил assassins creed 2 и наткнулся на несколько работ Да Винчи. Мне стало интересно, и я углубился в его исследования и картины. Чем не искусство? Если же вы говорите про современное искусство, то я сильно восхищаюсь перформансами футбольных болельщиков. Огромные баннеры, плакаты, пиротехнические шоу - объективно, это можно назвать искусством. 

спасибо)

Я и не призываю человека отказаться от денег. Моя мысль была в том, чтобы человек не наступал себе на горло в попытках заработать на творчестве. Сомневаюсь, что тот же Булгаков писал только ради денег. Если у человека есть возможность заработать на том творчестве, к которому стремится его сердце, это хорошо, но если ради этого придется заставлять себя писать или рисовать, это в конце концов убьет остатки желания заниматься этим.  

Да, Набоков не самый показательный пример для «канселинга», и его история действительно сильно отличается от случаев с авторами, совершившими реальные преступления или ведущими разгульный образ жизни (последнее я в принципе не осуждаю, ибо это выбор каждого). Я упомянул «Лолиту» именно как пример сложности отделения автора от текста. Ведь даже когда сам автор не совершал ничего противоправного, его произведение может вызывать острую этическую дискуссию, которая иногда проецируется и на его личность.

И в этом заключается главный вопрос: где мы проводим черту? Для кого-то черта - это уголовное преступление, для другого - моральная позиция, выраженная в тексте или жизни. Набоков в этом смысле идеальная иллюстрация этой серой зоны, где нет очевидных ответов.

это называется раскрыть мысль

Вы перечислили прекрасные примеры литературы, где сюжет не бьет читателя по голове, но он там есть. Он просто принимает другие формы: внутренний поиск, созерцание, анализ. Я же говорю о текстах, где пренебрегают любой формой движения и структуры, подменяя её претенциозной «атмосферой». Вот это и есть та самая речка, которая выдает себя за океан.

Если интересно, почитайте "На маяк" Вирджинии Вульф или "Ада, или радости страсти" Набокова. В первом случае сюжет крайне сложно уловить. Это скорее серия впечатлений и внутренних монологов героев во время поездки на маяк. Действие замирает, время прыгает, а книга держится на чистой лирике. Во втором случае история запретной любви брата и сестры и куча отсылок ради отсылок, которыми тебя забрасывают, и ты в них тонешь, не имея шанса зацепиться за что-то. Также могу добавить целого автора, чьи книги я не читаю из-за того, что 2 или 3 меня просто оттолкнули отсутствием сюжет - это Пелевин. Огромное количество неуместных философских размышлений, доходящих до абсурда.  

Если видеть в книге только «килобуквы», то да, эмпатия действительно выглядит смешно. Но тогда и музыка - это просто колебания воздуха, а живопись - мазки краски.

Весь смысл искусства в том, чтобы эти «килобуквы» или «мазки» вызывали у нас отклик. А мой пост как раз о том, что этот отклик бывает слишком избирательным и удобным, когда мы ради симпатии к одному персонажу готовы перечеркнуть всю сложную моральную вселенную, которую автор выстроил вокруг него.

вы похоже просто не поняли, что я имел в виду. Что ж, и такое бывает)

Вы так упорно пытаетесь казаться сложным, что стали просто непонятным. А жаль. Моя мысль была проста, как три копейки: не стоит подменять авторский замысел жалостью к красивому монстру. Но, видимо, даже эта простая идея требует отказа от роли утончённого циника.

Охотно. Раз вы просите примеров, вот несколько навскидку. Как раз те случаи, где читательский восторг от «крутости» злодея заставляет напрочь забыть, что автор-то показывает совсем другое.
1. «Американский психопат» и Патрик Бэйтман.
То, что увидело общество: Какой харизматичный циник! Какой острый язык! Как тонко он высмеивает общество потребления!.
Что задумывал автор: Показать абсолютную пустоту, духовную смерть и патологическую жестокость, замаскированную под глянцем. Эллис не восхищается Бэйтманом. Он его препарирует. А многие читатели видят в нем икону стиля.

2. «Бойцовский клуб» и Тайлер Дёрден.
То, что увидело общество: Вот кто сказал «нет» системе! Харизматичный лидер, освобождающий людей от оков потребительства!.
Что задумывал автор: Показать, как протест против системы вырождается в другую, еще более жестокую тоталитарную секту. Тайлер - не герой, а симптом болезни. Многие же видят в нем манифест и руководство к действию.

3. «Над пропастью во ржи» и Холден Колфилд.
То, что увидело общество: Вот настоящий бунтарь против лицемерного общества! Чистая душа, не желающая мириться с фальшью взрослого мира.
Что задумывал автор: Сэлинджер, безусловно, сочувствует Холдену, но показывает его травмированным, сломленным подростком на грани нервного срыва. Его бунт - это не романтический протест, а крик боли, отчаяния и тотального одиночества. Идеализация его как «крутого нонконформиста» упрощает глубоко трагичный образ.

Если хотите можете добавить сюда "Преступление и наказание " и Раскольникова, "Мастера и Маргариту" и Воланда и его свиту, "1984" и О'Брайена или из не такого старого "Игру в кальмара" и Фронтмена.

интересный опыт

Благодарю за ответ. Вы прекрасно проиллюстрировали мой изначальный тезис на собственном примере.

Я говорил о риске подмены авторского замысла читательским восприятием. И ваша реакция - «не читал», «не осилил», «скучно», «сразу нахуй» - это и есть та самая крайняя степень этого явления. Когда нет желания вникать в контекст и сложность, остается лишь поверхностная эмоция («смешит», «уныло») или её полное отсутствие.

Список был не обязательным заданием, а иллюстрацией. Дискуссия о нюансах чтения возможна только при условии общего поля - знакомства с материалом. Похоже, его у нас нет.

Что ж, как говаривал Набоков: «Хороший читатель, читатель отборный, соучаствующий и созидающий, - это перечитыватель». Возможно, когда-нибудь вы пере( или в вашем случае про) читаете эти книги и увидите в них тот самый глубинный замысел, о котором я и пытался говорить.

разве автор несет ответственность за то, как читатели воспримут его работу? У автора все получилось - его книгу купили. Все остальное не его проблемы

вы правы в одном - читатель не давал обязательств. И да, «как поняли, так и поняли» это его священное право.

Но давайте проведём аналогию. Архитектор спроектировал какое-то здание, и его построили. Один человек увидел в нём дерзкий вызов привычной эстетике, другой - уродливую груду бетона, а третий решил, что покатый фасад идеален для экстремального паркура, сломал ногу и подал в суд.

Кто прав? В каком-то смысле все, но вопрос не в праве, а в культуре восприятия.

Я не говорю об «обязательствах». Я говорю об уважении. Об уважении читателя к труду и замыслу автора. Нужно приложить усилия, чтобы понять. И об уважении автора к аудитории. Автор не должен разжёвывать всё до каши, а доверять её интеллекту.

Когда читатель восхищается душегубом, игнорируя весь трагический контекст, это не преступление. Это культурная лень. Точно так же, как видеть в «Мастере и Маргарите» только крутого Воланда, пропуская скучного Иешуа.

Так что да, автор не несёт ответственности за каждого отдельного читателя, но он несёт ответственность за сложность и честность своего высказывания. А читатель несёт ответственность за то, насколько глубоко он готов в это высказывание погрузиться. Вся магия литературы в этом встречном движении.

Я использую слово "предательство" не в смысле измены, а в смысле упущенной возможности. Предать можно не только человека, но и доверие, или в данном случае интеллектуальный вызов.

Автор доверяет читателю сложность. Когда читатель отвечает на этот вызов упрощением, он отказывается от диалога. Он «предает» сам принцип, заложенный в сложном искусстве: что для его понимания нужно усилие, а награда за это усилие более глубокое переживание.

Так что да, нельзя предать то, чего не понял, но можно предать сам процесс понимания, удовлетворившись поверхностным впечатлением. Именно об этом я и говорю.

Не совсем понимаю, как вы дошли от прихода к власти Трампа до того, что повестки будет меньше, но уверяю, это совершенно не так. «Дисней», «Нетфликс» и т. д. продолжат штамповать темнокожих русалочек и золушек. В играх повестка также никуда не денется. Нам все больше будут подсовывать сильных и независимых женщин-феминисток, которые будут спасать всех, бороться за права, свергать тиранов и диктаторов, попутно ломая каноны и логику. Литературу также его приход к власти также никак не заденет, во многом потому, что сейчас есть множество самиздатов, и читатель сам решает, что ему выбрать.

все еще не понимаю, как правительство страны может влиять на организации, не подчиняющиеся этой стране. Это все равно, что Россия запретила бы азиатским странам снимать аниме

причем тут лайки, если я высказал свое мнение? 

а где написано, что я пишу про Россию? Пост об общем поле литературы

это значит, что пост затрагивает всю литературу (по большей части вышедшая за последние пару лет) и не ограничивается страной или языком. Мне казалось, это очевидно

не знаю, за что вы русскую литературу называете моргом, но, видимо, у вас есть на это причины

все еще не понимаю, о чем вы. В попытках написать сложно и ухитренно, вы, к сожалению, написали непонятно. Если вы не знали, то и в русской литературе последних лет есть примеры и чрезмерно толерантного отношения к расовому и гендерному разнообразию и даже (о боже мой) лгбт книг, которые печатались и издавались в крупных магазинах 

насколько знаю, есть еще "Горький апельсин" Резановой и "Стеклянные стекла" Гептинг

к тому же фантазии это или нет, книга есть, и она была на полках магазинов

то есть мы должны сделать вид, что этого не было? К тому же пост был вообще о другом. К чему скакать от одного к другому, если изначально тема была другая? 

начнем с того, что в посте нет конкретных примеров вообще. Не знаю, какие экземпляры вам там чудятся. Персонажи в литературе это одна из частей, которую затрагивает повестка. Если посмотрите на фильмы, сериалы, игры, то увидите, что там также это есть. И это не подтасовка, это тенденция, которую можно увидеть последние лет 5-6 

сколько еще раз я должен сказать, что не беру только российские кнги, фильмы и т.д., чтобы до вас дошло? 

у меня складывается четкое ощущение, что вам лет 40 и вы ничего, кроме российской литературы, не читаете

значит я прав?

под "следить за каждым словом" я все же имел в виду отсутствие перегруженности сюжета, несостыковок и т.д., но в ваших словах тоже есть правда

Это ведет не к тому, что дети лучше учатся, потому что боятся стать дворником, а к тому, что дети вырастают и не уважают дворников, грузчиков, разнорабочих и т.д., так как считают, что эти люди откровенно тупые.

существуют КоАП РФ 6.21, которая предусматривает штрафы за так называемую «пропаганду» нетрадиционных сексуальных отношений или смены пола среди несовершеннолетних. Ключевое слово здесь - «среди несовершеннолетних». Если книга маркирована как 18+, риски существенно снижаются, но не исчезают полностью.
Если же в книге явно поощряют употребление наркотиков, алкоголя и всего такого, то, конечно, тут даже маркировка не спасет от штрафа. Случаев, что за книгу уехали на зону (не считая политические причины), я не встречал.

если не кидаться ссылками, а поискать информацию, то 15 мая их отпустили под домашний арест, а позже предъявили штраф 900 тысяч рублей. 

ну все-таки пока не все люди поняли, что ии это только помощник, а не полноценный соавтор. 

Иногда давать надежду – это и есть та самая литературная жестокость, прикрытая благими намерениями.

Представьте историю, построенную на иллюзии. Герой до самого конца верит, что больная раком жена поправится, что пропавший сын вернётся, что деловые партнёры не обманут. А финал – суровая реальность, которая обрушивается с ещё большей силой именно потому, что ей предшествовала долгая и упорная надежда. Читатель проживает горькое разочарование, осознание тщетности усилий.

В таких сюжетах отсутствие надежды и есть честность. Это честность перед лицом несправедливости мира, перед лицом болезней, предательств и случайностей, которые не поддаются никакому позитивному мышлению. Литература, которая не боится показать эту безысходность, говорит с нами начистоту: не все проблемы решамы, не все битвы можно выиграть.

Вы говорите о здоровой психике и мудрости, которые приходят со временем и дистанцией. Бесспорно, это идеал, к которому стоит стремиться в жизни.

Но искусство часто исследует как раз те моменты, когда мудрость отсутствует, а психика сломана. Показывать персонажа, который не может сделать этот выбор, который не видит, что «Земля вертится», потому что его личный мир рухнул – это не нечестность. Это исследование дна, без которого невозможно понять ценность подъёма.

Если литература будет показывать только правильные и здоровые реакции на горе, она рискует стать учебником по самопомощи, а не исследованием человеческой души во всей её полноте, включая срывы, провалы и экзистенциальные тупики.

прекрасный вопрос, который и есть тот самый диалог, которого я жду от литературы. Мы не просто пассивные потребители контента, мы – соучастники.

Литература не даёт ответы, как рецепт в кулинарной книге. Она даёт нам ингредиенты – мысли, эмоции, вопросы – и предлагает нам самим приготовить своё собственное понимание мира. Мы "затем", чтобы читать не только глазами, но и сердцем, и умом, чтобы задавать вопросы, спорить с автором, искать свои смыслы между строк.

Если мы просто ждём, что книга развлечёт нас, как сериал, то да, наша роль неясна. Но если мы приходим к книге за встречей с другой вселенной, за диалогом с собой, то наша роль – главная. Мы те, кто оживляет текст, наполняя его своим собственным опытом. Без нас книга превращается в просто набор букв.

Так что, Катерина, мы ради этого диалога. Ради того, чтобы оживлять мёртвые, на первый взгляд, буквы.

Именно поэтому в посте присутствуют такие слова: "Понимание – это не оправдание. Это попытка увидеть болезнь общества, которая рождает таких людей."

Волдеморт – это диагноз обществу, породившему его (сирота, отверженный, одержимый идеей чистоты крови). Амбридж – это исследование того, как банальная, «законная» жестокость может быть страшнее открытой агрессии.

Так что, возможно, дело не в том, чтобы сочувствовать всем подряд, а в том, чтобы понимать, что даже самое бесчеловечное зло – не пришелец из космоса. Оно рождается здесь, среди нас. 

Да, Гарри тоже сирота, и его жизнь череда лишений, но в этом-то и заключается ключевое различие, которое опровергает тезис «Волдеморт – это сам себе диагноз».

1. Разница не в страданиях, а в реакции на них.
Судьба бьет обоих, но Гарри, встретив Хагрида, узнав, что он волшебник, получая дружбу Рона и Гермионы, делает усилие и учится любить. Волдеморт же, даже будучи в приюте, не искал дружбы, а утверждал свою власть над другими детьми через страх и манипуляции. Уже там, в детстве, он решил, что люди для него – инструменты. Причина не в травме, а в изначальной неспособности к эмпатии, которую травма лишь обострила.

2. «Круг прихлебателей» – не опровержение, а подтверждение его сути.
Вы правы, он не был одинок. Но это была не дружба, а некое слияние страха и выгоды. Пожиратели боятся его и пользуются его силой для собственной власти. Это не отменяет его отверженности в человеческом смысле. Он навсегда остался экзистенциально одиноким существом, не способным на привязанность. Гарри, прошедший через те же унижения, эту способность в себе сохранил и приумножил.

Волдеморт – это не просто «плохой парень». Это пример того, как нарциссизм, помноженный на страх, уничтожает человеческое. Гарри – контрпример, доказывающий, что даже в самых жестоких условиях можно выбрать другой путь. Но сам факт этого выбора доказывает, что траектория Волдеморта — не предопределенность, а личная ответственность.

Нам продемонстрировали две крайности одной сущности, но это не значит, что каждый сирота станет спасителем или диктатором.

Вы говорите: «иногда сам злодей виноват в том, что он злодей». А что, если никто и не рождается «виноватым»? Что, если «вина» – это не стартовая точка, а финальный результат долгого пути, на котором личный выбор само собой есть, но он обусловлен чем-то более глубоким?

Да, у Тома Реддла был формальный шанс найти друзей. Но способен ли был мальчик, выросший в приюте в атмосфере лжи и насилия, с врождённой манией величия и желанием управлять другими, вдумчиво этим шансом воспользоваться? Можно ли предложить голодному человеку, выросшему на крохах, изысканный ужин и винить его в том, что он не смог оценить тонкость вкуса? Он физически не знал, что это такое.

Волдеморт не «предпочёл» лизоблюдов друзьям. Он не понимал разницы. Для него все люди изначально делились на два сорта: те, кем можно пользоваться, и те, кто сильнее тебя. Дружба, доверие, любовь – это категории, которых не существовало в его внутреннем мире. Его трагедия не в том, что он отверг добро, а в том, что он был слеп к нему с самого начала.

Общество (в лице приюта, а затем и Хогвартса) не «создало» монстра напрямую, но оно и не смогло дать ему безусловного человеческого участия и внимания. Дамблдор вёл себя с ним как с подозреваемым, Слизерин — как с прирождённым лидером. Никто не попытался увидеть в нём просто травмированного ребёнка.

Волдеморт – это не оправдание. Это скорее предупреждение о том, что зло не просто «плохой человек», а системный сбой, который начинается с малого и который общество, увы, слишком часто диагностирует лишь тогда, когда пациент уже становится неизлечимым и опасным. Я полностью согласен, он заслужил свой конец, но разве его судьба от этого менее трагична и менее поучительна для нас?

что он очевидно пользуется самой дешевой/бесплатной нейронкой и не хочет развиваться в данном направлении. Как-то так)

Да, в целом "соавтор" это ведь не только тот, кто помогает с написанием текста. Редактура, корректура, было бы неплохо, если ии могла бы еще находить несостыковки в большом тексте)

если у вас не получилось, это не значит, что это плохо. Есть множество вариаций нейросетей. Какие-то имеют общие функции, какие-то непосредственно для написания текстов. 

К тому же я и не говорю, что ии пишет идеально. Редактор всегда должен проверять и дорабатывать текст.

еще раз, ии это помощник, который накидывает идеи, пробники сценариев и точки зрения. Это соавтор, а не полноценная замена человека. Вы внимательно читали пост?