Yoen017

Единственное место в Ист-Энде, где тепло не зависит от поставок угля.

Устали от грохота отбойных молотков и скрипа лебёдок? Город перестраивается, но ваша душа требует покоя уже сейчас?

В «Золотой Реторте» мы знаем цену тишине и честному слову.

ПОЧЕМУ МЫ?

Эль и Портер по довоенным рецептам. Горячая кухня. Надёжность. Наши стены из старого кирпича. Наша мебель из корабельного дуба, что выдержит вес любого гостя, будь то хрупкий клерк или Урсин.

СПЕЦИАЛЬНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ ДЛЯ ВЕТЕРАНОВ ТРУДА И ФРОНТА: Попробуйте наш фирменный портер «ГЕРОЙСКОЕ». Темнее, чем ваши воспоминания о траншеях. Мягче, чем письмо из дома. Помогает забыть о сырости и боли в суставах лучше, чем казенные мази.

Хозяйка: Грейс Миллер. Адрес: Угол Флит-стрит и Пепельного переулка (ориентир - медная вывеска). Посуда под любой хват лапы и руки в наличии.

Смерть — это не свет в конце туннеля и не языки адского пламени. Это бесконечный мраморный зал, где тысячи потерянных душ ждут своей очереди.

Ян приходит в себя именно здесь. Без памяти и прошлого, но с чёткой инструкцией на груди. «Присяжный». Теперь его удел, судить других по сухим строчкам. Но что делать, если с каждым новым подсудимым в сознании начинают всплывать пугающие, кровавые обрывки?

Яну предстоит не просто вершить судьбы, а собрать себя по кускам, прежде чем Система вызовет на трибуну его самого. Ведь в месте, где судят души, самый страшный приговор выносишь себе сам.

Знахарку Ульяну зовут в глухую деревню излечить дочь местного жителя от странной хвори. Она как опытная целительница, уверенная в своих силах, ожидает увидеть обычную болезнь, но сталкивается со странным недугом, который забирает не тело, а волю.

Вместо отчаяния, которое обычно сопровождает мор, она находит в глазах людей пугающую покорность. Кажется, вся деревня заключила сделку с некой тёмной силой, что обещает избавление от всех земных забот. Единственная цена, сами жители, которых здесь называют «избранными», что считают это честью.

Оказавшись в ловушке посреди этого тихого помешательства, Ульяна осознаёт, что лечить здесь нужно не отварами. Но как спасти тех, кто не хочет быть спасённым? И что делать, если цена за то, чтобы не стать избранным, мучительная смерть?

Я умирала слишком много раз. Помню площадь. Дрожащие руки палача и свист топора. Я не закрыла глаза, смотрела на него. На своего короля. Он стоял неподвижно, словно статуя, и даже не дрогнул, когда захрустели мои позвонки.

Помню суд. Обвинения в предательстве, позорный столб, запах масла. Когда вспыхнул огонь, я кричала от ярости и боли, захлебываясь дымом. А он стоял в толпе и смотрел. Не спас. Не вмешался. Просто дал мне сгореть.

Помню ледяную комнату и тишину, которая страшнее крика. Теодор пришел к самому концу. Он просто держал меня за руку, пока тьма не забрала меня.

Но каждый раз я просыпалась. Снова и снова в этом живом теле. В этой холодной постели. В этом проклятом замке, пропитанном запахом его вина, его чернил и его абсолютной власти. Только я больше не та. Я помню всё. Я не прощаю. Я королева, чью кровь проливали по приказу её короля. И теперь моя улыбка холоднее, чем сталь его меча.