Коста Морган

Я не помнил, в какую страну мы приехали, да и жизнь свою вспоминал, как старый полузабытый фильм – несколько затертых фотографий из детства, нэцкэ в виде кривляющегося шута и винтовка. Помню брызгающего слюной прапорщика, орущего, чтобы я убрал подальше свой шутовской талисман, и присказку старого вояки: “Ты не думай, сынок! Выполняй приказы – это все, что от тебя требуется”. Я и выполнял, наблюдая мир через прицел.

Однажды из сказочной галактики, где обитают все когда-либо придуманные существа, сбежали космические зайцы, которых не успела сочинить Коломбина. Ситуация получилась странная, запутанная, да и зайцы просто пробегали мимо, кроме одного - которому больше всех надо.

Рассказы написанные в жанре сюрреализм. Их необязательно понимать, хотя смысл в них есть. Просто словите волну и плывите.

Я никогда не хотел быть полицейским как мой отец. Даже сбежал от этого в армию. Но от судьбы не уйдешь - мою девушку убили, и расследование свалилось на меня. Потянув за ниточку, я размотал клубок интриг Моры - планеты кислотных дождей.

Капитан «Зевса» Артем Андреевич Белягин целый месяц уклонялся от расспросов, почему его – первого покорителя Каллисто – на долгое время отстраняли от полетов. Но лететь «Зевсу» еще одиннадцать месяцев, и капитан понимал, что за это время пилот его настолько достанет, что рассказать придётся.
– Жаль, что все капсулы гибернации заняты, и мне некуда запаковать тебя. Но я могу разбудить кого-нибудь менее приставучего и прожить с ним весь полет, уложив тебя на его место. А тебя разбужу за пару дней до Каллисто, – пригрозил капитан.
– Да брось, Артем. Там действительно настолько жуткая тайна? Поговаривают, что ты на бабах погорел.
– Не на бабах, а на женщинах. Но сам дурак, в общем-то, – вздохнул Белягин, признавая вину. Он поддел крышку большим пальцем, банка с шипением открылась. – Ладно, расскажу. Только ты особо об этом не распространяйся.
– Могила, – заверил пилот и застегнул у своего рта воображаемую молнию.

Столько совпадений просто не бывает! Ночью мне снилась бабушка, и вот теперь на ладони у тщедушного дрожащего от похмелья или осеннего холода опустившегося интеллигента лежит ее портсигар. Не ее, конечно, но точно такой, как был у нее: с одной стороны сцена охоты — собака, плывущая за дичью, а с другой — эротическая картинка. Портсигару, по моим прикидкам, лет сто. И эту вещь продала в девяностые годы моя мать, за что и разругалась на недолгую оставшуюся жизнь со своей свекровью — моей бабушкой. Так вот к чему сон. Ладно, бабуль, куплю я твою безделушку.

Дядя Вася развернулся к зеркалу и его руки начали рисовать на стекле очень сложные узоры. Я оглянулась по сторонам – лифт как лифт, как и все остальные, только вот кнопок управления этажами в нем нет. Но для этого имелся лифтер, рисующий на огромном зеркале знаки.
– Дядь Вась, а как лифт без кнопок понимает, куда нам надо?
– Мой талант – слово. Из точки А в точку Б я простраиваю путь, и пишу это на зеркальной поверхности. Иногда бывает так, что я не понимаю те знаки, что пишу. Они не из нашего времени, или не из нашей реальности. Но кто-то мне их подсказывает. Я пишу, и мы приезжаем в точку Б.
Лифт долго ехал, а когда остановился – прозвучал красивый мелодичный сигнал. Лифтер схватил меня за руку, прижал к себе, и мы оба вжались в зеркало напротив входной двери. Двери раскрылись. Перед нами разверзлось обсидианово-черное пространство, словно лифт тонул в огромной емкости с черной краской. Это одновременно пугало и завораживало.

Все началось двенадцать лет назад из-за одной рыжеволосой бестии.
– Я не возьму в отряд космонавтов-близнецов, – Мика Эл плотно сжала губы, глядя на нас двоих. – Кто-то из вас должен уйти. Перевестись на другой факультет, бросить учебу, что угодно, но дальше в отряд пройдет только один.

Живешь один на планете-свалке? Из друзей - только робот-чемодан? Каждый день одно и то же, вокруг лишь бесконечный мусор. Что интересного может произойти?

Что может быть хуже встречи Нового года на орбитальной станции? Да много чего. Но когда ты сидишь перед огромным экраном, с которого уныло светит серый глобус Луны, и в течение нескольких часов ожидаешь застрявший на подлете транспортник, то кажется, что хуже ничего нет.
История старая как этот мир – у него за спиной два брака, а ее бросили практически под бой курантов. То, что происходит с ними это любовь или отчаянье? Или судьба долго высчитывала маршруты, чтобы пути этих двоих пересеклись?

Я упал на заросшую мхом и лесной травой землю, едва не ударившись о ствол поваленного дерева.
Первое, что изумляет, когда проходишь в далекое прошлое, это воздух. Он совсем иной. В наше время куда больше запахов, не свойственных месту, где находишься. Тот же кофе. Через сколько веков он появится здесь? А у нас им пропахло все: от улиц, где густой аромат зовет внутрь кофеен, до ароматизаторов умного дома, проникающего в ноздри во время пробуждения. В прошлом запахи другие, они всегда дополняют местность. Даже с закрытыми глазами можно почувствовать запах сырого мха, грибов, хвои и прелой листвы. И сразу же понять, что находишься в лесу в конце сентября. Как раз в это время года я рассчитывал попасть, поэтому удивился неприятному запаху гари. Поблизости недавно случился пожар, но его потушил прошедший накануне дождь.

Говорят, что на квантовых расстояниях ткань космоса похожа на морскую пену. И в этой пене вселенная размножается, щерится миллиардами маленьких черных дыр, и непонятно, где расстояние, а где время, неясно, в какой из вселенных ты можешь оказаться.

Ты один и тебя много, и твоя задача - выжить, чтобы спасти колонизаторов затерянной во вселенной планеты.

Когда у каждого на спасательном боте своя история и своя цель.

Одна встреча в баре от ее и от его имени.