3 809
3 809
3 713
3 713

Заходил(-a)

Форма произведений
648 зн., 0,02 а.л.
Свободный доступ
в процессе
Впервые опубликовано:
65 12 0

Первое Расщепление разделило историю человечества на «до» и «после», разрушив само представление о том, что значит быть человеком. Много лет попытки вернуть порядок терпели неудачу. Пока не появился Великий Усмиритель. Он создал Протокол «СЕРЕНУМ», положив конец эпохе хаоса и вернув человечеству покой.

По крайней мере, так написано в каждом школьном учебнике.

295 602 зн., 7,39 а.л.
Свободный доступ
весь текст
Впервые опубликовано:
612 45 0 18+

Лера всю жизнь стремилась быть увиденной. Но однажды её заметил не тот человек.

В мире, где репутация ценится выше искренности, она становится точкой пересечения чужих интересов.

Когда границы между наблюдением и вторжением стираются, близость превращается в способ контроля, а любовь — в зону повышенного риска.

И вопрос уже не в том, кто хочет Леру, а какова цена этого желания.

76 626 зн., 1,92 а.л.
Свободный доступ
весь текст
Впервые опубликовано:
Цикл: НЕВЕРНАЯ
144 4 0 18+

Что происходит с человеком, который слишком долго оставался в тени? Что может заставить его выйти на свет? И как это повлияет на знакомых тебе персонажей?

Ответы ждут впереди ➡️

90 151 зн., 2,25 а.л.
Свободный доступ
весь текст
Впервые опубликовано:
Цикл: НЕВЕРНАЯ
142 1 0 18+

Они никогда не пересекались. Одна из них уже давно за гранью реальности и отчаянно нуждается в помощи. Другая имеет богатый опыт опасных экспериментов по адаптации таких пациентов.

Их контакт неизбежен. Вот только если бы вторая заранее знала, к чему это приведёт — подписалась бы она на эту авантюру?

56 918 зн., 1,42 а.л.
Свободный доступ
весь текст
Впервые опубликовано:
Цикл: НЕВЕРНАЯ
365 14 1 18+

Неверная — немусульманка, чужая, иная, слишком свободная для культуры, в которую погружается. Для неё быть неверной — единственный способ оставаться собой.

Ронин — без прямой отсылки к Японии, он самурай без господина, чья сдержанность и внутренний кодекс вступают в конфликт с человеческим желанием заполнить пустоту.

Это история о любви и верности, о красоте человеческого несовершенства и анатомии одиночества. О том, что боль — это иллюзия, а свобода начинается там, где никто не владеет даже собой.

Наверх Вниз