Это история о том, как безумие становится инфекцией, а древний ужас — разумным. Не о том, как падают в бездну, а о том, как бездна просыпается, чтобы проглотить не тела, а саму реальность. Конец близок не потому, что наступает тьма, а потому, что свет всегда был иллюзией на её поверхности.
