Лицо незнакомки, блестящее в свете жаровен от испарины и перекошенное от боли и усталости, нависло над Столасом. Так близко, что он чувствовал резкие горячие выдохи на своей щеке. Капли крови, срывающиеся с разбитых девичьих губ, падали на его губы, превращая тяжёлый бой почти что в причастие.