Чуя смотрел на плещущееся в золотом кубке зелье воплощения, переливающееся огненными всполохами, и напоминал себе, что выпить его — единственный доступный способ покончить с этим долбаным днем сурка, в который превратилась его жизнь за последние несколько месяцев.