Иван Форге посвятил жизнь попыткам приручить шаровую молнию.
Годы расчётов, экспериментов и бессонных ночей наконец приводят его к невозможному: плазменный сгусток начинает жить.
Но вместе с научным прорывом приходит чувство чужого взгляда.
Пока институт ждёт сенсации, а впереди уже мерещатся мировое признание и Нобелевская премия, Иван всё яснее понимает: его открытие может оказаться не объектом исследования, а чем-то более важным.
И тогда главный вопрос меняется.
Не «как это изучить».
А «имеет ли он право».
