Это не книга о войне. Это книга о дереве, которое оказалось на войне.
Тополь во дворе донецкой многоэтажки помнит тишину до угля и детский смех до первого «Града». В 2014-м он фиксирует первый разрыв. Дальше — методично, бесстрастно, как безмолвный регистратор: минометные дуэли, мобилизованные, мародеры, рождение детей в подвалах, могилы под соседним тополем, буквы «ДНР» на коре, а потом — «Z» на броне.
Перед читателем проходит галерея персонажей: ополченец, теряющий дочь; российский программист по мобилизации; пленный украинский солдат, спрашивающий воды; санитарка, принимающая роды при свете коптилки. Все они — люди. Никто не прав. Все умирают одинаково.
Рассказанное в стиле сурового минимализма — короткими, ударными фрагментами, на стыке документа и мифа — это повествование не судит. Оно просто стоит и смотрит. Десять лет. Двенадцать осколков. Одна жизнь, которая продолжается, несмотря ни на что.
Это текст о памяти. О том, что остается, когда люди уходят, а дерево — падает.
