Я умер на ночном дежурстве и открыл глаза в чужом теле. Хутор ещё стоит, а род уже почти вымер. Печь холодная, сосед считает пустошь своей.
Здесь мат - оружие: крепкое слово берёт силу рода и бьёт по-настоящему.
Пустая брань калечит своих же, а лес и река живут по договорам, старым, как мир. Домовой хочет хозяина, который платит по счетам. Сосед - чтобы Тишины наконец замолчали навсегда.
Починим, что сможем...
