Елизавета Светловская рисует портреты. Полгода назад в аварии погибли её родители. Осталось — скрипка, с которой Лиза не расстаётся с пяти лет, квартира с долгами и звук, от которого незнакомцы замирают посреди мокрого асфальта.
Днём она учится в академии культуры, вечерами продаёт цветы. Ей двадцать один. Волосы цвета скошенной пшеницы, пальцы в мозолях от струн и карандашей.
Станислав Ковалёв не существует. Синие глаза — осколки неба в бетоне. Улыбка с ямочкой, от которой забывают дышать. За именем — ничего. Тень, которая легла рядом и не уходит.
Он услышал её из машины — рваный звук с трещиной в верхнем регистре. Трещина вошла не в уши — в рёбра. Он заглушил двигатель. И не смог уехать.
Это не любовь — Стас не умеет любить. Это потребность, как дыхание. Свет не знает о тени ничего. Тень знает о свете всё. И когда тень коснётся света — свет не выживет. Тень не умеет любить. Тень умеет только поглощать.
