Цикл «Вселенная Референтум»

Петр Сергеевич сидел около окна и задумчиво глядел вдаль. Он не сводил взгляда от Большой стены, которую было видно за целый километр.

Дело шло к вечеру. Старик налил себе чай и продолжил смотреть в окно. Между его покосившимся от времени домиком и стеной было сплошное чистое поле без единого кустика — закрытая территория. Днем подходы к этому участку периметра контролировали военные, а ночью Петр Сергеевич заступал на свою вахту.

Его село эвакуировали вскоре после образования аномальной территории. Незадолго до катастрофы Ольга, его жена, вместе с оставленной погостить у них внучкой Диной уехала в Уфу к подружке...

— Как меня... То есть тебя зовут?
Знаете, разговаривать с самим собой — странно. Целый спектр чувств: потрясно, невероятно, неловко, слегка безумно и даже страшновато.
Особенно, когда ты сидишь напротив себя.
— Меня зовут Айдар, и ты об этом знаешь.
— Верно. Ты в курсе, что тебя ожидает? — спросил я себя.
— Знаю. Ты останешься жив, а мне — пиздец, простыми словами.

За окном появился силуэт. Мне удалось разобрать очертания высокого, очень сгорбленного, в форме вопросительного знака, человека. У него была длинная, почти метровая, шея, подвижная будто змея. Левой рукой он опирался на деревянную палку, а в правой держал что-то напоминающее старую керосиновую лампу. Только больших размеров...

Писатель съездил в аномальную зону для вдохновения. Ему удалось вернуться из опасного путешествия, но не той ценой, которой бы хотелось.

...К поискам детей подключили Управление Аварийно-Спасательной Службы Зоны Аномального Контроля, она же УАСС ЗАК.
Случайные очевидцы, не спавшие в поздний час, сообщали, что близнецы пошли к реке. Это удалось подтвердить спасателям, однако на берегу их след обрывался. Затем настала очередь водолазов. Однако все попытки найти хотя бы тела мальчиков были безуспешны...

Запретная зона. Периметр. Туман, который не отпускает. И что-то еще внутри.
Искатель Фарт знал все байки о ЗАКе и тумане на границе. Слышал про пропавших солдат, про странные вещи. Но он не верил в сказки.
Пока не шагнул за границу.
Теперь он бежит. Сквозь серую мглу, где время не движется, где машины работают без бензина, и кто-то шепчет в темноте. Но самое страшное даже не это.

До чего могут довести эксперименты сошедшего с ума отца, если ему в руки попадет самый загадочный минерал на всей планете? Что он будет делать, если его ребенок неизлечимо болен?
И будет ли результат того стоить?..

Предупреждение: прочтение данного файла не рекомендуется лицам с нарушениями сна!

Два года ада, когда единственное спасение — сон — стало пыткой. Каждую ночь ко мне приходят они. Мои погибшие родители, с обгоревшими лицами и шепотом, от которого стынет кровь. Я перепробовал все. И уже был на грани.
Случайное объявление на столбе стало соломинкой для утопающего. "Тихий сон" — компания, обещающая исцеление. Их устройство дарило именно то, о чем я молился: кристально чистый, глубокий сон без сновидений. Всего на два часа. Потом — обязательная перезагрузка.
Правило всего одно. И я его нарушил.

Он думал, это просто похмелье. Обычный зуд после пьянки с другом из загадочного Центра "Парадокс". Но зуд не проходил, а городские новости одна за другой сообщали о жутких находках — людях, внезапно обращающихся в каменные статуи.

Сейчас Андрей сидит на диване. Не может пошевелиться. Не может моргнуть. Он с ужасом осознает, что стал нулевым пациентом эпидемии, которую сам же и начал. А по телевизору показывают лица тех, кого он случайно заразил.

Психиатрические лечебницы сами по себе наводят жути. Но что, если туда попадают пациенты, от которых кровь стынет в жилах?

Он делал репортаж с места террористической атаки. Теперь его командировка — в город, которого нет.
Две тысячи человек. Никаких контактов с внешним миром. Идеальное счастье. Что скрывается за улыбками жителей таежного города-призрака? Спецкор Никита привык везде выходить сухим из воды. Он должен сделать репортаж. Если город ему позволит.

Чудовище ползло медленно. Я нащупал длинную металлическую ложку для обуви, содрал ее с крючка и ударил куски мяса, целясь в голову. Ну или в то место, где были глаза. 

После второго удара урод обмяк и перестал двигаться. Я выронил ложку и двинулся к двери. Надо было срочно валить с хаты, менты разбираться не будут. 

На лестничной площадке я услышал, что кто-то поднимается снизу. Много людей. Рисковать не хотелось...

Мне всегда нравилось курить на балконе и смотреть на чужую жизнь. Пока я не увидел его. Теперь я сам — экспонат в этой витрине. Я включаю свет каждую ночь и жду, когда какой-нибудь идиот, вроде меня, поднимет голову и заинтересуется. Может, это будешь ты?

Сотни машин проехали мимо. Сотни.
Я соскучился по комнатам, где не так пусто. По семьям. Любым.
Когда-то они заселялись с надеждой. И оставались. Становясь частью этих стен. Теперь я жду долгими годами. Холод и тишина давно стали моими спутниками.
Но вот — у ворот остановилась машина. Они заехали. Образцовая семья.
Такая аппетитная...

Это было очень странное объявление. Семья стремилась продать трехкомнатную квартиру быстрее и по низу рынка. Наверное, даже еще дешевле.

Однако с самой недвижимостью было все в порядке. Район, дом, ремонт — ничего не смущало.

Зато, что началось потом... В общем, вам лучше прочитать. Узнайте, и держитесь подальше от этой квартиры.

Вы когда-нибудь отмечали Новый год в поезде? А мне вот пришлось. Билеты на другие даты просто не смог достать.

Плацкартный вагон был забит почти полностью. Ехать мне предстояло на верхней полке в одном из средних отсеков. Большую часть 31 декабря я провел за книгой, изредка спускаясь для того, чтобы попить чай. Но ближе к вечеру во всем вагоне началась суета. Большинство пассажиров начали подготовку своих небольших столиков к предстоящему празднеству