Цикл «Глас Йорха»

не завершен

Мир где Река небесная дарует свет, а река земная дарует жизнь.

Мир где боги питаются верой своих почитателей.

Мир где великая империя вольготно раскинулась вдоль реки земной щедро пожиная плоды божественной щедрости.

Мир где вдали от тепла реки небесной и вод жизни реки земной есть лишь ледяная пустошь наполненная самой разной кровожадной живностью и не менее кровожадными племенами.

Мир по которому ходят чемпионы богов наделенные как божественной силой, так и божественными обязанностями.

Размер: 365 079 зн., 9,13 а.л.
Доступ: Цена 159 ₽
весь текст

Он очнулся в теле человека, которого здесь считают воскресшим пророком.

Храм разрушен, культ на грани гибели, а верующие смотрят на него как на глас бога боли и милосердия.

Он не знает этого мира, не верит в их бога и не понимает его законов.

Но именно от его решений зависит, выживет ли храм — и он сам.

В культе, где боль — топливо, а милосердие требует жертв,

ему предстоит сыграть роль повелителя, не став фанатиком.

Когда тебя называют гласом бога,

самое трудное — остаться человеком.

Размер: 324 350 зн., 8,11 а.л.
Доступ: Цена 159 ₽
весь текст
Я не хотел умирать — и не умер.
Я попал в другой мир. В мир, где чужая воля превращает людей в оружие, а бог требует поклонения через боль.

Теперь я — Глас Йорха, избранный чемпион бога боли и милосердия. В моём распоряжении — храм и армия преданных фанатиков. На бумаге всё звучит грозно, но реальность иная: разрозненная толпа извращённых мазохистов, готовых перегрызть друг другу глотки ради мелочей веры.

Я едва удержал их от самоуничтожения, и именно в этот момент надвигаются новые враги. Сильные. Организованные. И, похоже, решившие, что в мире нет места для Гласа Йорха.
Размер: 362 200 зн., 9,06 а.л.
Доступ: Подписка 159 ₽
в процессе

Этот мир забыл, что такое милосердие. Я напомню. И если понадобится — урок будет куда болезненнее, чем он способен выдержать.

Я — Глас Йорха, пророк забытого бога милосердия и боли. Мой культ на грани, война ближе, чем кажется, а прошлое — глубже и темнее, чем можно себе представить. Чтобы спасти своих, мне придётся напомнить миру о милосердии единственным языком, который он ещё понимает — языком боли.

42K 276 348
Наверх Вниз