Цикл «Славия»

не завершен

Славия — идеальное государство. Здесь нет войн и сомнений. Здесь есть Порядок, вплавленный в бетон, и Семеро, которые слышат каждый твой выдох. Мира была идеальной дочерью системы — до тех пор, пока железная рука не сжалась на её горле, ломая веру, как сухую кость.

Сага — это хроника неизбежного обнуления и поиска стали внутри себя:

«Верю». Когда форма прирастает к коже, а руны горят холодным огнём. Ты — винтик, и ты гордишься этим. До первого хруста в суставах.

«Ломаюсь». Когда иллюзии осыпаются бетонной пылью. Ты падаешь на дно Предела, чтобы понять: ломаются все. Но не все встают.

«Живу». Когда шрамы становятся единственной броней, а щит наконец опущен. Ты больше не служишь. Ты просто дышишь. Вопреки Системе.

Это путь от блестящих парадов в сырые подвалы бетонных лабиринтов. От слепой веры к зрячему отчаянию.

Цвет Славии — серый бетон. Цвет предательства — ржавая медь. А какого цвета свобода, Мире только предстоит узнать, вытягивая жилы из собственного прошлого.

Размер: 3 767 зн., 0,09 а.л.
Доступ: Бесплатно

Девятнадцать — для тех, кто не вписался в Семь. Сборник притч и сказок, рожденных в тени бетонных стен Славии.

Размер: 4 760 зн., 0,12 а.л.
Доступ: Бесплатно

Создано с помощью нейросети

«Отзвуки» — это голос, зашифрованный в бетон, ржавчину и сырую землю.

Это не просто сборник поэзии, это сенсорный код вселенной «Славии». Здесь нет места изящным метафорам — только тактильная жестокость выживания, скрежет цепей на ветру и горький сок рябины. Каждое стихотворение — это попытка нащупать пульс в мире, где жизнь стала лишь «отсечкой».

Если «Славия» — это тело мира, то «Отзвуки» — это его рваное, тяжелое дыхание. Музыка для тех, кто привык подниматься, даже когда мышцы наливаются сталью, а по щеке стекает соль.

Размер: 96 048 зн., 2,40 а.л.
Доступ: Бесплатно

Падение — это тоже служение.

В Славии шаг в сторону равен приговору.

Мире семнадцать. Аттестация близко. Ошибка — значит исчезнуть.

В стране, где Завет выведен даже на кафеле ванной, сомнение — преступление.

Но оно уже живёт в ней.

Подруга исчезает. Чужой становится слишком близким. А система ломает тех, кто рискнул чувствовать.

Здесь ничего не «как» и не «будто».

Здесь чувствуешь телом. Пульсом. Нервом.

Проза короткая по форме, но плотная по ощущению.

Каждая глава — вдох, удар, выдох.

Не чтение — проживание.

Суть первого тома «Верю» — в трещине.

В моменте, когда страх ещё держит, а внутри звучит: «я — не вещь».

Это не история протеста.

Это история внутреннего перелома.

Когда форма ещё на тебе, но ты ей больше не принадлежишь.

«Верю» — о шаге к себе.

О том, как вера в правила уступает место верности себе.

И пути назад уже нет.

730 0 22
Наверх Вниз