Цикл «Чужъ»

не завершен

Здесь не верят в чудовищ. Здесь их видят.

Мир, где в лесу не поют птицы, потому что лес не хочет, чтобы его слышали. Где колодец может оказаться дверью, а молитва — приговором. Где смерть не самое страшное. Страшнее — сделка, после которой остаёшься жить.

Лукьян не ищет покоя. Он ищет свою душу. Её забрали, когда он ещё не умел говорить, и теперь он идёт по земле с серпом и мёртвым глазом. Он не знает, зачем. Но ноги сами ведут его туда, где больно. Туда, где кто-то зовёт не Бога.

Его путь — это череда чужих исповедей и чужих желаний. Кто-то умоляет спасти ребёнка. Кто-то — убить соседа. Кто-то хочет забыть. А кто-то — наконец почувствовать.

Но в этом мире нельзя просто помочь. Всё имеет цену. И те, кто просил, редко готовы платить.

Размер: 421 629 зн., 10,54 а.л.
Доступ: Бесплатно
весь текст

В младенчестве его принесли в жертву — отдали душу неведомому духу, а тело бросили в поле. Знахарка подняла его из мёртвых, но душа осталась у того, кто её забрал. Теперь он ходит по земле с серпом и ржавым мечом. Один глаз — молодой, другой — белёсый, мёртвый, и видит то, чего не видят живые.

Люди зовут его, когда беда приходит в дом. Он не просит серебра. Он берёт самую дорогую вещь, что есть у хозяина. Куклу, лапоть, венок. Он убивает нечисть, но за самой важной добычей не торопится. Его душа где-то там, у старого духа. И однажды он придёт за ней.

Размер: 167 904 зн., 4,20 а.л.
Доступ: Бесплатно
в процессе

«Лучше я сожру весь мир, чем позволю миру пожрать себя».

Тьма возвращается не по своей воле. Она голодна, ранена и не помнит, сколько веков провела в земле.

Мир вокруг гниёт. Мор косит сёла, орда режет живое. Люди шепчут молитвы, но не знают, что за каждую молитву придётся платить.

Он ест души, чтобы жить. И с каждым разом всё сложнее оставаться тем, кто ещё способен думать. И пока тело просит крови, а тьма тянет вниз, он идёт вперёд по пепелищам, по мёртвым деревням, по следам нечисти, что проснулась в лесах.

11K 0 259
Наверх Вниз