Цикл «Жёны неверных мужей»

— Галь, я ухожу.

— Степаш, если будешь мимо продуктового проходить, то купи хлеба.

— Я насовсем ухожу, — муж прочищает горло нервным покашливанием.

— Это как? — вжимаю кулак в массу для котлет.

— Вот так, — тяжёлый вздох за моей спиной. — С сыном я сам объяснюсь. Он мальчик уже взрослый.

Вот проживёшь душа в душу с человеком лет так пятнадцать. Потом выясняется, что талия у тебя расплылась, да и котлеты говяжьи ему уже приелись. Пытаешься укрепить отношения, а на деле семейная лодка давно пошла ко дну. У него вторая семья, а у меня гордость и рука тяжёлая.

Бабий век недолог, если верить предрассудкам. Старая жена надоедает, её домашний халат его раздражает, а от гульки на голове ему аж рычать хочется.

Мой суженый бросился в объятия тонкокостной прелестной лани, доказывая себе или своим друзьям, что ещё на что-то способен.

Ладно бы признался по совести, что согрешил. Так скрывает очевидное и ведёт себя как тот, кто носит не снимая трусы верности.

— Приятного аппетита, — поднимаю крышку-клош.

— Что это, Геля? Что за шутки у тебя такие? — удивляется муж, когда видит перед собой свой ужин.

— Моя месть, — торжественно произношу я, — и она подана холодной, дорогой.