Цикл рассказов об изнанке города, о тех, кто живёт бок о бок с нами, о грани, которую так легко пересечь, — и о дружбе, конечно же. Уют, юмор, стеклишко и парень с мордой крокодила и оленьими рогами в наличии :)
Бывшие «Сказки метрополитена».
Наверное, если бы не крокодилья морда и ветвистые оленьи рога, Аё можно было бы назвать вполне симпатичным юношей.
Но увы, дурная наследственность!
Онуфрий встаёт и идёт на кухню, плотно занавески задёргивает, чаю заваривает чёрного, крепкого-крепкого, горького-горького — как водица болотная; как совесть начальника, что все проблемы на Онуфрия сваливает и зарплату опять задерживает; как тоска непроглядная, что в душе повисла и висит, что тот смог над городом.
К чаю Онуфрий достаёт шоколадку с малиной сублимированной, томик Стругацких про жука в муравейнике и немножко надежд, что завтра всё переменится.
— Слишком много перьев, — объясняет она, и голос у неё всё ещё хриплый, и дыхание прерывисто. — Слишком мало цветов. И всё перемешалось, понимаешь?
Мне надо позвать доктора, но я сижу неподвижно.
Мне кажется, я — статуя.
Лучше бы мне и правда быть статуей.
…Восемь, девять, десять. То есть двадцать.
Тут считать Лизе надоедает, и она идёт искать. Она проверяет за дверью, за шторой, за спинкой дивана… Крёстный, как положено монстру, прячется в шкафу.
Будучи по натуре своей квантовым объектом, через потенциальный барьер сессии Андрюха предпочитал туннелировать. Делал он это потихоньку, не привлекая внимания учебной части — где-то между второй пересдачей и третьей досдачей долгов. Конечно, это было не очень честно, но с Андрюхи что возьмёшь.
Андроид всё-таки.
