— Ванька! Постой! — Степка хватает меня за рукав, останавливает. Глядит как-то испуганно, — ты… ты правда не знаешь?
— Не знаю чего? — я останавливаюсь. Холодею. Неужто? — у Настасьи другой?!
— Нет же! — широко мотает головою Степан. Словно утешая хлопает меня по плечу, — она отравилась грибами. Точнее — вся их семья. Неужто не знаешь?
— Настасья жива? — спрашиваю я наконец. Сердце в груди замирает, пока я ожидаю ответа.
— Лучше бы, — Степан отводит взгляд, сжимает в кулаки ладони, — лучше бы она умерла!
