Почему книжные блогеры -- не литературоведы
Автор: Маргарита БарановаНа эту заметку меня вдохновило два события: во-первых, недавно в профиле у владелицы одного книжного блога в Инстаграме я увидела следующее описание: «ЛИТЕРАТУРОВЕД».
И, во-вторых, в одном из выпусков некоего литературного подкаста ведущие обсуждали три категории людей, влияющих на литературно-критический процесс: книжных блогеров, книжных критиков и литературных критиков. Разберёмся, всё-таки, почему литературоведение — это не критика, почему в подкасте забыли упомянуть литературоведов как отдельную категорию, и почему владельцы книжных блогов нещадно лгут вам, когда подписывают свою страничку как «литературоведческую».
Итак, встречайте, три удальца, одинаковых с лица: книжный блогер, книжный критик, литературный критик. И их сводный брат литературовед.
Книжный блогер — это очень популярный читатель, который делится своим личным мнением о прочитанной книге где-нибудь в Интернете. Но чаще всего книжный блог сосредоточен не на особенностях конкретного произведения, а на всём, что происходит вокруг него: встречах, презентациях, экранизациях, отзывах критиков; либо на самом себе — своих покупках, своих ощущениях от текста и т.д. Ключевые фразы: «Героиня напоминает меня в детстве!», «Герои какие-то серые, сюжет скучный», «Мне было интересно читать», «Мне было скучно читать».
Важное отличие блогеров от литературоведов — их концентрация на, перефразируя Маслова, «отрицательном книжном материале». То есть, попросту на плохих книгах. Секрет прост — такой материал попросту приносит просмотры. При этом толкового анализа, почему то или иное произведение плохо, вы не дождётесь, потому что хлеб блогера — это игра на эмоциях. «Шлак», «тупость», «отвратительно», «нет слов», и прочая риторика идёт в активный ход практически без каких-либо аргументов — читатель/зритель/слушатель блога должен интуитивно всё понять и согласиться.
Книжный критик — это рецензент, который посвящает свой текст одному конкретному произведению, делая его разбор с меньшей долей субъективных оценочных суждений. Книжный критик также опирается на свой читательский опыт и ощущения, но не делает их центром рецензии или статьи. Даже если оценка текста и присутствует, она может быть обращена в пользу информативности рецензии: «Это приятный и лёгкий рассказ, который понравится всем, кто сейчас влюблён», «Этот пугающий роман прекрасно подойдёт любителям Лавкрафта».
Критики, как правило, проводят обзор и неподробный анализ не только самой книги, но и сравнивают её с другими произведениями писателя и оценивают авторскую динамику. «Скучнее/задорнее/изящнее/грубее». Всё это необходимо, чтобы дать представление о рецензируемой книге и предоставить читателю выбор, знакомиться с ней или нет, а также держать свою аудиторию в курсе событий. У Пелевина вышел новый роман? Книжные критики берутся за перо, чтобы вам потом не пришлось браться за саму книгу, но вы обязательно заимели о ней какое-либо мнение.
Литературный критик — это литературовед без кандидатской диссертации, который не захотел жертвовать собственным мнением. Да, вот такое странное определение, но, на мой взгляд, довольно исчерпывающее. Литературный критик занимается анализом не отдельных книг, но и целых течений, тенденций, феноменов в которые эти книги вплавляются со временем. Делает он это со страниц умных журналов или даже собственных книг, но без научной претенциозности — зато с претенциозностью публицистической. На их стороне реальные литературоведческие открытия, факты, работы и исследования, а также собственный хлёсткий слог, нередко (но не всегда) идеологическая ангажированность и субъективность интерпретации. Ввиду опоры на источники интерпретация литературного критика, кстати, может показаться объективной, но на самом деле это не более, чем ещё одно толкование ещё одного пророка.
Однако литературные критики являются наиболее важным звеном в этой пищевой цепочке, поскольку именно их тексты дают обширный материал литературоведам для обзора восприятия того или иного произведения современниками. И именно они имеют наибольшее влияние на ход литературного процесса.
Итак, последнее, тайное, анонимное, забытое, порицаемое звено — литературоведы. Чем же они отличаются от вышеназванных категорий?
Литературовед изучает не то, хороша ли плоха книга. Не то, талантлив ли бездарен автор. Не то, насколько актуально произведение для своего времени или сейчас. Не то, опус ли это магнум Имярека. Литературовед изучает саму ткань произведения, из чего оно сплетено и, самое главное, как.
Для литературоведов не существует понятия «неудачный роман». Любое произведение может стать объектом беспристрастного литературоведческого анализа. Литературовед — это лаборант, на столе которого лежит пузырёк с кровью, необходимого проверить на состав микроэлементов.
Литературовед, в отличие от всех предыдущих категорий, изучает произведение в диахронии, то есть, как самостоятельный объект, безотносительно его места в истории. Блогеры и критики же следуют синхроническому методу — то есть, рассматривают произведение здесь и сейчас, в этот момент времени, и от существования его в этой точке и отталкиваются в своих анализах, рецензиях и разборах. Например, блогер или критик напишет, что «новая книга Пелевина деконструирует капитализм», а литературовед, что «роман В. О. Пелевина «Х» характерно для постмодернисткой литературы раскрывается с помощью таких-то приёмов».
Литературоведение беспристрастно, холодно, но зато вполне объективно с технической точки зрения. Оно не скажет, подойдёт ли эта книга вам для предсонного чтения. Оно перечислит ингредиенты, способы их приготовления и пропорции. Перечислит и оставит вам на размышление. Выводы литературоведения — это неудобные выводы, объёмные, несцепленные в такое приятное и мягкое «хорошо/плохо/умно/глупо». Поэтому литературоведы не влияют на этот самый пресловутый литературно-критический процесс. Они смотрят на него как бы сверху, наблюдают, но не касаются.
К сожалению, относительная безвременность литературоведческих анализов (я говорю «относительная» памятуя об ангажированном советском литературоведении) неинтересна для тех читателей, кому хочется однозначного приговора, такого актуального и губительного в наше время выбора стороны. Либо ты либерал, либо консерватор. Либо произведение суть одно, либо другое. Либо «политическая агитка», либо «сложно структурированный текст с богатым набором тропов и многократной гармоничной сменой модальностей». Либо «скучная нудятина», либо «философская проза, вписывающаяся в метамодернистский дискурс».
И заметьте, второе совершенно не исключает первого и сказано без какого-либо восхищения. Но наше время диктует правила двух сторон, особенно в медиапространстве.
Так что, чтобы оправдывать надпись «литературовед» в описании своего профиля, нужно сначала достичь определённого уровня знаний не только в самой этой науке, но и осознать, наконец, что ложки нет плохой литературы нет. Как нет и языковых ошибок. Но ведь это очень неудобно, правда?