1917. Сталин и заговор царских генералов. Часть 4. Свержение царя

Автор: Володимир Шарапов

В 1917 году крупным российским промышленникам и банкирам стало очевидно, что царь больше не является авторитетом для народа, и волна народного гнева вот-вот сметет самодержца, а дальше - кровавый хаос, а, значит, и потеря всех капиталов и рычагов управления. Такой исход более менее устраивал исключительно тех российских политиков, которые находились на содержании иностранных спецслужб; счет в западных банках, был этим продажным людям много дороже интересов своей собственной Родины. К последним относился в первую очередь Александр Керенский, послушно выполнявший волю начальства из масонской ложи Великий Восток. Этому самовлюбленному и легкоуправляемому человеку поначалу собирались отвести роль карманного диктатора, на которую, впрочем, как быстро выяснилось, тот совершенно не подходил.

Масонских лож в России было как грязи. Туда же все вступали: Пушкин, Толстой, например, тоже были масонами. Ничего в этом особенного и таинственного уже давно не было. Интерес к масоном в обществе подогревался разве что бездарными беллетристами да спецслужбами различных государств. Любопытны в этом отношении так называемые «Протоколы сионистских мудрецов», созданные царской охранкой при полном одобрении Николая II, известного сторонника кровавых еврейских погромов. Протоколы преследовали лишь одну цель – доказать обществу факт существования мирового сионистского заговора и оправдать гонения на жидов, а заодно и списать на них все существующие злободневные проблемы: бедность, военные неудачи, адскую коррупцию, революционную агитацию, эпидемии, пропажи людей, ну и далее по списку. Со времен разгрома декабристов все масонские ложи находились под неусыпным наблюдением Тайного сыска и не представляли для власти особой опасности, хотя бы в силу того, что практически вся российская элита являлась членами масонских лож. Проблема для Российской империи была вовсе не в страшных и ужасных жидомасонах, а в том, что монархический строй давно отжил свое, и общество деградировало со страшной силой. Болезни и грибки поражают лишь ослабленные организмы, в то время как здоровые с ними прекрасно борются.

Была в России, среди прочих, еще и Военная масонская ложа, куда входил член Государственной Думы и Государственного совета, лидер партии "октябристов" Александр Иванович Гучков. Перед этим деятелем невольно хочется снять шляпу. Именно этот решительный и абсолютно бесстрашный человек, пока все вокруг чесались, взял да и практически в одиночку устроил дворцовый переворот в одной из крупнейших мировых империй. Именно он инициировал и организовал спецоперацию по принуждению Николая II отречься от короны. Именно его, а не Ленина с Троцким, должны ненавидеть все наши доморощенные монархисты. Ан нет, как-то про Гучкова они стараются вообще не вспоминать. Ну так давайте им напомним.

Александр Иванович Гучков достоин пера Шекспира куда больше, чем малахольный Гамлет. Кто не знает, это именно он автор выражения «пламенный патриотизм», из которого потом произошло выражение «пламенный революционер». Он был сыном московского-купца старообрядца, а такие люди по определению до конца дней своих служат только интересам своего отечества; разумеется  так, как они их понимают.

В зрелом возрасте этот пассионарий с трудом остепенился и заставил всех вокруг себя, если не уважать, то остерегаться. Он стал крупным промышленником, директором банка и главой влиятельной политической партии. Но до этого он успел объездить полмира и отнюдь не как турист. Едва закончив историко-филологический факультет Московского университета, он рванул ни куда-нибудь, а в Тибет, разумеется, чтобы отыскать легендарное Беловодье. 

Священную страну Шамбалу или Беловодье старообрядцы активно искали во все века. В начале 20-го века многие из них шли в сторону Алтая, где и осели. Почему Саша Гучков помчался в запретный для иностранцев Тибет, одному Будде известно. Видимо что-то знал. В Лхасе он каким-то необъяснимым чудом удостоился аудиенции самого далай-ламы, и тот популярно объяснил пылкому русскому юноше, что  тот не Блаватская и даже не Рерих и попасть в Шамбалу без особого приглашения никому не светит. 

После этого разговора разочарованный молодой человек, перед которым в столице открывалась блестящая карьера, добровольно отправляется в самую глухомань Российской империи в Забайкальский округ и там служит обычным пограничником. Кажется, именно там состоялась первая из его многочисленных дуэлей. Потом вдвоем с братом Саша Гучков совершает совершенно безумное путешествие на конях через Китай, Монголию и Среднюю Азию, которые в те времена просто кишели ордами воинственных кочевников. Этого смертельно опасного приключения ему показалось мало и он махнул в Африку на англо-бурскую войну сражаться на стороне угнетаемых буров. Затем этот неугомонный человек, толком не оправившись от тяжелейшего огнестрельного ранения, сломя голову мчится в Македонию, где вспыхнуло восстание против турок. Действительно, как же ему это было можно пропустить! Затем во время русско-японской войны Гучков по собственной воле попадает в плен к японцам, дабы не бросать раненых русских воинов, которые оставались в госпитале. Впоследствии японцы же его сами и отпустили, искренне восхищенные выдающимися личными качествами этого человека и его гуманизмом: еще до плена Гучков как представитель Красного Креста приложил большие усилия, чтобы к раненым японским солдатам относились по-человечески. Кстати, до этого тоже самое произошло и с англичанами. Англичане освободили Гучкова из плена, взяв с того честное слово джентльмена больше никогда не воевать на стороне буров.

После освобождения из японского плена Гучков возвращается в Москву и с головой погружается в политику. И здесь проявляются его качества как совершенно незаурядного грязного интригана и ловкого политтехнолога. Цель, как известно, оправдывает средства. Без этого, вероятно, не станешь успешным политиком. Целью Гучкова была конституционная монархия, но без Николая II, с которым у того была еще и личная вражда. Первым этапом его плана по свержению царя стала активная информационная компания. Гучков имел большое влияние на средства массовой информации и активно подключился к компании по дискриминации монарха, которую тогда активно вели японская и западные разведки. Когда данная цель была успешно достигнута, он в начале марта 1917 года самолично с небольшой группой поддержки заявился к самодержцу и предложил тому уйти по-хорошему. Гучков отчаянно блефовал, поскольку не смог заручиться поддержкой военных. Но при этом он все рассчитал абсолютно верно и запуганный до полусмерти последний – «последний» во всех смыслах – русский император дрогнул и подписал акт отречения, даже не выторговав себе время подумать. А потом этот «равнодушный сфинкс», как мы знаем от графа Игнатьева, спокойно отправился теперь уже в качестве обычного гражданина Романова играть в домино со своей маман. Ничего удивительного, сфинкс он и в Африке сфинкс…

После отречения царя отчаянный блеф свергнувших его заговорщиков продолжился с новой силой. Во всеуслышание было объявлено о создании так называемого Временного правительства. Для большинства обывателей, оно свалилось, как первый снег на голову. Как говорится, никогда такого не было, и вот опять… Вот что уже в эмиграции много лет спустя скажет об этом странном образовании сам Александр Иванович Гучков:

«Держалось Временное правительство только иллюзиями, и иллюзия была с обеих сторон: со стороны Временного правительства, которое полагало, что оно может на какие-то силы опереться, и со стороны Совета рабочих и солдатских депутатов, который не сознавал своей силы и думал, что за Временным правительством стоят какие-то силы. В действительности Временное правительство было совершенно голым. «А король-то был гол!» Надо было избегать всего, что могло бы обнаружить эту наготу.»

И ведь избегали, и весьма успешно. Это эфемерное образование, во главе которого стоял откровенный предатель и дешевый популист Керенский, эффективно принялось осуществлять поэтапный план западных держав по втягиванию России в войну с немцами и полному развалу страны в дальнейшем. При таких делах патриотично настроенный Гучков только мешался под ногами и его быстро сплавили с исторической сцены. Кстати, весьма знаковая деталь. Накануне произошел красноречивый дипломатический казус: страны Антанты и США вступили в «деловые сношения с единственным законным правительством России» еще за целые сутки до того момента, как Николай II подписал свое отречение от престола, т.е. еще до официального создания самого Временного правительства. Что тут сказать, молодцы ребята. Прям, как чувствовали.

Новая власть в первые же дни после революции сделала чудовищную совершенно немыслимую ни в одной стране вещь: приказ Петросовета под номером один отменил чинопочитание в армии, а весь офицерский состав поставил в полное подчинение солдатским комитетам. С одной стороны, русская армия как боевая единица просто перестала существовать, а с другой -  это нивелировало отчаянные попытки Временного правительства и лично уже военного министра Гучкова перехватить власть у Петросовета и тем самым прекратить разрушительное для страны двоевластие. Любопытно, что ловкий интриган Гучков, добившись заветного высокого поста, повел себя вдруг как полный лопух. На должности военного министра он предпринимал отчаянные меры, дабы навести порядок в армии и продолжить военную компанию. Дело в том, что за активное участие России в войне союзники на словах пообещали ему, что отдадут России во владение Константинополь и Босфор. Даже ишаку из известного анекдота про Насреддина и падишаха было бы абсолютно очевидно, что никто на Западе будучи в здравом уме никогда на это не пойдет. Но Гучков отчего-то вдруг решил, что он самый умный. И кого он хотел перехитрить?

Временное правительство должно было существовать до съезда, где должен был решиться вопрос о легитимной передаче власти и принят закон о земле. По факту никакой подготовки к тому, чтобы решать жизненно важный земельный вопрос не велось. Двоевластие привело к тому, что реально уже никто ничем не управлял. Наступила полная анархия, в стране начался стихийны черный передел. Не дожидаясь декрета о земле, крестьяне кинулись самовольно делить помещичьи земли. Ну потому что, кто не успел, тот опоздал. Солдаты на фронте, такие же крестьяне в основной массе, массово дезертировали, дабы успеть к черному переделу. При этом Керенский яростно противился любым переговорам о мире, хотя по сути воевать армия уже не могла ни при каких условиях. Дальнейшие военные действия могли привести к полному исчезновению России как империи. Все умные люди, а тем более офицеры в Генштабе, это отлично понимали. Дабы не быть голословным вновь приведу слова из мемуаров Мориса Палеолога, где он откровенно высказался о текущем состоянии дел:

«Самый опасный зародыш, заключающийся в [февральской] Революции, развивается, вот уже несколько дней, с ужасающей быстротой. Финляндия, Лифляндия, Эстляндия, Польша, Литва, Украина, Грузия, Сибирь требуют для себя независимости или, по крайней мере, полной автономии.

Что Россия обречена на федерализм, это вероятно. Она предназначена к этому беспредельностью своей территории, разнообразием населяющих ее рас, возрастающей сложностью ее интересов. Но нынешнее движение гораздо более сепаратистское…; оно стремится ни больше, ни меньше, как к национальному распаду. Да и Совет всеми силами способствует этому. Как не соблазниться неистовым глупцам из Таврического дворца разрушить в несколько недель то, что исторически создано в течение десяти веков.

Французская Революция начала с объявления Республики единой и неделимой. Этому принципу принесены были в жертву тысячи голов, и французское единство было спасено. Русская Революция берет лозунгом: Россия разъединенная и раздробленная...»

Вам это ничего не напоминает? Думаю, многие помнят так называемый «парад суверенитетов» после развала СССР. Тогда еще вечно полупьяный Борис Ельцин советовал всем республикам: 

«Хапайте суверенитет, кто сколько сможет!». 

Такие параллели в истории неслучайны. Ленин в своей работе «Карл Маркс» строго научно обосновал подобные повторения тем, что история движется по спирали. На каждом витке спирали события почти в точности повторяются, но уже на другом качественном уровне. Это наблюдение Ленина стало развитием идей итальянского философа Джамбаттиста Вико, впервые открывшего исторические циклы. На эту же тему весьма ехидно высказался Владимир Высоцкий:

Я думаю ученые наврали.

Прокол у них в теории, порез.

История идет не по спирали,

А вкривь и вкось, вразнос, на перерез

Правда, господин французский посол почему-то скромно умолчал, что он сам лично приложил не мало сил, денег и бессонных ночей к такому раскладу. Богатая природными ресурсами Россия Западу нужна была слабой и раздробленной. Впрочем, это касалось не только России. Целью Первой мировой был распад четырех мировых империй: османской, русской, Австро-Венгерской и Германской. 

После падения дома Романовых по Петербургу сразу же поползли слухи, что английский премьер-министр Ллойд-Джордж, узнав об отречении Николая II, якобы довольно потер руки и произнес: «Одна из английских целей войны достигнута». 

Но об этом и много другом подробней в следующей части.

+1
374

0 комментариев, по

107 29 14
Наверх Вниз