Зверь, именуемый Кот
Автор: Мышык Лев ФедоровичСреди почтеннейшей публики распространено убеждение, якобы современный человек без ноутбука в среде предков бесполезен вовсе, а в рассуждении вирусной безопасности еще и вреден.
Убеждение сие проистекает по большей части из глупости и лени, коими отмечены люди праздные, в особенности же те, кто «зашел на АТ после рабочего дня чтобы отдохнуть». Про таких людей и для таких людей у меня ничего нет, и лучше им с порога пройти мимо, да здравы возвратиша.
Прочим же предлагается перевернуть ситуацию и примерить ее на ХХ1 век, в который угодил пришелец из века ХХХ, скажем. Для нашей истории не годятся примеры с попаданцем в психушку или в криминальную хронику. Допустим, что попаданцу поверили, и стали его расспрашивать. Он, конечно, попал сюда без ноутбука, потому что это старье, а он был там у себя через имплант постоянно включен в ноосферу и теперь испытывает жесточайшую информационную абстиненцию...
Кроме шуток, ведь есть определенные центры в мозгу, отвечающие за обработку равновесия, дыхания и т.п., — точно так разовьется и область коры или там еще чего, ответственная за информацию, и будет страдать — физически! — от нехватки данных, пускай даже унылых романчиков — как страдает тело от нехватки кислорода.
Итак, секретов антигравитации нам попаданец не раскроет, ибо занимаются ими физики. То же и с телепортом: «Да, авария на Нуль-Т меня сюда перенесла, но как устроено это самое „Нуль-Т“ — это вам к Командору, я же обычный линейщик.»
Что можно извлечь из коротенького абзаца?
Сразу два направления исследований, которые гарантировано привели к результату — антигравитация и телепорт.
Они есть. Они не выдумка, не химера — вот что важно. В этом направлении можно копать, здесь точно есть консервы!
А что современная наука секретами не владеет, и даже подступиться не сможет — вопрос времени. Наука Людовика или там Рамзеса тоже не владела обычнейшей заморозкой рыбы банальнейшим жидким азотом.
Теперь возьмем излюбленный пример, с помощью коего не очень умные люди пытаются доказать бесполезность попаданчества. Тот самый, где попаданца спрашивают о годах правления Людовика, всяких там частных вопросах... Они бы еще у оруэлловского жителя или у персонажа Замятина спросили чего-нибудь про национальное самоопределение. Или у ефремовского Дар Ветра поинтересовались запасом хода «Пантеры».
Это все потому, что Кир Булычев реально величайший писатель, и прощальный диалог Алисы Селезневой с классом московской школы прошит в сердцах золотой нитью. «А стихи будет писать, конечно, Коля Герасимов!» Именно на таком уровне — до имен и фамилий — наша почтеннейшая публика представляет себе диалог с будущим. В силу же зашоренности и мысленной инерции, никакого иного хода событий представить себе почтеннейшая публика не может.
Селезнева не попаданец, она вообще-то командированная в конкретный период и эпоху с конкретной целью (вернуть ценный прибор). Сравнивать ее с нашим обычным попаданцем — все равно что сравнивать подготовленного к внедрению в Китай посланца иезуитов (двадцать лет готовили, не шутка) с выброшенным бурей на берег Вильямом Адамсом, «белым самураем» Токугавы.
Итак, что же мог бы поведать именно случайный попаданец? Без ноутбука, смартфона, без мощи всея интернета?
Допустим, что попаданец из 2019-2021 года, когда про КОВИД уже из каждого утюга, и попаданец будет в маске. От КОВИДа не спасет, но хотя бы от некоторых вирусов спасет, чтобы предки не перемерли прямо в ходе беседы.
Также допустим, что средневековье у нас не ранее (до крестовых походов) и не высокое (после Столетней войны). Градации условные, специалисты меня поправят, но мы пока не говорим о тонкостях.
В раннем средневековье люди намного менее зашорены, там проще с принятием нового человека. Но тамошнее право строго корпоративно. Вне своей общины — ватаги — рода — подразделения человек там никто. Если попаданец сообразит назваться знатным человеком, в пути отбившимся от посольства Царя Ионанна, ему почет и внимание. Не сообразит — «возможны варианты», большей частью неприятные.
В позднем средневековье человек уже более ценен сам по себе, резать его просто потому что он один, там вряд станут. Но и мир очерчен более четко. Прокатить на фу-фу не выйдет. Если наш герой — афропопаданец или японопопаданец, то выдать себя за подданного Великого Хана из страны Ксанаду еще выйдет, а вот с европейцами не все так радужно. Тем не менее, позднее средневековье для попаданца очень благоприятное время, а откровенное подыгрывание так же обесценит эксперимент, как откровенное неприятие.
Далее никаких уже допущений мы не делаем. Случаи попадания в «желтый дом» или под нож разбойника мы тоже не рассматриваем — с тем же успехом не повезет и местному богачу, он так же привлекает внимание и обещает жирную добычу.
Случай попадания женщины мы тоже не рассматриваем. Если она не Алиенора Аквитанская, то судьба ее весьма печальна до самого Нового Времени, (после разрушения Бастилии) когда женщину стали числить человеком, а не просто придатком к мужчине. Об исключениях, опять же, не говорим: наш случай «из средних средний».
Итак, наш герой — не реконструктор, не историк, на языке места попадания знает условно 50 слов из телевизора и интернета на уровне «май нейм из Васька», не боец СпН ГРУ, «не молод, не строен, не красив» как отлил в бронзе некогда С.Рокдевятый.
Попадает он без разницы в какую землю Европы — тогда что в Восточной, что в Западной были одинаково замки, в замках феодалы. И герой наш попадает в некую условно-среднюю деревню. Не такую, где его сразу потянут на костер, но и не такую, чтобы его прямо сразу произвели в боги. Пришел какой-то бродяга, но!
Одет чисто. Руки холеные. Лопочет не по-нашему. А самое-то главное: одет по мерке!!!
Однозначно — отставший богатый или хуже того знатный человек. Ни в коем случае не убивать, барон кожу спустит!
И попаданца с умеренным респектом отведут в замок барона.
Барон у нас тоже средний: не просвещенный еретик, но и не раубриттер. То есть, барон не прозревает сразу прямо все выгоды и не начинает заправлять в доспехи космические карты, но и не настолько дурак, чтобы закрысить попаданца тильки для сэбе и поставить в рабы явно знатного человека — с жирным телом, мягкими руками, хорошо одетого. Барон посылает непонятную находку графу или герцогу или королю — словом, рано или поздно наш попаданец оказывается в покоях реального властителя той земли.
А вот здесь уже никаких допущений. Реальный властелин дураком не бывает никогда. Он может быть сволочью, он может быть далеким от мирского наследником дедовой славы (Улугбек, его астрономы хорошо знают) — но он в любом случае понимает значение информации. Если там король-дурачок, то у власти есть канцлер, советник, визирь, думный дьяк — к нему-то нашего попаданца и приведут.
И вот тут возникает неиллюзорный вопрос: что спрашивать? Вот вы лично что спросили бы у Алисы Селезневой? Уже понимая, что она не изучала вашу личную биографию и даже о вашем ПГТ Мусохранск вряд ли слышала там у себя в счастливом будущем.
Через некоторое условное время, сильно сокращенное горячим желанием обеих договаривающхся сторон, языковой барьер падает. За это время так же проходит карантин — верные принципу «из средних средний» мы не делаем попаданца биологической бомбой. Допустим, что какие-то вирусы он пронес, но местные, скажем, помня уроки Великой Чумы 1340х годов, обеспечили общение через воздушный промежуток. Так или иначе — диалог начат!
И вот наш предок — герцог, король, канцлер, неважно — спрашивает у попаданца все эти глупые вопросы про годы правления Людовика Боголюбского, нитрирование пороха, преимущество дизельного двигателя над промежуточным патроном, а песен Высоцкого над командирской башенкой. Разумеется, попаданец ничего внятного изъяснить не в силах.
Что же делает дьяк? Считает человека бесполезным и «за пристава»?
Нет, герцог же не на АТ пришел отдохнуть. У него страна на плечах. И, с учетом тогдашней веры в бога, еще не размытой Гусом-Лютером, у него вещественное доказательство Божьего Дива — вот этот самый человек.
Тогда дьяк говорит:
— Ладно, вы устали, вы беспокоитесь. Давайте начнем сначала. Где вы родились?
— В городе N, в третьем роддоме.
— Роддом — что такое?
— Ну это специальная больница для облегчения родов.
Упавшего в обморок писца выносят. Входит чувак покрепче, из допросной палаты.
— Специальная? То есть, у вас есть и обычные больницы?
— Ну да, в нашем городе их три: взрослая, детская и кожвендиспансер.
Перезарядив писца и отхлебнув винца, дьяк говорит:
— Опустим это. Что было дальше?
— В три года я пошел в детский садик. Мать работала, сидеть со мной было некому.
Дьяк очень хочет спросить, кем работала мать, но его ангел-хранитель еще не сдал вахту, и потому дьяк спрашивает:
— Что такое детский садик?
— Вы это... Писцов не хватит.
— Хер с ним, с протоколом, давай так, жги, я вот сейчас еще приму полпинты, и пофиг уже.
<....>
— А руки мыть перед едой зачем?
<....>
— Что, любой знает что такое перегонный куб? Брешешь! Побожись!
<...>
— Что значит «Всеобщее обучение?»
<...>
— Да вам пергамента не хватит! Как: «бумага», это что?
<...>
— Печатные книги? ПЕЧАТНЫЕ????
<...>
В общем, опустим завесу жалости над концом этой печальной сцены.
Даже самый тупой троечник знает:
— почему надо мыть руки: потому что микробы. Микробов можно увидеть в микроскоп. Там шлифованые линзы. Как шлифовать, он не знает — а вот зачем, знает и показать может. И подзорную трубу в кино про пиратесов он видел. А ведь средневековье, уже изобретя очки, примерно лет двести тупило, не догадываясь поставить пару линз последовательно.
Вот мы сходу выдали целое научное направление и отрасль промышленности, средневековый супер-хай-тек: оптику.
— правила правописания — какие? Ну я не знаю, но они есть.
— Циферки? Ну так же проще считать! Делить? Умножать? Да это у нас каждый умеет, во, я покажу!
Даже самый-рассамый троечник умеет перемножить «по рублю» с троих и разделить поллитра на троих же. Это я не говорю о тех Обычных Русских Студентах, кому хватило ума сдать математику чтобы стать Студентом.
Кстати, о студентах:
— экзамены, семестры, единая школьная программа. Зачем? Так учить проще и быстрее. Нет, я не учитель. Но меня-то учили...
— вообще унификация. Зачем? Ну так же проще солдат обеспечивать!
— лотерея : сравнительно честный способ пополнить казну, с чем в средние века всегда было тяжко
— машинное производство, конвейер. Нет, он не скажет, как это устроено. Но что машины когда-то давно двигались силой пара, и были паровозы, и были пароходы — он в кино видел.
— что такое кино? Ну, сам он, конечно, не знает, но принцип смены кадров очень прост, и мультипликацию на промасленной бумаге, с проектором от свечи через линзу, (рассказанную в предыдущей серии), в средние века сделать очень даже можно, и это снова неепический хай-тек.
— дальше. Что такое наука? Ну это когда опыты делают.
— Какие там еще опыты? Средневековая наука — схоластика, споры, логика! — Вот потому вы и сидите в средневековье! У нас ученые опыты делают, эксперименты там всякие. Какие? Я не знаю, я не ученый...
Ну и что, что не ученый: примат опыта над болтологией доказан, одно это обеспечивает рывок.
А ведь это мы еще ни словечка про Америку, про индийские пряности, про Китай, который в 2021м делает ну вообще все.
Перечислять остальные темы я не вижу смысла. Это уж точно не позволит людям развеяться после работы. В любом случае, даже самый последний троечник бомба информации. Информации систематизированной в рамках начальной школы. Информации, в которой все со всем стыкуется и вяжется, что на средневековом уровне однозначно знак божий. Прибавим к этому еще, что «из средних средний» обычно компенсирует свою посредственность сметкой, хваткой, умением работать руками, пробивной способностью. Так что строить какие-нибудь требушеты или мосты он сможет, если захочет, без особенных проблем, и будет жить сыто. Хотя не факт, что долго.
Какова будет дальнейшая судьба выложенной попаданцем информации? По принципу «из средних средний», мы принимаем, что информацию не пустят в дело сразу и охотно, но ее и не отвергнут окончательно. Скорее всего, ее засекретят. Отчасти из выгоды, отчасти из опасений, что она разрушит существующий мир.
Дальше попаданец может спокойно умирать от местного штамма оспы, если он дурачок-антипрививочник, или от кинжала в печень, по ходу внутридворцовых разборок, или на костре как опасный безбожник. Дело сделано: одних только перечисленных мыслей хватит для появления Галилея на 200 лет раньше, чумных карантинов на 300 лет раньше, первых научных центров на базе светской науки и самой этой науки на 300 лет раньше, и далее, далее, далее.
Поэтому с мнением о бесполезности попаданца — пускай даже мнение это высказано людьми толковыми и грамотными — я согласиться не могу.