Припадая к истокам - 2
Автор: Д. В. АмурскийМой прадед, Василий Петрович Молчанов, родился в последней трети XIX века. Во многодетной семье его отца было шесть сыновей и трое дочерей. Прапрадед Пётр отличался склонностью к выпивке и карточной игре. Как рассказывал потом мой дедушка Дмитрий, однажды прапрадед, перебрав спиртного зимой, шатался непонятно где всю ночь. Нашли его на следующий день в канаве на краю села и без тулупа, по-местному — кожушка. С тех пор в селе про Петра издевательски говорили, что он не Молчанов — он Кожушкин.
Хозяйство в семье прапрадеда держали в своих руках мать и старший сын Осип. Осип щепетильностью не отличался, своих братьев и сестёр за людей не считал и рассматривал их лишь как дармовую рабочую силу. Вместе со своим дядей, братом матери, старший сын прапрадеда торговал скотом. Но так уж явно стал Осип обманывать компаньона, что тот не выдержал и нажаловался сестре. Разразился большой семейный скандал. Тут уж каждый член семьи высказал то, что наболело. Осипа отстранили от всех дел, но он уже успел скопить денег достаточно, чтобы купить своей семье отдельный дом.
Прадеду моему после памятного скандала досталась маленькая плохонькая хата. К тому времени Василий Петрович уже отслужил семь лет в армии, где объезжал лошадей для кавалерийских частей. Армейский опыт очень пригодился: прадеда взял в компаньоны зять, муж его старшей сестры Федосьи, который занимался торговлей скотом. Зимой продавали лошадей, осенью пригоняли свиней, забивали на мясо и сбывали на селе. Василий Петрович был человеком честным, к тому же очень хорошо разбирался в лошадях. Поэтому дело у него с компаньоном наладилось. Уже через три года мой прадед смог поставить себе хороший дом. В хозяйстве появились лошадь, телега, две коровы, дюжина овец. Одно было плохо — в селе землю в поле давали только на мужчин, а у Василия Петровича были только дочки.
И вот, наконец, 20 февраля 1914 года родился сын, мой дед, Дмитрий Васильевич. Но недолго радовались его родители — летом началась Первая мировая война. Василий Петрович пошёл на фронт. Если судить по единственной сохранившейся фотографии моего прадеда, то был он либо унтер-офицером, либо урядником (жители Макашевки имели право служить в Донском казачьем войске).
С войны Василий Петрович вернулся с подорванным здоровьем в 1917 году. Он попытался возобновить торговлю скотом, но результаты были плачевными: то ли сил уже не хватало, то ли общая обстановка в стране повлияла. Василия Петровича и грабили, и пытались убить, и хату поджигали. От расстройства он сильно заболел и зимой умер. Моему деду тогда ещё не исполнилось и четырёх лет.
А в Макашевке в это время творился революционный беспредел. Как только до жителей села дошли вести о "Декрете о земле", беднота сразу же разграбила самые богатые усадьбы в округе.
Весной 1918 года в Макашевке организовали ревком, комбед, а позже — и коммунистическую ячейку. Новая власть проводила реквизиции продовольствия. Это вызывало недовольство у большинства населения.
Летом 1918 года в донесениях в Москву из Воронежа отмечалось, что "в связи с разгаром сельскохозяйственных работ вербовка в Красную армию идёт плохо. Население уездов возмущается действиями фронтовых отрядов".
А в Борисоглебске отмечался и вовсе комический случай: "Арестован командир 2-го полка, который самовольно распустил полк на полевые работы, что заставило другие полки вынести на общем собрании постановление — тоже разойтись, что и было ими приведено в исполнение".
(Советская деревня глазами ВЧК-ОГПУ-НКВД, том 1, стр. 75)
В марте 1919 года председатель губчека сообщал из Воронежа: "В уездах Воронежской губернии, прилегающих к Дону, на почве пропаганды со стороны белогвардейцев и кулаков вспыхивают разновременно повстанческие движения, штабом армии предприняты решительные меры подавления восстаний. Губерния объявлена на военном положении за исключением трёх уездов".
(Советская деревня глазами ВЧК-ОГПУ-НКВД, том 1, стр. 125)
А 14 мая 1919 года в Макашевке вспыхнуло восстание против советской власти, которое стремительно стало распространяться по округе. Восставшие объявили себя "Зелёной Гвардией".
Советских активистов в Макашевке арестовали, часть коммунистов была расстреляна. Но большинство сочувствующих Советской власти мужчин записались в Красную Армию и воевали на фронте, так что в селе в тот момент преобладали те, кто сочувствовал кулакам. К ним добавились дезертиры.
Зелёные были слабо вооружены. Даже через месяц после начала движения в Макашевке, где располагался центральный штаб и продовольственные склады повстанцев, насчитывалось не более 600 человек ополчения при очень малом количестве патронов. Большинство же было вооружено топорами, вилами, лопатами. Собирались по набату. В слободе были нарыты канавы, поперек дорог положены бороны. Организация была куда лучше, чем вооруженность.
Вот как описывает солдат "Зелёной Гвардии" очевидец: "На зелёных практически не было формы вообще, они носили преимущественно крестьянскую одежду с клетчатыми шерстяными кепками или потёртыми бараньими папахами, на которых был наших крест из зелёной ткани. У них был простой зелёный флаг".
Органами советской власти неоднократно предпринимались попытки подавить восстание. В Балашове был сформирован отряд в 300 человек под командованием Шатилова. Это подразделение выдвинулось к станции Родничок, затем заняло деревню Третьяки, предварительно разбомбленную с аэроплана. В Москву была отправлена телеграмма, что восстание можно считать ликвидированным.
(Советская деревня глазами ВЧК-ОГПУ-НКВД, том 1, стр.139)
Но отряд Шатилова, наступавший на Макашевку, был отбит. Зелёные также подорвали броневик с экипажем красноармейцев. Чудо военной техники на деревенской улице — это было настоящим событием для макашевской детворы. Мой дедушка с другими мальчишками бегал посмотреть на подбитый броневик. Это одно из ярких впечатлений его детства.
Шатилов и руководство его отряда собирались расстрелять Макашевку из трёхдюймовых пушек, которые имелись в наличии на складах в Балашове. Но тут селянам повезло — уже отрапортовавший в Москву о подавлении восстания реввоенсовет 9-й армии отказался выделять артиллерию.
24 июня 1919 года штаб "Зелёной Гвардии" в Макашевке предпринял ответный ход, начав наступление на станцию Родничок. Сильно ослабленный и раздёрганный на взводы для охраны железной дороги отряд Шатилова был уничтожен вместе со своим командиром. А 1 июля 1919 года зелёные вместе с деникинскими частями взяли штурмом Балашов. Этот эпизод Гражданской войны нашёл отражение в романе Шолохова "Тихий Дон". Казаки, ворвавшиеся в Балашов, потом долго хвастались перед товарищами тем, как много они награбили в этом городе. Думаю, что зелёные ополченцы от них не отставали.
Наступление деникинских войск на Воронежском направлении (июль 1919 года).
Обстановка была очень сложной. К примеру, Борисоглебск деникинцы захватили 2 июля 1919 года. Красные отбили этот город 18 июля, но уже 12 августа в Борисоглебск ворвались части "Дикой дивизии", поддержанные белоказаками и добровольцами из Богучарского отряда. 23 августа их выбили из города красные кавалеристы Н.А Переведенцева.
В октябре 1919 года ситуация на фронтах поменялась, Красная Армия перешла в контрнаступление. Войска Деникина покатились на юг. "Зелёная Гвардия" Макашевки, мобилизовав всех мужчин в возрасте от 15 до 55 лет, попыталась выставить заслон наступающим частям Красной Армии. На пшеничном поле между сёлами Губари и Махровка произошло сражение, в ходе которого зелёные были наголову разбиты. Жители Макашевки в панике массово бежали из села, опасаясь репрессий, но через неделю вернулись. Руководителей восстания против Советской власти арестовали, но большинство бывших зелёных не трогали.
Фотографии Макашевки делал Никита Готянский.