Индейцы и персики
Автор: Денис МиллерЛюбимым фруктом восточных индейцев был персик. Англичане и ранние американские поселенцы, приезжая в Новый Свет, поражались обилию персиковых садов вокруг индейских деревень.
В 1683 году Уильям Пенн, основатель города Филадельфия да и вообще английской колонии Пенсильвания, наблюдал, как ленапе выращивают персики в окрестностях: «Вот и персики, и очень хорошие, и в больших количествах, какая индейская плантация без них ... их можно покупать бушелями за небольшую плату; из них делают приятный напиток, и я думаю, они не уступают любому персику, который у вас есть в Англии, кроме настоящего ньюингтона". Он пересадил несколько саженцев в свой яблоневый сад.
Несколько лет спустя английский миссионер, путешественник и натуралист Джон Банистер, побывав в Виргинии, писал: «… потому что у индейцев было всегда больше разнообразия и лучшие сорта персиков, чем у нас. … Я видел так называемые желтые сливы-персики (вероятно, нектарины. Пр. А), которые были 12 или 13 дюймов в обхвате».
Ранние американские ботаники, например, Джон Бэртрам, которого Карл Линней полагал за величайшего ботаника в мире, полагал, что персик - местное американское растение, до того он часто встречался на восточном побережье. Разные люди свидетельствовали о широком распространении:
1682, Каролина: «персиковое дерево в невероятных количествах разрастается в дикой природе».
В том же году в лесах Нью-Джерси описаны дикие персики.
В 1787 г. : «Персиковые деревья настолько многочисленны в Вирджинии, что часто, после вырубки соснового леса, они покрывают всю местность».
Персик воспринимался как настоящий сорняк: «Мы вынуждены проявлять большую осторожность, чтобы избавиться от них, иначе они превратят нашу землю в пустыню персиковых деревьев».
Тем не менее до 1539 года земля американская персиков не знала.
Испанский конквистадор Эрнандо де Сото высадился о своим отрядом в 600 человек где-то недалеко от нынешней Тампы во Флориде и попер вглубь континента в поисках золота.
Предполагаемый путь экспедиции де Сото
Ничем хорошим для де Сото, его людей и встреченных по дороге индейцев эта экспедиция не закончилась: золота не нашли, де Сото и солидная доля отряда здесь встретили смерть, зато на местное население страх божий наводили еще как! Об этой экспедиции можно написать не одну книгу, нам важнее ее культурологические аспекты.
Прежде всего, де Сото и его люди - единственные европейцы, которые своими глазами видели так называемую Миссисипскую культуру. Возможно, они стали и ее ликвидаторами, ибо сгинула эта культура не от каких-то военных или экологических катаклизмов, а от инфекционных заболеваний, занесенных из Европы (по представлениям ученых, от болезней, которых Америка до прихода европейцев не знала, погибло от 80 до 95 процентов индейцев). В общем, когда столетием позже белые снова посетили Миссисипи, вместо многочисленных городов на ее берегах они увидели уже редкие деревеньки.
Но не будем о грустном, а вспомним о взносе де Сото в материальную культуру Америки.
Испанцы привезли с собой свиней, несколько хрюшек сбежало, одичало, с удовольствием размножилось и к нашему времени шесть миллионов их потомков представляют серьезную проблему для сельского и лесного хозяйства США и Канады. Допустим, тут не только де Сото виноват, свиней европейцы и позже завозили, но де Сото стал первым.
Испанцы в этом походе потеряли лошадей - некоторые убежали, одичали, размножились, превратились в мустангов, результатом чего стало появление конных индейцев Великих равнин. Опять же, не только де Сото лошадей в Америке терял, но стал одним из первых.
Наконец, испанцы имели привычку раскидывать косточки от привезенных из Европы персиков где попало: персикам американские почва и климат очень пришлись по душе, и они прорастали и начинали плодоносить, а индейцам пришлись по душе персики - и они тоже раскидывали косточки где попало.
Деревья быстро росли и производили изобилие вкусной еды, которую можно было есть свежей, приготовленной или сохранять в неурожайные месяцы. Косточки этого нового обильного плода распространились на север по торговым маршрутам коренных народов, и посадки персиков возникли вокруг многих деревень и поселений по всему Дальнему Югу, Средней Атлантике и Северо-Востоку будущих США.
Фактически, персик был агрессивным инвазивным видом, нарушающим экологию, вытесняющим местные виды... но он был вкусным и полезным, а потому его распространение мало кого беспокоило. Американские плодовые вредители и болезни пока ему не мешали.
Персиковые сады чероки, ленапе, ирокезов и других не походили на знакомые нам сады. Сегодня все коммерческие персиковые сады выращиваются с привитыми деревьями: два дерева сращиваются вместе, нижнее с хорошими корнями, а верхнее с хорошими плодами. Таким образом, один сорт персика можно привить на подвой в любой точке мира. А вот дерево, выращенное из косточки, будет иметь черты обоих родителей и даст совершенно разные плоды. Посадка косточками создаст популяцию уникальных деревьев с различным качеством и устойчивостью к болезням - с чем современное сельское хозяйство не может справиться с экономической точки зрения. Тем не менее, коренные народы на востоке Северной Америки высаживали тысячи фруктовых садов косточками. Даже если некоторые из этих деревьев давали плохие плоды, другие давали персики исключительного качества (помните рассказы о персиках с обхватом 13 дюймов?).
По сути, выращивание персиков из косточек не только дает плоды, но и дает широкий выбор генетического материала, из которого затем выбирают лучшее и высаживают в новых садах и деревнях. Восточное побережье было масштабным проектом по выращиванию персиков, осуществлявшимся на протяжении столетий местными фермерами, и современные американские сорта часто являются потомками этих деревьев.
Однако различия между персиковыми культурами коренных народов и европейцев были глубже. Традиции коренных народов в отношении землепользования и европейские законы о собственности часто вступали в конфликт в течение этого периода времени, и персики часто оказывались спорным моментом в отношениях, которые перерастали в насилие. Война за персиковое дерево, развязанная вокруг нынешнего Нью-Йорка, а тогда Нового Амстердама, в 1655 году, была инициирована убийством голландским поселенцем индейской женщины за «кражу» персика. Впрочем, как это часто бывает с войнами, убийство из-за персика - это повод, а на самом деле там встретились земельные интересы голландцев, шведов и индейцев разных племен.
Поскольку персики стали важным элементом питания коренных жителей, они занимали видное место в истории об этнических чистках и геноциде коренных народов к востоку от Миссисипи. Летом 1779 года Джордж Вашингтон послал армию во главе с Джоном Салливаном в карательный набег против племен сенека и каюга за то, что они встали на сторону британцев во время американской революции. Вашингтон неоднократно заявлял, что поселения племен должны быть полностью уничтожены.
Но когда американские солдаты прибыли в район озер Фингер, они были поражены, увидев сады с тысячами фруктовых деревьев - яблок, персиков, вишен - и передовые сельскохозяйственные системы с продуктами, ранее неизвестными им. В записях кампании Салливана мы находим неоднократные упоминания персиковых садов с сотнями, а иногда и тысячами деревьев почти в каждой деревне. Все они были сожжены или срублены американскими солдатами. Этот набег был настолько разрушительным, что племена сенека, каюга и онейда так и не смогли полностью восстановиться - и единственное, что у нас есть об их передовых сельскохозяйственных системах - это записи американцев, сражавшихся за их уничтожение.
В начале 19 века природа Америки наконец нашла оружие против агрессивного инвазивного вида, естественно, биологическое: на персики стал нападать плодовый долгоносик Conotrachelus nenuphar и мотылек Synanthedon exitiosa, их стала поражать инфекционная персиковая желтизна.
Широкое распространение одичавшего персика прекратилось, он перестал заполонять вырубки, и теперь, чтобы найти в лесу заросли персика, надо было сильно постараться.
Индейцев в это же самое время теснили на запад. Чероки переселились в Оклахому, ленапе - в Канзас.
Про индейские персиковые сады забыли, хотя и белые американцы тоже любили персики.
В то время садоводство считалось скорее занятием джентльменов. Фермеры-джентльмены считали выращивание фруктов чем-то особенно изысканным и европейским. Выращивание персиков для продажи на рынке требовало опыта, ненужного для кукурузы и хлопка, которые мог вырастить любой земледелец. Чтобы добиться успеха, фермеры, выращивающие персики, должны были иметь доступ к садоводческой литературе и последним научным открытиям. Это требовало грамотности, а также определенного уровня образования.
Рафаэль Мозес, плантатор из Колумбуса, был одним из первых, кто начал продавать персики в Джорджии в 1851 году, и ему приписывают то, что он первым успешно продал персики за пределами Юга.
Однако в те времена персики трудно было транспортировать, поэтому о коммерческом выращивании можно было пока не думать. Персики оставались второстепенный культурой, главной был хлопок.
Все изменила гражданская война. Пока воевали, Англия наладила выращивание хлопка в Индии и спрос на американский хлопок упал. Вот тут и вспомнили о персиках, тем более, что к этому времени был изобретен вагон-рефрежиратор и персики теперь можно было везти хоть на край света.
Джорджия к концу девятнадцатого века уже с гордостью могла называть себя Персиковым штатом.
Только вот в статьях, которые рассказывают о истории персиков в Джорджии, обычно ничего не пишут о персиковых садах индейцев чероки, изгнанных когда-то из этого штата.
Я помню о цикле "Уйти на Запад" и размышляю, о чем писать дальше))