Оставленное сердце. 4.40

Тревоги тихий трепет затаенный

Точился из-под спуда сквозь усталость.

Замерзших миль степных осталась малость,

Но воздух, весь угрозой напоенный,

Сгустился, и просилась в душу жалость

При взгляде на существ, во льду застывших

И, кажется, живыми и небывших, –

Вновь братца-шутника смешная шалость.

Смотрел я на волков, свое отвывших,

Кентавра, укрощенного льдом в крике,

Снежинок слышал говор безъязыкий,

Насмешливо погибших осудивший.

– Еще один рывок, – сказала Фэрна. –

Но станет самым трудным он, уж верно.