Гендерный вопрос продолжаю... / Ворон Ольга

Гендерный вопрос продолжаю...

Автор: Ворон Ольга

Предупреждение: фрагмент текста!!!

Вчера, к сожалению, выложить обещанный фрагмент не смогла. Исправляюсь. Это на данном этапе работы над "Каменной Водой" единственное место, где впрямую текстом поднимается вопрос взаимоотношений между полами. 

Асиант (высший благой) Ашират Фриз - гость в Самре, благородный (асиль) из страны Меккере. По пути спасает людей рода Нар и потому Вилы (благие воины) рода Нар его принимает в своём поместье как дорогого гостя. Перед ужином Ашират выходит погулять и в саду случайно... 

...Выпустил из ладони притянутый бутон жасмина и тут же услышал знакомый звук. Дах! С таким глухим стуком нож или дротик, пущенный с руки, врезаются в дощатый щит мишени. Склонил голову, прислушиваясь. Дах! Врезалось повторно. Кто-то недалеко от него, в саду, упражнялся в метании оружия. Ашират усмехнулся. Это неплохое развлечение до полуденной фатики! И пошёл на звук, стараясь подойти так, чтобы не помешать незнакомому вилу. 

Внезапно стук прекратился, и он продолжил идти по памяти звука, на ощущение дороги. И выйдя за край ряда густо посаженных высоких жасминов, оказался на небольшом тренировочном поле. На белом песке лежали сорванные ветрами лепестки, с одной стороны поля стояли столбы, увитые верёвками, а с другой высился широкий дощатый щит для метания. Возле него девушка в короткой красной тунике и шароварах задумчиво осматривала мишень. Белые с пепельным волосы, густые и пушистые, небрежно уложенные, спадали непослушными прядями то там, то тут, и девушке приходилось порой то сдувать лезущий на лицо локон, то нетерпеливо встряхивать головой. Удивительно красивая ладная фигура с плавными изгибами и прямой статью. Такая, что Ашират залюбовался, мечтательно улыбаясь. Девушка, настоль юная, что лишь недавно её движения стали плавны и мягки, собрала со щита метательные ножи и, отступая на прежнее место у начала площадки, резко обернулась.

И Ашират внезапно осознал, что видит не простую мирянку, склонную к ратным игрищам. Эта - вилинка. Истинная, безупречная благая кровь! Светлые глаза, белые волосы, правильные черты, свободные движения, не знающие оков предосудительности. И, похолодев, Ашират сдал назад. Вилинка смотрела прямо на него, и в её глазах не было испуга. Но резкая морщинка недовольства пролегла меж бровей. 

Он склонился, прижимая руки к груди в извинении, и попятился, костеря себя за неосторожность. Он ждал, что вот-вот вынырнут из-за кустов лихие ватажники, призванные охранять благорождённую, или набегут её простолюдные товарки, упустившие госпожу из виду. И как тогда объясняться?! 

Хотя вилы и сами хороши! Гостя взяли в дом, а указать границы женской половины не удосужились! Если бы хоть кто-то его упредил, что так близко она к гостевой! 

- Благородный чужестранец всегда подходит так тихо и неожиданно? 

Ашират сглотнул, остановился. Теперь, когда девушка заговорила с ним, уйти и сделать вид, что не заметил, невозможно! Он медленно поднял взгляд. 

Вилинка стояла прямо перед ним и не думая скрывать лицо или звать на помощь. Она смотрела на него с любопытством и покачивала меж пальцев узкий клин метательного ножа. Светлая полоска бликов от солнца падала на тунику, делая её подобной сполохам огня.

Он знал, что у разных народов обычаи разнятся. И множество есть таких, где и вовсе позабыли волю богов и не ценят благородную кровь женщин, принуждая их к работе, равной простолюдной, а где-то благих дев и уродуют, чтобы сделать их неприятным трофеем для чужаков. Он судорожно пытался вспомнить, писал ли что-то об отношении к женщинам у самритов отец, но, словно небо потешалось над ним, и ни одной строчки из писем не приходило на ум. Силился вспомнить то малое, что наскрёб до поездки по путеводным книгам, и понял окончательно, что в сознании образовалась зияющая бездна. И эта бездна имела силуэт женский, а цвет – красный. 

- Асиль… - Ашират с трудом выдохнул и откашлялся, отводя взгляд. – Я не думал, что окажусь незаметен. Я лишь хотел не помешать замаху. Асиль, я сердечно сожалею, что посмел помешать твоему труду. И уйду немедля!

Он снова склонился, отшагивая. Но вилинка, против ожидаемого, усмехнулась и повела плечами, словно он сказал ей что-то недоброе. 

- Разве это труд, - протянула она и с разворота, почти не глядя, швырнула нож в щит. 

Клин, несколько раз перевернувшись в воздухе, вошёл в мишень. Нет, не в сердцевину его, но рядом. Так, что на состязаниях судьи уже подняли бы белый флажок – «ранен!». Вилинка, не глядя, а только подсмотрев за его взглядом, победно вскинула лицо и шагнула ближе. 

- Это так, девичья блажь! В твоей просвещённой стране, меккерянин, должно быть каждая женщина хороша и в оружной сшибке и стрельбе! У них множество времени, чтобы достойно упражнять себя. А тут, увы, досуг не радует избытком, и потому тешимся, чем можем, и когда получается.

Голос у вилинки оказался мягким, словно игровой шарик, свитый из конских волос и крытый шёлковыми лоскутками. И так же яркий, выразительный и манящий. До него хотелось дотронуться, и сразу представлялось себе, что ладонь окунётся в блаженство упругости и податливости.  

Ашират понимал, что разница обычаев может заставлять думать асиль так, воображая в далёкой чужой стране женщин-воительниц, чьё мастерство превыше ратного мужского, но всё же чувствовал, что вот так, неумело и прямодушно, юная красавица кокетничает, видя, что произвела впечатление на чужака. И, прикусывая язык, он опустил голову, стараясь смотреть только исподлобья, чтобы не вызывать большего. Не дай небо обидеть Дом, в который тебя взяли гостем на твоём пути! Это недостойно асианта чистой крови и наказуемо Законом Свара! А уж соблазнить чужую женщину... 

- В моей стране, асиль, женщинам предписывается иная удаль и иное величие, - развёл он руками, кланяясь. – И время досуга наших жён проходит в присмотре за детьми и делами далёкими от ратных. 

Он смолчал, про великолепную сотню дев-стражей Сары Фасс, что набирают только из благорождённых. Ожидал, что девушка почувствует разочарование и отрешиться от дальнейшего разговора, отпустив негаданного гостя. Но асиль тряхнула волосами и, усмехнувшись, протянула:

- Кто же им предписывает? Мужчины?

Ашират удивлённо вскинулся. Не почудилось ли ему? Не презрение ли звучало в голосе вилинки? 

- Мужчины не предписывают этого, асиль, - склонился он. – Предписывает закон, который и над жёнами, и над мужами. Закон, который ставит выше всего выживание благих родов. И ради этого мужчины смиряют свою плоть и сохраняют верность своим жёнам, а женщины отстраняются от своих желаний и рожают и сберегают детей. 

- Ты хочешь сказать, чужестранец, - вилинка задумчиво склонила голову к плечу, - что в вашей стране мужчины и женщины равны? 

- Перед законом Неба, асиль, все равны.  

И склонился, понимая, что скрыть насмешку может быть сложно. Юная прелестница, судя по всему, пыталась отыскать равенство с мужами своего рода и, не найдя его, так жадно ждала, что мир внезапно изменится для неё и даст ей чужую долю, выпрашиваемую ею. Наивная, она ещё совсем дитя! Хотя фигура уже просит ласки сильных рук и лоно, наверняка, полно соков женской прелести. Её детский умишко ещё восторжен тем, что мужи, окружающие её, способны командовать и требовать подчинения, имея на то небом данное право! Но не видит того, где и как могут властвовать жёны. Это умение тоньше, оно просто так не даётся в руки, по одной только удаче родиться.

Вилинка задумчиво покачала головой и протянула разочаровано: 

- Перед Сваргой все равны, да. Но одни правят, а другие подчиняются! Я же слышала, что в вашей благодатной стране правят женщины. Так ли это?

Ашират поклонился и скосил взгляд. Нет, не показалось. За кустами жасмина кто-то расположился, явно не желая прерывать беседу, но и не собираясь упускать из вида гостя. И кто знает, чем вооружён этот человек? 

- Это так, асиль, и не так. Меккерей правит одна женщина. Сара из рода Фасс. Когда она умирает, её место занимает ближайшая её кровь – сестра, дочь или внучка. А мужчинам этого рода завещано быть только стражами нашей земли. Но иные женщины в Меккере не правят. Им довольно дел и без того, чтобы брать на себя тяжкое бремя решений. Они отдают его мужчинам.

Вилинка изящно повела плечами, и сверкнула глазами, подходя ближе.

- Чем же у вас занимаются женщины? 

Ашират прикинул расстояние до вилинки и, посчитав его пока ещё пристойным, пожал плечами. То, чем заняты женщины, мало занимало его. Но вопрос нуждался в ответе, и он снова вежливо поклонился:

- Женщины Меккере, асиль, управляют домашним хозяйством, возделываю землю, воспитывают детей, вышивают шёлком и ткут ковры. А высшие заняты в служениях духовного призвания.

И увидел, как изломались прелестные губы. Девушке не по нраву пришёлся его ответ. Она-то уже рисовала себе в воображении воительниц или властительниц, а женский мир Меккере оказался не сильно отличным от её собственного. Везде женщинам оставалось только труд материнства, создание уюта и лечение исковерканных грехами или несправедливостью душ. 

- О! Это безмерно скучно. А вот не могут ли ваши женщины, к примеру, быть водителями караванов? Или, как иные достойные мужи, заседать в собраниях и судах?

И мелкими шажочками, едва приметными в складках широких шаровар, подступила ещё ближе. Так близко, что Ашират понял – ещё шаг и нужно будет отодвигаться. Глупая девчушка дразнила судьбу и, с детской непосредственностью пытаясь флиртовать, заходила слишком далеко! Он нахмурился, но отозвался со всей вежливостью:

- Нет, асиль. У наших женщин нет на эти мелочи времени. Их работа слишком трудна и достойна великого уважения. Потому такие частности бытия на свои плечи взваливают их мужчины. У жён их деяния возвышенные и праведные – рождение достойных детей и воспитания в них благого будущего. 

Юная вилинка скривила губы от не первого уже упоминания чадородия и в гневе притопнув ножкой, порывисто шагнула вперёд, и страстно махнула рукой:

- Как же скучна должна быть их жизнь! И окружённые детьми, они…

Но начав, вилинка ойкнула и обернулась. 

Так и есть. Из-за кустарника на площадку шагнула ещё одна женщина. И Ашират сразу подобрался. Повеяло опасностью – словно кто-то по хребту провёл лезвием.

Белые волосы этой асиль были завязаны в мелкие косицы, а те собраны в хвост на макушке и свободно спадали оттуда, как ремни плётки-кошки. Красную тунику стягивали кожаные лямки, уложенные причудливой сетью, делающей фигуру пленительной, но опасной. И на широком чёрном поясе, пробитом долгим швом синей шелковой лентой, висел тесак. И насколько Ашират видел, он был не меньше, чем у любого встреченного им вила. Такой никак не назовёшь детской игрушкой, не предназначенной к рубке! 

- Нина! В дом! – резко приказала она. 

В её голосе словно сидела металлическая заноза. И хотя звучала команда спокойно и равнодушно, но Ашират понял сразу – лучше бы девчушке подчиниться. Тут никакие метательные ножи не помогут, если эта старшая возьмётся поучить уму-разуму. Всё ей будет не опасней иглы! 

Он опустил голову, разводя руки в поклоне, выражая вежливое послушание гостя хозяину дома, а вот девчушка нахмурилась и гордо вздёрнула носик, кривя губы:

- Хальга! Но это гость и по законам гостеприимства…

- Жи-во! – это было сказано раздельными слогами, ударившими, как два топора о комель. 

 Нина сверкнула яростным взглядом, развернулась на пятке и быстро побежала к дому. Аширату осталось только поклониться ей вослед, заканчивая разговор. Но юная красавица, только что готовая оспаривать своё право общаться с гостем на равных, убегала, не оглядываясь. Ашират поднял голову и понял, что зря, видимо, так легкомысленно отнёсся к радующей сердце беседе и позволил чувству восторга от пленительной фигуры юной асиль отразиться на лице, а самой красавице подступить к нему неосмотрительно близко. 

Фурия в красной тунике, оставаясь внешне отрешённой, стояла ровно между ним и убегающей вилинкой и глаза её были равнодушными, словно подёрнутыми плёнкой. И казалась она не просто старшей для своей подруги, но и её охранителем. В юной красавице было изящество девичества и округлость движений, а эта воительница была словно вырублена топором из скалы и все её действия являли скупость рациональности. 

В голове сразу вспыхнуло повествование из «Путевого Альбома» Арсена Курумуша о женщинах-амазани, что живут на запретной стороне Вольи невдалеке от Самры. Амазани, которые ненавидят мужчин, и живут меж собой свободно, соединяясь попарно, а при желании детей нападают на сторонние поселения и берут себе мужей в полон, а зачав от них, срезают им мужскую плоть и бросают пленников умирать в степи. От таких воспоминаний под ложечкой словно нитку привязали и потянули в натяг. 

Ашират медленно распрямился и позволил себе неторопливо заложить большие пальцы за пояс, расслабленно свесив локти. Будь дома, он бы знал, что делать. Но дом на то и дом, что там всё понятно, уложено в гладкие строки закона и ты понимаешь и своё место, и свои права. Там не случилось бы такого. А здесь – чужая земля. Когда уходишь за границы дома – нужно помнить об искушении правотой, - так говорил правоведающий Дарух! Оттого Ашират стоял, смотря прямо на благородную, и молчал, ожидая.

Хальга так же молчаливо дождалась, когда за спиной захлопнулись за девчушкой двери, и после только неловко растянула губы в вежливой улыбке и опустила взгляд: 

- Человек, вернувший девять жизней в Дом – дорогой званец в нём. И всё ему открыто в Доме Нар! И его великодушие, конечно, простит юную деву, что её признательность простёрлась так далеко, что завела в нескромную близость. Это только от желания быть благодарной дорогому гостю. Так пусть твоя степенность не знает более таких искушений в этом доме, благородный. А для испытания и услады твоей мужественности найдутся девы простого рода, готовые сплести с тобой ноги в эту ночь – только пожелай! 

Ашират степенно склонился. Её спокойный, уверенный тон и жёсткость в речах – всё это казалось заслуженным. Да, не он подступил, нарушая границы, но мог бы понять, что дева, стоящая перед ним, ещё не самостоятельна и не знает ответственности за свою жизнь. И всё же, разговаривать так с ним в Меккере не позволила бы себе ни одна женщина! Даже те, что призваны были охранять Сару и сариасу, не лезли указывать мужам, что и как нужно делать! 

- Благородная асиль, - он приложил ладонь к груди – Я был обласкан и утешен ласковой беседой с девой, волей Неба встреченной в этом дивном саду. Но прошу простить меня, если моя неповоротливость бросает тень на её чистое имя. Мои помыслы были чисты. А желания далеки от телесного. 

Хальга кивнула удовлетворённо:

- Пусть эта встреча останется в памяти у всех, как тихая и мирная. Забудем о недостойном. Сегодня ты принёс жизнь и счастье в наш дом. Так пусть вода и тень будут тебе там, где ты пожелаешь, благородный гость! 

И ещё раз поклонившись, вилинка резко развернулась и стремительно зашагала в сторону крыла дома, где скрылась недавно Нина. И Ашират тут же услышал, как там пристукнула неловко отпущенная дверь. Видимо девчушка не вытерпела и стояла у входа, подсматривая, чем закончится беседа старшей с гостем, и только теперь, поняв, что ждёт её разгневанная охранительница, бросилась бежать в свои покои..."

 Собственно, тут опять-таки всё из фокала героя-мужчины, который и не сильно заботиться вопросом чем да как заняты бабы в его собственной стране ) Но тут видны ещё и другие точки зрения, хотя и через шелуху всяческих вежливостей. На мой взгляд - всё имеет право на существование, в зависимости от множества факторов. В Каменной Воде это получается так: Меккере - страна весьма благодатного (для их мира) климата, а главное - имеющая во главе своей женщину-блаженную, которая фактически является залогом нормального воспроизводства народа, а в Самре властвует мужчина-блаженный, благодаря которому у мужчин тут всё в порядке со здоровьем и силами, военная мощь весьма впечатляющая, но вот проблемы с родовспоможением весьма большие, поэтому женщинам тут позволительно буквально всё, что они желают - лишь бы толк был и дети) Собственно, знаменитое "волкодавское": "Пусть женщина делает то, что ей больше нравится. Но для того, чтобы совать голову под топор, все-таки существуют мужчины" - тут очень даже работает, поскольку проблемы с воспроизводством весьма велики. 

Как-то так (с) )))  

+20
230

10 комментариев, по

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите, пожалуйста.

Дмитрий Бочарник
#

Гм. Хорошо написано. 

В материальном мире, окружающем людей, столько дел и забот, что воистину неважно, кто этими заботами и делами будет заниматься - мужчина или женщина. Дела должны делать умелые, умные, знающие, развитые. А кто они, делающие, будут по половой принадлежности - безразлично.

 раскрыть ветвь  1
Ворон Ольга автор
#

Спасибо! ) И за мнение, и за "хорошо написано"! 😊  

 раскрыть ветвь  0
Александра Гай
#

Автора-женщину часто выдаёт тщательная детализация.

"В голове сразу вспыхнуло повествование из «Путевого Альбома» Арсена Курумуша о женщинах-амазани, что живут на запретной стороне Вольи невдалеке от Самры. Амазани, которые ненавидят мужчин, и живут меж собой свободно, соединяясь попарно, а при желании детей нападают на сторонние поселения и берут себе мужей в полон, а зачав от них, срезают им мужскую плоть и бросают пленников умирать в степи. От таких воспоминаний под ложечкой словно нитку привязали и потянули в натяг. "

Мужчина, скорее всего, здесь выдал бы парочку предложений, суть момента. 

 раскрыть ветвь  1
Ворон Ольга автор
#

Возможно. Спорить не возьмусь. )

 раскрыть ветвь  0
Леха
#

В ответку. Тоже длинное.

Абэ Такеши беспрепятственно вошел в небольшую калитку рядом с воротами и с интересом огляделся.
Бригада Су Мин сняла мощное капитальное здание недалеко от фитнес-центра, где гоняла местных девчонок ее сестра. Здание было огорожено глухим забором, за которым раскинулся просторный двор, где встала вся техника, и даже осталось место для отдыха и тренировок. Ну, а четырех этажей старого дома с лихвой хватило людям. Удобное место - один из укрепмотелей сектора. И для обороны отлично подходит, и в комфорте позволяет жить. Дорого, конечно, зато спокойно.
Часовой, полулежащий в раскладном кресле возле караулки, увидел вошедшего гостя, сел прямо и приветственно помахал:
- Хой!
- Утро доброе, - ответил бонза.
- Старшая ждет тебя там, - часовой указал куда-то вглубь двора.
Японец кивнул и направился вперед мимо машин, выставленных капотами к выезду. Бонза понимающе хмыкнул: наверняка баки техники - от пикапов до мотоциклов - залиты под завязку, оружие заряжено, БК загружен, и в любой момент всё готово к выезду.
Обойдя автомобили, Абэ вышел к здоровенному (десять на десять метров, не меньше) стрелковому голографическому павильону, жавшемуся к стене дома. Новейшая модель от "Виндзора". Предельно достоверная имитация реальной схватки. Неплохо. Су Мин явно не скромничала, когда выставляла корпорации счет за свою помощь в обелении тридцать седьмого.
Рядом с павильоном, где, судя по шуму, кто-то работал, развалился в раскладном креслице первый зам Су Мин. Личность среди наемников известная, а потому собрать на него инфу оказалось несложно. Да, не только Су Мин перед приездом в сектор узнавала, кто здесь в авторитете. По ее бригаде люди Абэ тоже отработали самым тщательным образом.
Итак, зам кореянки - коренастый, плотный, "поперек себя шире" - тридцать четыре года, прозвище Крупняк (почему именно Крупняк, версий много, от самых конспиративных до весьма забавных), не единожды замечен в серьезных делах с серьезными людьми, работает всегда на высшем уровне. А теперь, значит, ходит под женщиной, да еще и младше себя. Что, как ни крути, говорит о женщине весьма многое.
Увидев Абэ, Крупняк потянулся было к коммуникатору - связаться со старшей, но гость в ответ вопросительно кивнул на комплекс.
- Ага, там, - кивнул зам и пояснил: - Времени на тренировки не хватает, наверстывает, когда может.
Мужик явно понял, кто перед ним, наверняка тоже читал досье на младшего бонзу. Абэ поймал себя на легком любопытстве: вот бы взглянуть, что они про него подсобрали. Занятно, да и небесполезно.
- Значит, не будем мешать, - сказал Такеши, опустился во второе кресло и кивнул на экран: - Посмотреть можно?
Крупняк, не отвечая, щелкнул пультом.
- Если хочешь, - мужик кивнул на большой холодильник в углу двора, - там есть пиво и просто прохладительное. Бери.
Японец покачал головой и устремил заинтересованный взгляд на экран.
В павильоне Су Мин готовилась к заходу в помещение. Условия: случайные противники, случайная планировка. В этот раз выпали три противника, не ожидающие нападения, и нейтрал.
Заход. Пять секунд... Прошла почти чисто, только не успела отследить момент превращения нейтрала во врага, впрочем, вышла изящно, отделавшись касательным левой руки.
Следующее упражнение.
На экране стало видно, как стены проекции расходятся в стороны, оставляя тренирующуюся посреди обширного пустого пространства. Затем вокруг возникли сотни разных людей на разных дистанциях. При этом в любой момент каждый мог превратиться во врага. Женщина выставила на наручном пульте дополнительные условия. На "тренерском" экране наблюдателей загорелись две пиктограммы: "ограничение боезапаса" и "случайное количество патронов в магазине".
- А ты сколько на таком упражнении держишься? - с любопытством спросил Абэ Крупняка.
- Рекорд - три сорок девять, норма - три, - зам кореянки за происходящим в тренажере практически не следил.
Тем временем на экране женщина резко обернулась и выстрелила первый раз. Иллюзорные противники хаотично задвигались: то один, то другой вскидывал оружие и пытался стрелять. Су Мин металась по площадке, постоянно прокручиваясь, чтобы не пропустить угрозу со спины, сбивая прицел врагу и стреляя в ответ.
- Крупняк, - Абэ с некоторым усилием оторвался от увлекательного зрелища, - а почему в том переулке была именно она? Неужели больше некому?
- Это личное, - собеседник помолчал, раздумывая, стоит ли говорить чужаку об истинном положении дел, но потом все же решил, что ничего секретного нет, и пояснил: - Те двое - наши бывшие субконтракторы. Узнали заказчика и решили сыграть в обход нас. Старшая таких обычно берет сама.
Бонза с пониманием улыбнулся, а на экране в это время стало видно, что кто-то из виртуальных противников сумел все же достать женщину. После этого изображение погасло. Осталось только время: четыре минуты две секунды.
Почти сразу дверь павильона отошла в сторону, и во двор вышла запыхавшаяся кореянка в тактических шортах и мокрой от пота футболке. Она поместила имитатор оружия в специальную нишу у входа, содрала сбрую с шокерами - симуляторами попаданий - и послала Абэ радостную улыбку. Затем спросила у Крупняка:
- Кто вчера последний тренировался?
Тот флегматично пожал плечами, мол, без понятия, и спросил:
- Узнать?
- Узнай. Когда начинала, очень слабые противники были выставлены. Проверь этих... последних. Если перед девчонками сестры выделывались, то ладно, но если и правда навыки растеряли, погоняй как следует.
- Сделаю, - зевнул в ответ зам, а Су Мин повернулась к поднявшемуся из кресла японцу.
- Рада, что ты пришел, - она улыбнулась и убрала с потного лба выбившуюся из-под банданы темную прядь.
- Ты ведь пригласила, - улыбнулся в ответ Абэ.
- Ну, тем, к кому ты приходишь без приглашения, можно только посочувствовать, - легко обронила собеседница и направилась в здание.
- Не думал, что овеян настолько мрачной славой, - пробормотал гость и двинулся следом за хозяйкой.
В небольшой - чуть меньше шести татами - комнате царила прохлада. Опущенные жалюзи на окнах создавали интимный полумрак. В углу стоял низкий столик, рядом лежали две циновки. Дальнюю часть комнаты от посторонних глаз скрывала изысканная ширма.
Хозяйка сбросила сандалии, поставила их рядом с дверью. Гость, следуя ее примеру, тоже разулся. Гладкий пол приятно холодил ступни.
- И снова ты увидел меня в деле, и снова я потная, хоть выжимай, - тихо засмеялась кореянка. - Хорошо хоть душ на этот раз рядом.
С этими словами она открыла дверь душевой кабинки, спрятанной в стенной нише. Сбросила бандану, без всякого жеманства стянула футболку, потом шорты, после чего блаженно потянулась и обеими руками растрепала волосы на затылке.
Гость любовался. Какое тело!
- Ты так смотришь, словно ночью не нагляделся, - улыбнулась Су Мин, и на пол отправилось белье, а обнаженная женщина плавно прокрутилась, демонстрируя себя во всех подробностях, после чего шагнула в кабинку, неплотно прикрыв дверь. Полилась вода...
Абэ неторопливо начал раздеваться.

 раскрыть ветвь  3
Александра Гай
#

По поводу фрагмента Лехи. Текст вне гендерных различий, по-мужски жёсткий  и чёткий, по-женски насыщенный эмоциями и чувственностью. В общем, пример удачного соавторства.

 раскрыть ветвь  0
Ворон Ольга автор
#

Вот, вот ) Женщины бывают разные... и не только по цвету. )

 раскрыть ветвь  1
Ника Ракитина
#

Хорошо видна разница.

 раскрыть ветвь  1
Ворон Ольга автор
#

Спасибо! ) 

 раскрыть ветвь  0
Написать комментарий
20K 170 193
Наверх Вниз