21-ый век / Дмитрий Манасыпов

21-ый век

Автор: Дмитрий Манасыпов

- Двадцать первый век, шикардос ваще!

Контрактник со второго батальона, протягивая сигарету, сделал очень довольное лицо. От халявы отказываться грех, тем более, если с фильтром. 

Правда оказалась правдой, а сигареты курились просто отлично. Наверное, тогда все курилось хорошо, на войне сигареты прекрасны вдвойне, если не втройне. Ростовские сигареты, названные не иначе как в честь Миллениума, казались чудесными. Особенно после елецкой примы, дымящийся у каждого последние пару недель. 

Мы стояли где-то на повороте перед Горагорском, в серой осени, слякоти и постоянно моросящем дожде. Второй батальон, растянувшись по дороге, охранял группировку, прущую вперед и сам наш полк, помогавший десантуре с мотопехотой. А мы, сложно не понять, с нашими станковыми граниками, помогали второму батальону. 

Холм смотрел на дорогу крепостным выступом, неприступным и защищенным со всех сторон. По факту вся наша оборона включала в себя БТР-80 с двумя батальонными гансами и нашу четверку при одном СПГ. Мы не горевали, не так давно проторчав в голой степи три дня даже без бэтэра. Землянка родилась за два дня, печка весело трещала каким-то студнем, смахивающим на озокерит из грязевых лечебниц, два поста позволяли видеть всю округу, включая деловито живущую поодаль шестую роту, закрывающую омоновский блокпоста слева. А еще у нас хватало сигарет, пусть те и были самой обычной «примой», вперемешку из Усмани с Ельцом. 

Если вам не доводилось курить это нечто, произведенное в тех двух городах в девяностых, то вы можете считать себя круче нашего расчета только курив дедовский самосад или махорку из довоенных запасов. Затянуться во всю мощь тогда юных и сильных легких получалось с третьего раза, с утра «прима» просилась наружу с клекотом, больше подходившим туберкулезнику. Но без нее становилось как-то хуже и грустнее. 

Полк помогал воевать у Горагорска, прикрывая тылы армейцам и даже ходя вместе с ними внутрь и вперед. Лифа радовался, торчать там ему совершенно не желалось, Сашке, нашему командиру было все равно, а нам с Колей желалось чего-то живого, но нас никто не спрашивал. Приказ, мать его, есть приказ. Сказали – охраняй дорогу и блокпост, так сиди и охраняй. 

Про полезность приказа мы поняли на третью ночь, стоя на посту и немного ошалев от всей красоты, творящейся у омоновцев. Или вернее, собровцев, сменивших мужиков в обед. Таких плотно летящих к ним трассеров нам не довелось видеть даже летом в Даге. Сашка, вымерявший все расстояния и сделавший карточку стрельбы, выскочил из землянки без бушлата, зато весь в бронике и шлеме. 

Следующий час у нас оказался очень весел, с полетами гранат в сторону тыкающего Сашкиного пальца, с рокотом КПВТ Жолобова, азартно палящего из башни БТРа на всплески трассеров. 

Остаток ночи мы караулили поворот и горушки напротив, деля единственный ночник на всех шестерых. Утром, продравшись через упавший туман, к нам пришел командир роты, как всегда четкий, злой и готовый штурмовать хоть Рейхстаг, если придется. 

- Все целые?

Все оказались целыми.

- Что с рацией?

Мой земляк Жолобов, отвечающий, как стрелок, за связь, пощелкал какими-то тумблерами и почти научно доказал всю ее бесполезность. Кэп разозлился и убежал проверять нашу дополнительную позицию и сектор, прикрытый ею. 

Контрактник, недавно приехавший с Краса и припершийся с ним, неожиданно оказался не особо опытным и даже ни разу, кроме ночи, не стрелявшим. Зато у него оказались с собой новые, раньше не виданные, сигареты. «Двадцать первый век», весь такой красивый, в бело-сине-голубой пачке и с угольным фильтром.

- Как Парламент! – сказал контрактник и протянул пачку. 

Мы курили, смотрели на блокпост, где спокойно показался весь десяток собровцев, нюхали чеченскую осень и вполне неплохой табак и ждали – чего выкинет комроты, явно нацеленный на кровожадность и все такое. 

- Курить вредно, бойцы! – заявил он, вернувшись и вроде как не найдя к чему придраться. – А дайте сигарету, что ли. 

«Двадцать первый век», с приходом кэпа, закончился стремительно. Но контрактник даже не расстроился. Туман куда-то удрал, солнце вышло, серо-желтое со всех сторон, включая брошенные поля, заросшие черт-те чем, вдруг стали золотыми, на блокпосте дымила маленькая печка и собровцы, целые все до одного, пили чай по очереди, стоя на постах по трое, а не по двое. По дороге к нашему повороту катила какая-то тяжелая артиллерия, лязгали МТЛБ, фырчали новые Уралы и все вдруг стало спокойно и привычно. 

А «21-ый век» есть и сейчас, ростовская фабрика работает и ваще молодцы.

+37
130

8 комментариев, по

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите, пожалуйста.

 раскрыть ветвь  1
 раскрыть ветвь  0
Борис Сапожников
#

Мы курили, смотрели на блокпост, где спокойно весь десяток собровцев,

спокойно что?

 раскрыть ветвь  1
 раскрыть ветвь  0
Евгения Шестернёва
#

Название настраиволо на что-то философское и за жизнь, оно правда так и получилось - очерк о жизни. Вот только на второй фразе я слегка зависела, так как "рассказ за жизнь" не о начале 21 века, а о конце 20 века. Первый раз слышу о такой марке сигарет, но рассказ то и не про сигареты. 

 раскрыть ветвь  1
Дмитрий Манасыпов автор
#

рассказ вокруг сигарет. Тут же несколько маркеров, зацепивших воспоминание, и 21-ый век как раз один из них. 

 раскрыть ветвь  0
 раскрыть ветвь  1
 раскрыть ветвь  0
Написать комментарий
88K 1 135 36
Наверх Вниз