Вневременной Михалков, или Дядя Степа и Украина
Автор: Вадим Нестеров aka Сергей ВолчокЯ обнаружил, что совсем забыл одного автора, без которого советскую сказку невозможно представить.
Это Сергей Михалков.
Невозможно представить - потому что он вездесущ и мог появиться в этой книге практически в любое советское десятилетие.
Я мог представить его читателям, когда рассказывал о сказочниках 30-х. Именно тогда юный советский гражданин "из бывших" (столбовой дворянин, потомок князей Голицыных и Ухтомских) сочинил свою первую - и, наверное, самую известную поэму.
Поэма называлась "Дядя Степа", написал он ее в девятнадцать лет, а опубликовал в двадцать два - в журнале "Пионер" № 7 за 1935 год.
Именно там советские дети впервые прочитали:
В доме восемь дробь один.
У заставы Ильича,
Жил высокий гражданин
По прозванью «Каланча».
По фамилии Степанов
И по имени Степан
Из районных великанов
Самый главный великан.
Там, кстати, еще не было никаких поездок на осле и спасения голубей от пожара. Зато были другие, неизвестные потомкам детали биографии "длинного" - вроде работы почтальоном перед армией.
Мимо булочных и скверов,
Через весь большой район,
Мимо милиционеров,
Шел Степанов —почтальон.
Он стучался утром в раму,
С черной сумкой на боку,
В черной сумке телеграммы
Из Батума, из Баку.
Пишут с озера Балхаш,
Сообщите, где багаж.
Подавал он телеграмму
Прямо во второй этаж.
Все любили дядю Степу,
Уважали дядю Степу,
Поругаются ребята —
Он рассудит, кто неправ.
Он домой спешит с Неглинной,
Все кричат: «Здорово, длинный!
Почему нам нету писем,
Дядя Степа-«телеграф»?»
Кстати, о неизвестных деталях. Казалось бы, биографию великана Степана Степанова по кличке "дядя Степа" советские дети знали наизусть.
Детство в самом центре Москвы, ранняя юность с обычными развлечениями советской молодежи - тиры и парашютные вышки ("вышка с вышки прыгать хочет"), потом призыв в армию, по объективным причинам - в бравые мореманы, как на мигуновском рисунке.
Но вы в танкисты не годитесь:
В танке вы не поместитесь!
И в пехоту не годны:
Из окопа вы видны!
С вашим ростом в самолете
Неудобно быть в полете:
Ноги будут уставать —
Вам их некуда девать!
Для таких, как вы, людей
Не бывает лошадей,
А на флоте вы нужны —
Послужите для страны!
После демобилизации - работа в милиции, благо, книжку "Дядя Степа - милиционер" все читали.
Он шагает по району
От двора и до двора,
И опять на нем погоны,
С пистолетом кобура.
Он с кокардой на фуражке,
Он в шинели под ремнем,
Герб страны блестит на пряжке —
Отразилось солнце в нем!
Он идет из отделенья,
И какой-то пионер
Рот раскрыл от изумленья:
«Вот так ми-ли-ци-о-нер!»
Иллюстрация, кстати, Константина Ротова, который в роли арбатского великана изобразил собственного зятя - начинающего актера Алексея Баталова.
Но вернемся к деталям биографии дяди Степы.
Как выясняется, между первой ("Дядя Степа", 1935 г.) и второй ("Дядя Степа милиционер" 1954 г.) была еще одна поэма 1940 года, которая никогда не переиздавалась, и в официальную тетралогию про дядю Степу не входила.
Это поэма «Дядя Степа в Красной Армии», вышедшая в пятом номере журнала "Молодой колхозник" (в девичестве «Журнал крестьянской молодежи», позже - «Сельская молодежь»).
На заставе смех и шёпот,
Разговоры у крыльца, —
Примеряет дядя Степа
Форму красного бойца.
Но бойцу такого роста
Подобрать шинель не просто
Он затянется ремнём,
А шинель трещит на нём,
Гимнастёрка коротка, —
До локтя видна рука.
Сапоги несут со склада,
Для степановой ноги,
Даже мерить их не надо —
Не годятся сапоги.
Нет, это вовсе не альтернативная история, где Степан Степанов вместо флота призван в пограничники.
Здесь "самый главный великан" Страны Советов участвует в так называемом "Польском походе", то есть присоединяет Западную Украину и Западную Белоруссию. Именно дядя Степа и передвинет на запад пограничные столбы СССР.
Тёмной ночью, в поздний час
Объявил майор приказ.
В темноте на правом фланге
Раздаётся Стёпин бас:
«Я готов служить народу,
Нашим братьям, землякам,
Чтоб навечно дать свободу
Батракам и беднякам.
Я возьму сегодня в бой
Пограничный столб с собой,
И он в землю будет врыт,
Где мне родина велит».
Наступают наши части,
Отступает, польский пан.
Мы несём с собою счастье
Для рабочих и крестьян.
Занят Львов, и взято Гродно,
За спиной бойцов Столбцы.
Мощной силою народной
В бой бросаются бойцы.
Кстати, когда в постсоветские времена об этой поэме вспомнили, многие журналисты приводили ее в пример как образец знаменитой "чегоизволитости" Михалкова. Мол, автор даже на лучшее свое творение наплевал, "забыв" про флотское прошлое героя и отправив дядю Степу в армию заново - лишь бы написать на востребованную тему.
Зря издевались - с точки зрения исторической достоверности как раз все нормально. Как известно, в ходе СВО на Украине в России была объявлена частичная мобилизация. Так вот, предыдущая частичная мобилизация объявлялась именно в 1939 году, в преддверии "Польского похода" и демобилизованного краснофлотца Степанова вполне могли под нее загрести. А что на ВУС наплевали и в пехоту отправили - так в суете мобилизации и не такое случалось.
Говорит Степан: «Солдаты,
Украинцы-земляки,
Белорусские ребята,
Польских панов батраки,
Мы пришли не с вами драться, —
Мы несём конец панам,
Выходите к нам брататься,
Подходите, братцы, к нам!
Вас в деревне ждёт работа,
Вам домой давно пора!»
И пятьсот солдатских глоток
Громко крикнули: «Ура!»
Но в чем действительно правы критики - в том, что весь цикл про дядю Степу неотделим от истории СССР. Кроме первой книги, он весь писался "по поводу".
"Дядя Степа в Красной армии" - к Польскому походу.
"Дядя Степа милиционер" - на конкурс произведений о милиции, объявленный Министерством внутренних дел СССР, где поэма была отмечена второй премией.
(Не могу отделаться от впечатления, что Мигунов пророчески нарисовал Шварценеггера в не снятой еще "Красной жаре")
"Дядя Степа и Егор" 1968 года (Я, друзья, скажу вам сразу/Эта книжка по заказу) - на волне невероятной популярности космонавтов.
Чтобы выполнить заданье
На ракетном корабле,
Неземные испытанья
Проходил он на Земле.
И однажды утром рано
Мы услышим в тишине:
«Космонавт Егор Степанов
С Марса шлет привет Луне!»
Ну а "Дядя Степа - ветеран" даже объяснения не требует. Для позднебрежневских времен тема более чем актуальная. В конце концов, кто не помнит...
Про войну и про бомбежку,
Про большой линкор «Марат»,
Как я ранен был немножко,
Защищая Ленинград.
Вот дебютное появление пенсионера Степанова в "Мурзилке", №10 за 1981 год и иллюстрациями Бориса Диодорова.
Занятно, что журнальная публикация завершалась строками:
— Можешь нас поздравить с дочкой!
Космонавт отцу сказал…
Надо здесь поставить точку.
Дядя Степа дедом стал!
Но позже ехидный Михалков добавил еще несколько четверостиший.
Ветеран Степан Степанов,
Если здраво посмотреть,
Должен поздно или рано,
К сожаленью, умереть.
Удивительное дело:
День за днем, за годом год,
Столько весен пролетело,
А Степанов все живет!
Он и пенсию имеет,
И преклонные года,
Но уже не постареет
Ни за что и никогда!
Как говорится - с пониманием. Дядя Степа и впрямь до сих пор живее всех живых. Вы, товарищ, сядьте на пол. Вам, товарищ, все равно.