"Дар мой, Враг мой". Actum est, ilicet!
Автор: СержВот и всё... Actum est, ilicet! Дело закончено, можно расходиться!
Этот роман был написан десять лет назад, когда всё было совсем по-другому. Я уже и забыл его - счастливое свойство моей памяти. И поэтому сейчас перечитывал его как чей-то чужой. И знаете что - мне понравилось... Так, что сейчас мне грустно расставаться с этими всеми людьми.
Последняя глава и эпилог https://author.today/work/395710
Последний фрагмент. Понимаю, слишком много в нём букв... Но простим мне - он же последний:
"Старик говорил с трудом, с сильным придыханием, но, странно, Лоскутова отчётливо слышала каждое его слово.
— Ты не так молода, как кажешься... — сказал старец после долгого молчания. — И работа у тебя не женская. Мужская работа. Ты кто?
— Я физик..., ну, скорее, математик, — сказала Лоскутова, проглотив тугой комок, сжавший ей гортань.
— Замужем? — спросил монах.
— Да.
— Венчаны?
— Нет.
— Он любит тебя?
Лоскутова пожала плечами:
— Думаю... да.
— А ты его?
— Тоже.
— Ты пришла, чтобы я помог тебе?
— Да.
— Почему неправду говоришь тогда? Что любишь?
Лоскутова почувствовала, как жар заливает её щёки.
— Ну... — она опустила глаза, — мне кажется... что люблю.
— К гадалке ходила?
— Да, — сказала Лоскутова, не поднимая глаз.
— Что она тебе сказала?
— Она сказала, что видит на мне какой-то Дар. И этот Дар есть, пока я одинока. Когда я вышла замуж, Дар ушёл. Но потом опять вернулся.
— Ты просила её, чтобы она тебе сказала, как сделать так, чтобы Дар ушёл навсегда? — спросил старец.
— Да. Но она после этого почему-то обозлилась. И стала на меня кричать, чтобы я уходила. И не взяла денег.
— Ты знаешь — почему?
— Я думала над этим... Что-то в моих словах её очень разозлило.
— Ты не помнишь, что это были за слова?
— Нет. Я тогда... испугалась. Она такая страшная...
— Хорошо, — сказал старец. — Тогда я тебе скажу. Она позавидовала тебе. Что ты сделала свой выбор. Зависть... Это сильное чувство. Оно лежит на самом дне души, но питает своими соками корни всех грехов. Первый же человек, рождённый земной женщиной, убил своего брата из-за зависти.
— Позавидовала... Мне? Почему позавидовала?
— Потому что в своей юности она тоже получила Дар. Свой Дар. И он тоже был не от Создателя. Поэтому он потребовал жертвы. И она принесла эту жертву. Своё одиночество. Когда она увидела твой выбор, в её душе закипела зависть. Лютая зависть! От этого она стала ещё сильнее в своём даре... Она тебе не сказала, что нужно, чтобы твой зверь ушёл навсегда, потому, что, пока он ходит вокруг тебя, есть надежда... у неё есть надежда, что ты не сможешь от него избавиться. И тогда боль в её чёрной душе станет хоть немого меньше.
— А вы... вы можете мне сказать... ну, что нужно сделать? — дрожащим голосом спросила Лоскутова. — Я... сделаю. Всё сделаю. Чего бы это мне ни стоило.
— Сюда часто приходят люди... — тихо сказал старец. — Мужчины и женщины, к которым прицепилась нечисть. Когда они заходят в эту комнату, я вижу, как это всё тянется за ними. Когда ты вошла, я увидел этот твой Дар. Этого твоего зверя. Он вошёл сюда за тобой. И сейчас он здесь. Я скажу тебе то, что нужно сделать. Это очень простые слова. Только вот, сделать это сложно. Мало у кого это получается.
— Что? Что нужно сделать?!
— Ты должна измениться. Всего лишь. Когда кости после перелома срастаются неправильно, их снова ломают. Тебе придётся поломать себя. Иначе ты не изменишься, и всё останется по-старому. Ты мне всё рассказала?
— Всё.
— Нет! Это было с тобой несколько дней назад. Говори! Только не лги!
Лоскутова до боли закусила губу.
— Я ходила сдавать билет на самолёт, — сказала она. — Я должна была лететь в Штаты. Меня пригласили на стажировку в один университет. В один престижный университет. Это была моя мечта. Когда я сдала билет, я... не сдержалась и расплакалась. Прямо там... Мне было тяжело. Потом я пришла домой и вдруг почувствовала, как в меня влилась сила. Стало всё как раньше, я узнала эту силу. Я села за стол и начала работать. Это было как во сне. Я исписала четыре листа бумаги. Такого вдохновения у меня не было очень давно. Когда я остановилась, я увидела, что передо мной почти готовая новая статья.
— Что было дальше?
— Дальше... — Лоскутова вынула из сумочки платочек и промокнула им глаза. — Дальше я порвала эти листы и вбросила в мусорное ведро. Потом ещё засыпала мусором. Чтобы Боря не увидел.
— Это всё?
— Нет. Я разгребла мусор и вытащила листы. И стала складывать обрывки. А потом выбросила их в унитаз и спустила воду.
— Ты ломаешь кости, которые неправильно срослись, — сказал старец. — И тебе больно. Это трудно — не сожалеть о выборе... Но нужно идти до конца. Зверь пришёл за тобой сюда, потому что для него твоё сожаление — как запах мяса для пса, бродящего у мясной лавки. Зверь будет поблизости, пока будет его чуять. У тебя муж кто? Тоже математик?
— Да.
— Вот пусть и ковыряется в этом, — сказал старец. — Деньги в семью зарабатывает. А ты должна измениться. В первую очередь по-другому относиться к мужу.
— Полюбить его? — еле слышно спросила Воронцова.
— Нет, — жёстко сказал старец. — Этого наш Создатель от вашей женской стати не требует. Первая женщина была сделана из ребра своего мужа. Поэтому ты тоже сделана из ребра своего Бори. Это всё, что от тебя требуется. Сейчас женщины забыли об этом. Но, раз уж ты подцепила где-то своего зверя и хочешь, чтобы он от тебя отвязался — у тебя нет другого выхода. Иначе зверь будет тебя ревновать к мужу и околачиваться поблизости в надежде овладеть тобой.
— Вы сказали... Создатель не требует от женщины любить своего мужа?
— Да. По силам вашим дано вам.
— А... муж?
— Он да, должен. Он глава, с него и спрос больше. Когда ты поймёшь, что сделана из ребра своего мужа, он оставит отца своего и мать и прилепится к тебе. И будет любить тебя больше жизни. Так сказано в книге Бытия и Евангелии от Матфея. А сейчас — что у тебя? Твой Боря оставил своих отца и мать и хочет к тебе прилепиться. А ты даёшь ему к себе прилепиться? Не отвечай. Тебя пригласили в Штаты, не его? Потому что ты талантливей его, да? Но талантливей ты только пока есть зверь. Так что успокойся. Есть древняя мудрость: «Иглой знания вытащи занозу невежества. А затем выбрось и то и другое». Особенно это вашего женского рода касается. А теперь встань и подойди к иконе!
Лоскутова послушно встала и подошла к иконе Богородицы. На этой иконе Божья Матерь была удивительно красива.
— Это чудотворный список с иконы "Умиление", — сказал старец. — Становись на колени!
Лоскутова опустилась перед иконой на колени.
— Повторяй за мной, — сказал старец внезапно окрепшим голосом. — Отрицаюся тебя, сатана!
— Отрицаюся тебя, сатана! — твёрдым голосом повторила Лоскутова.
Вдруг спазм сжал её горло так, что она стала задыхаться.
— Гордыни твоей и служения тебе!
Маша хотела повторить, но из её груди вырвался только хрип.
— Гордыни твоей и служения тебе! — жёстко повторил старец.
— Гордыни... — прохрипела она, вцепившись в горло ногтями, так, что под ними показалась кровь, — твоей... и служения тебе...
Из её полураскрытого в немом крике рта вылетело облачко, похожее на пар в морозный день. Но не взлетело вверх, а, упав ей под ноги, расползлось чёрной лужицей и растворилось без остатка. В этот миг из её глаз вдруг хлынули слёзы и градом покатились по щекам.
— И всех духов твоих отрицаюся, и сочетаюсь Владыке Христу!!!
— И всех духов твоих отрицаюся, и сочетаюсь Владыке Христу! — захлёбываясь слезами из последних сил выкрикнула Лоскутова.
— В Троице славимого, во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
Эпилог
...Лекции Виктора Семёновича Куртина по общей физике, которые он начал читать на первом курсе педагогического института были малопонятны и изобиловали такими витиеватостями, что будущие педагоги вскоре прекратили попытки в чём либо разобраться. Благодаря академической внешности Куртина, студенты относили свою неспособность к пониманию предмета на свой счёт, тем более, что на экзаменах Куртин не лютовал и оценки ставил хорошие. На праздничных корпоративах в новом коллективе Куртин неожиданно проявил себя вполне компанейским человеком. Единственная его странность заключалась в том, что, выпив определённое количество алкоголя, он начинал рассказывать какую-то невнятную историю о том, как однажды попал в поле зрения японской научно-промышленной разведки, и в доказательство, раздвинув волосы, предъявлял заживший шрам на черепной коробке.
... В подземном переходе, расположенном неподалёку от интуристовской гостиницы "Лыбидь", можно иногда видеть небритого мужчину неопределённого возраста, одетого в чёрный прорезиненный макинтош. Он лихо разворачивает меха потрёпанного баяна и громобойным голосом поёт какие-то странные песни.
Спешащие по своим делам прохожие иногда бросают в раскрытый футляр мелкие деньги.
{ Ютуб, похоже, перестал здесь поддерживаться. Поэтому послушать песню, которую пел Кулик, можно по ссылке https://youtu.be/-4WdteKk6Gk?si=syY78mX5sJJRqoCY }
Последняя глава и эпилог https://author.today/work/395710
ноябрь 2014 - март 2015