Факты - вещь не такая уж упрямая

Автор: Яна Каляева

В блоге Столярова обсуждают высказывание Мединского:

Вы наивно считаете, что факты в истории — главное. Откройте глаза: на них уже давно никто давно не обращает внимания! Главное — их трактовка, угол зрения и массовая пропаганда

Люди возмущаются. А я, наверно, профдеформированная по самое не балуйся, потому что меня удивляет, что кого-то это удивляет. Если потолкаться чуть-чуть при исторической науке, быстро начинаешь понимать, где какие гранты пилят и какую повесточку толкают; это все обсуждается совершенно открыто. (Я потому быстро ушла оттуда в бизнес, где, конечно, своего дерьмища хватает, но хотя бы не надо строить из себя вот это все). Так что сказанное Мединским для меня - трюизм.

Более интересен вопрос - а может ли это быть по-другому. Возможно ли из фактов извлечь объективную истину? Я вижу так. Существует огромное темное пространство (многомерное, на самом-то деле), полное разного формата и масштаба предметов, каждый из которых - ну, допустим, факт. Задача историка - выставить свет определенным образом, тогда что-то становится видимым, а что-то другое остается в тени. Полагаю, осветить сразу все невозможно, в том числе и физически. Вот этот световой рисунок и есть нарратив, иначе говоря - повесточка. 

Читаешь монографию, фактчекаешь - вроде все верно написано, искажения фактов нет; а потом смотришь источники и видишь, сколько всего автор счел нужным оставить в тени. 

Так что же, получается, историки врут, подстраивая исторический процесс под проплаченную повестку? Хрен его знает, я каждому в голову не заглядывала. Некоторые, кажется, верят искренне. Ну если трансляция некоторой картины мира делает тебя уважаемым обеспеченным человеком, разве это плохая картина? Ну, лично для тебя.

Сорян, если кого-то фраппирует мой цинизм. У меня самой тогда розовые очки разбились, причем, как водится, стеклами внутрь. Но много воды утекло, теперь это все особых эмоций не вызывает.

Так что в итоге я не всамделишный историк и не претендую ни на какой срыв покровов. Меня интересуют люди прежде всего - как они видели мир, как действовали исходя из этого и к каким последствиям это приводило. Потому мне и не заходят попаданцы эти все - я слишком люблю реальных исторических деятелей со всеми их ошибками, страхами и заблуждениями. Комиссар и Белый Север написаны именно с этих позиций: люди в жерновах исторического процесса. Я им не адвокат, не прокурор и не судья; просто пытаюсь их понять.

Все прочее оставляю другим. Желающих выносить эмоционально окрашенные оценочные суждения хватает и без меня.

UPD: это ни в коей мере не наезд на всех профессиональных историков вообще. Многое зависит от кафедры и от направления. Но куча мест, где оно вот так.

+380
1 017

0 комментариев, по

148K 795 1 434
Наверх Вниз