Союз Писателей России и я (старая история)

Году в 2002 мне предложили стать членом союза писателей России. Предложение было двояким. С одной стороны я издавался и без этого союза, с другой - своего рода признание, плюс - отдельные бонусы с реализацией книг. Условий для получения билета было несколько: состоять длительное время в группе юниоров и получить рекомендации ее куратора, так же - получить поручительство трех членов союза, иметь две изданные книги на одну форму (стихи или проза). 

Я решил, что почему бы и нет. И мое убеждение, что все получится утверждалось с каждой встречей писателей: стихи большинства действительных членов были много хуже моих. Некоторых председатель спрашивал в лицо: "КТО вас принимал в наши ряды?!" Пробиться в ряды Петербургского филиала было неимоверно сложно - держали марку. Это московский филиал раздавал корочки направо и налево. Я же даже слегка возгордился, что на хорошем счету именно в питерском филиале.

Вопрос с корочками был практически решен, когда случилось одно событие... 

Два молодых поэта (фамилия одного - Пасечник, помню до сих пор) в 2006м году презентовали в союзе свою общую книгу. Однако, в самом начале взял слово мой руководитель, и категорично потребовал - КНИГУ НЕ ЧИТАТЬ. Мотивация - пропаганда гомосятины. Почему? На обложке авторы стояли в позах борцов, готовящихся к поединку (кстати, сборник назывался "Легкая атлетика" и был своеобразным поэтическим спором авторов). Поднялся хай. До криков, до визгов. Пошли обсуждения, есть ли гомосятина на обложке, перешли на личности, стали считать количество пуговиц расстегнутых на портрете Пушкина, вывешенного в аудитории. Великие мэтры, велеречиво читающие стихи на собраниях деятелей культуры, устанавливающие моральные приоритеты у человечества - превратились просто в стадо обезьян, кидающихся друг в друга банановой кожуройи дерьмом. Когда мы, молодые, покинули аудиторию, визги разбушевавшихся наставников мы слышали даже два этажа ниже. Причем, самое противное, что никто не касался сути книги, качества ее стихов. Тупо докопались до обложки. Под конец, противники книги (во главе с моим руководителем), прошли мимо нас, громко хлопнув дверями. Сторонники остались. Авторы сидели напряженные. По сути, им обоим только что наплевали в душу, даже не поглядев на работу. Я попросил их читать. Они по очереди прочитали десяток стихотворений из сборника. Признаю - очень качественных. Возможно, что многие из тех, кто тогда ушли, позже слышали эти стихи и раскаивались в отношении своей критики. А тогда... Тогда я, как мог, поддержал молодых поэтов. После мероприятия, один из мэтров, виновато пряча глаза, позвал меня на какое-то другое мероприятие, более простое и развлекательное, где поэты собирались больше приятно проводить время. Я вежливо отказался. 

ЭТО БЫЛ МОЙ ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ В СОЮЗЕ ПИСАТЕЛЕЙ РОССИИ. Больше я к ним не возвращался. Может, я слишком требователен к престарелым людям, но мне кажется, что качество явленной ими критики, и их поведение на презентации, неприемлемы для работников сферы культуры. И я никогда не жалел о своем решении.