Первая опера Чайковского

Сегодня исполнилось 157 лет со дня премьеры оперы Чайковского «Воевода».

К сочинению своей первой оперы 27-летний Чайковский приступил, не имея ни опыта работы в области театральной музыки, ни ясного представления о своих стремлениях и задачах в этом жанре. Самый выбор сюжета был результатом случайных внешних обстоятельств. Как свидетельствует биограф композитора, «чуть ли не с тех пор, как он посвятил себя музыке, — его мечтой было написать оперу на сюжет его самой любимой русской драмы: „Грозы“ Островского». Однако этой мечте не суждено было осуществиться. Переехав после окончания консерватории в Москву, Чайковский узнал от автора «Грозы», с которым его связывали дружба и глубокое взаимопонимание, что эта тема уже закреплена за композитором Владимиром Кашперовым. Островский предложил молодому композитору другую свою пьесу «Воевода, или Сон на Волге». В отношении сюжета эта пьеса не представляла большого интереса, главная ее прелесть в обилии ярких, колоритных народных сцен и необыкновенно сочном языке, насыщенном фольклорными элементами. Чайковского, проявлявшего в те годы живой и активный интерес к народному творчеству, привлекла возможность обрисовать некоторые характерные стороны старого русского быта, использовать русские песни, воплотить лирические образы. Вдохновляло композитора и то, что Островский сам взялся за составление либретто. Однако, взявшись за работу горячо и с увлечением, Петр Ильич довольно быстро охладел к ней и одно время даже хотел отказаться от окончания оперы. Мало интересовала она, по-видимому, и Островского, который, не сдержав своего обещания, написал только первое действие и начало второго. Затем текст фрагментов, написанных Островским, Чайковский утратил, и, хотя по просьбе композитора, этот текст драматург восстановил, дальнейшее композитор вынужден был дописывать сам.

Лишь просьба певицы Меньшиковой закончить оперу к ее бенефису подвигла Чайковского поторопиться с ее окончанием. Партитура была завершена в 1868 году. В музыку оперы вошло немало фольклорных элементов. Так, в основу «Антракта и плясок сенных девушек», по свидетельству Модеста Чайковского, положены не сохранившиеся «Характерные танцы». В женском хоре  в начале первого акта цитирована свадебная песня «На море утушка», записанная Островским и переданная им Чайковскому. В песне Марьи Власьевны использована лирическая песня «Коса ль моя, косынька…», записанная самим Чайковским в 1867 году. Композитором использованы и другие народные песни, а также фрагменты своих собственных более ранних сочинений в том числе и «Оды к Радости».

Действие происходит в большом городе на Волге, в середине XVII столетия. В сад у дома купца Дюжого пробирается на свидание с его дочерью, Марьей Власьевной, боярин Бастрюков. Он встревожен сообщением, что Дюжой выдает свою старшую дочь, Прасковью, замуж за его злейшего врага, воеводу Шалыгина, разорившего семью Бастрюкова. 

Появившийся внезапно во время свидания влюбленных воевода Нечай Шалыгин, пораженный красотой Марьи Власьевны, отказывается от старшей дочери в пользу младшей. Марью в качестве его невесты уводят в терем. Отчаявшийся Бастрюков пытается похитить любимую. Однако им мешает Шалыгин. Слуги Бастрюкова вынуждены отступить в неравной борьбе со стражниками воеводы. Боярин с твердым обещанием вернуть невесту покидает ненавистный дом.

Дом Бастрюкова. Дни и ночи напролет боярин озабочен судьбой невесты. Он находит поддержку у товарища по несчастью Романа Дубровина, которого Воевода разорил и увел к себе его жену, Олену. Роман предлагает Бастрюкову завтра утром, когда Шалыгин со слугами отправится на богомолье, похитить девушек. План принят.

https://ya.ru/video/preview/7778522897241470172 

Терем Воеводы. Танцы сенных девушек не могут, однако, развлечь тоскующую Марью Власьевну. Когда она остается одна, появившаяся Олена сообщает ей о предстоящем побеге.

Под покровом ночи обе пары готовятся к побегу. Их радостное свидание прерывает разгневанный Воевода приказом связать провинившихся, а Марью Власьевну силой увести назад в терем. Народ, возмущенный очередным произволом Воеводы, заполняет двор. Толпа освобождает заключенных под стражу. Старый боярин Бастрюков сообщает собравшимся, готовым к страшной расправе над Шалыгиным, что тот лишен воеводства. Отец благословляет молодых на брак под прославление народа.

Современники отозвались об опере в большинстве неблагоприятно. Главным образом это относилось к либретто. Действительно, многое из того, что составляет основную ценность пьесы Островского —  дух народной песни, сказки, фантастики—  при создании либретто утрачено. Близкий друг Чайковского Николай Кашкин писал: «Для упрощения постановки сны Воеводы были выпущены. Пропущены были такие лица, как Мизгирь-колдун, Отшельник, Домовой, сцена в крестьянской хате и крестьянка с ребенком; пропущено также шествие богомольцев, сцена разгула у Бастрюкова; разбойник Дубровин едва появлялся в действии, а Марья Власьевна оставлена только в качестве сопрано и почти вовсе лишена собственного облика всякими сокращениями в своей роли. В либретто остались совсем почти условные лица старинной итальянской оперы-сериа: угнетенные любовники, злодей, благородные отцы, наперсник и наперсница, и в конце оперы, вместо посланника богов, новый воевода с царским указом». Не менее категоричен был и другой близкий друг Чайковского, Герман Ларош, но он разнес и музыку: «С новейшими немецкими композиторами г. Чайковский разделяет пристрастие к оркестру и равнодушие к человеческому голосу; первый обработан со тщанием, с тонкой обдуманностью, с теплой любовью, второй - небрежно и незначительно». Это во многом несправедливо. Ведь музыка «Воеводы» отмечена высокими достоинствами: проникновенным лиризмом, широкой распевностью, поэтичностью, ярко выраженным национальным характером. Однако слабая драматургия осталась главным недостатком произведения, который не могла преодолеть и переработка текста.

Спустя более чем десятилетие Чайковский, обогащенный уже значительным опытом работы в оперном жанре и, как всегда, беспощадный к себе, писал Н. Ф. фон Мекк: «"Воевода" без всякого сомнения очень плохая опера. Во-первых, сюжет никуда не годен, т.е. лишен драматического интереса и движения. Во-вторых, опера была написана слишком спешно и легкомысленно, вследствие чего формы вышли не оперные, не подходящие к условиям сцены. Третий его недостаток - слишком массивный оркестр и преобладание последнего над голосами. Все это недостатки, происходящие от неопытности».   

Премьера «Воеводы» прошла в Большом театре 30 января 1869 года под управлением Эрнеста Мертена. Спектакль у публики имел успех: Чайковского вызывали 15 раз и поднесли ему лавровый венок. После премьеры В.Ф.Одоевский записал в дневнике: «Эта опера - задаток огромной будущности для Чайковского». Но хор и оркестр были заняты в итальянской труппе, которая абонировала Большой театр, хотя артисты сочувственно отнеслись к новому сочинению. Исполнительница партии Марьи Ирина Оноре писала, что дирекция ничего не сделала, чтобы сносно поставить первую оперу талантливого композитора. Спектакль выдержал только шесть представлений, и отзывы специалистов были по преимуществу негативными (в основном, кроме либретто, они касались исполнения). Например, Г.Ларош хвалит дирижера («в общем слышится жизнь и энергия, а не безучастный метроном»), но другой рецензент критикует его же за неслаженность исполнения. Отрицателен и отзыв Н. Кашкина: исполнителям «иногда не хватало самых элементарных познаний, вследствие чего вещи иногда простые обращались для них в непреодолимые трудности».  И далее: «Относительно первого представления „Воеводы" можно сказать, что собственно музыка оперы понравилась, но весь ансамбль сценического действия удовлетворял мало, главным образом по вине либретто, в котором оставался только скелет из поэтического создания Островского».

Самым суровым критиком своего оперного первенца оказался сам композитор, уничтоживший партитуру «Воеводы» после нескольких его представлений на сцене Большого театра. Часть музыкального материала вошла в другие его произведения. Музыка «Воеводы»  была впоследствии использована в опере «Опричник», балете «Лебединое озеро» и Торжественной увертюре «1812 год».

Еще в 1930-х годах Сергеем Поповым предпринималась попытка восстановить оперу по эскизам и сохранившимся фрагментам. Этот вариант восстановленной партитуры не сохранился (ввиду того, что Попов был репрессирован). Позже были созданы еще два варианта. Первый сделан Павлом Ламмом при участии Б. В. Асафьева и В. Я. Шебалина. Второй вариант выполнен композитором Ю. В. Кочуровым на основе версии Ламма (часть сцен пересочинена) и поставлен в 1949 в Малом оперном театре в Ленинграде (под управлением Эдуарда Грикурова с режиссурой Б. А. Покровского). Сейчас именно эта редакция ставится в театрах.