Про «новизну»

Пишут тут много на АТ, что надоел ширпортреб, хочется чего-то нового, неизведанного, качественного.

Литредакторы в телеграм-каналах тоже настаивают на необходимости удивить читателя, хотя бы показать новую точку зрения на старую проблему.

Есть, конечно, читатели, которым «новизна» действительно позарез нужна. Только почему-то в самиздате наибольшую популярность имеют книги в чётко ограниченных жанрах. А издательства десятилетиями клепают однотипные серии иронических детективов, любовных романов и шпионских боевиков в стиле Джеймса Бонда. Нет там никакой «новизны» и в помине, и тем не менее в печать такие книги охотно берут.

Я решила, что не буду пытаться что-то эдакое сочинять в этот раз, всё равно по факту «хочу новое» чаще всего означает «хочу что-то интересное лично для меня». И тут вдруг выясняется, что даже технофэнтези ни в какие ворота не лезет, потому что как можно мешать роботов и демонов, ну? Вообще несовместимо.

Пишу боевичок. Без претензий на актуальность и оригинальность. Без попыток в глубокую психологию. Если что-то вылезает, оно вылезает само по себе, по обстоятельствам.

Для меня это стилистический и жанровый эксперимент, ну и желание завершить наконец цикл. Будет жестковато (в плане лексики, а не кишков-кровищи), потому что изображать наёмных убийц белыми и пушистыми как-то не роскомнадзорно.

Местами получается даже мимимишно, вон, подруга довольно мирную иллюстрацию сделала. Я не стала ничего менять, хотя по виду персонажу лет на десять больше, чем в книге, но пусть:)

Из черновика:

— Дядя Ред, а ты поиграешь со мной в куклы?

От такого обращения аж передёрнуло, как и от самой просьбы. Увидев гримасу на его лице, Кьяра понуро опустила плечи и побрела к себе в комнату. «Вот и славно, меньше проблем», — подумал Ред и отправился в гостиную, чтобы с ногами завалиться на диван и немного вздремнуть.

Сон почему-то никак не приходил, и сознание потихоньку заполнил рой вопросов без ответов. Помимо любопытства, с кем же спуталась Сантина, Ред в мыслях постоянно возвращался к девочке — невероятно, что у такой мамаши и потенциально ещё худшего папаши получился тихий, спокойный, послушный ребёнок. Вдобавок вспомнилось, как она молилась за «нордических богов» за столом.

Странная штука, совесть: рождаешься без неё, а когда приходит — слишком поздно…

Поворочавшись ещё минут пятнадцать, он с кряхтением поднялся с дивана и пошёл в детскую комнату.

— Слушай… насчёт кукол… — Ред опёрся о дверной косяк и окинул взглядом игровое поле.

Кьяра устроила на полу что-то вроде ипподрома, расположив плюшевых зверей на трибунах из кубиков и усадив кукол на лошадок с разноцветными гривами. Впереди всех оказалась брюнетка на коне рыжей масти.

— Это ты, — малышка показала на лидирующего скакуна.

Ред предпочёл не спрашивать, кто же сидит на нём верхом, и, старательно гоня прочь образ Сантины-наездницы, переключил внимание на стены комнаты. Их украшали странные рисунки — некоторые в рамочках, некоторые прилепленные клейкой лентой. Большая часть представляла собой просто каракули или геометрические фигуры, в основном выполненные тёмными фломастерами или карандашами. На трёх картинках Ред разобрал примитивные изображения людей. Что характерно, Кьяра нарисовала только себя и маму (длинноволосые фигурки повыше и пониже), папы нигде не было.

— А это что?

— Что я чувствую. Тётя доктор говорит рисовать, когда я не могу объяснить.