Молитвы, разговоры и тишина перед штормом

Друзья и дорогие читатели, работа над книгой продолжается — и, честно говоря, эта глава получается одной из самых атмосферных и эмоциональных. Сейчас я как раз дописываю сцены между боями — там больше разговоров, характеров, спокойных моментов перед бурей. И именно они, как мне кажется, делают историю живой.

И — с Рождеством всех, кто празднует!
Пусть в этом году у каждого будет немного тепла, спокойствия и своих маленьких чудес.

И ещё — я правда немножко в шоке.
За такой короткий промежуток времени:

— столько новых подписчиков,
— столько лайков,
— столько тёплых комментариев.

Я начинал писать просто «для себя и пары друзей».
А теперь вижу — то, что я делаю, кому-то действительно интересно и важно.
Спасибо вам. Это правда придаёт сил продолжать.

А ниже — небольшой отрывок из новой главы.
Приятного чтения ️

Ещё несколько шагов и я спустился вниз. У подножия башни меня встретила собака, махнула хвостом и пропала за углом. Я шагнул во двор — и только тогда заметил, как в стороне, у крыльца, сидел Джод, опираясь на посох. А с ним беседовал Тристиан. Они говорили, что-то обсуждали, после чего Тристиан учтиво поклонился и удалился в гостевой дом. Наверное, пошёл завтракать.

Я направился к нему, Джод увидел это и на его лице расцвела улыбка.

Он привстал, будто собирался поклониться, но тут же одёрнул себя — опёрся на посох и просто наклонил голову. Было понятно, что он ещё не восстановился полностью.

— Милорд, — его голос был тёплым и чуть охрипшим после ночи. — Благодарю вас. За всё. То, что вы сделали… я ещё долго буду вспоминать в молитвах.

Я остановился рядом и тоже слегка склонил голову.

— Спасти жреца — мой долг, — ответил я. — Апсу чтит своих коллег, если они приносят миру благо. Как ты себя чувствуешь, Джод? Ночь прошла спокойно?

Он кивнул.

— Спокойнее, чем многие последние годы. Боль отступает — и в теле, и… — он коснулся груди, — и здесь. Словно меня наконец-то перестали толкать по дороге, где нет света. А ещё — добрые люди, горячая еда, чистая вода… С такой заботой я скоро совсем встану на ноги.

— Рад это слышать, — сказал я. — Постараемся, чтобы тебе здесь было безопасно. А насчёт еды — да. Леветоны так заботятся, что и мёртвого поднять смогут.

Он тихо рассмеялся.

— Не думал, что ещё увижу место, где можно чувствовать себя в безопасности. И всё же увидел — благодаря вам, — он посмотрел мне прямо в глаза. — А теперь скажите: чем я могу быть полезен? Понимаю, вы подошли ко мне не просто так.

— Чутьё тебя не подводит, Джод, — кивнул я. — Я подошёл не только затем, чтобы узнать о твоём здоровье. Хотел сообщить тебе весть: мы побывали в Храме Оленя и истребили чудовищ, что там поселились. И, как я теперь понимаю, именно они были причиной тумана, окутавшего эти земли.

Жрец Оленьего бога сложил руки в молитве, после чего посмотрел на меня с восхищением.

—  Хвала Эрастилу одна из бед решилась – он посмотрел на гостевой дом – А ещё вы спасли Тристиaна – он рассказал мне о том, как вы пришли ему на помощь в Храме Оленя.

—  Ну полно – смутился я – Он и до нашего подхода держался молодцом. Тем более – мы бы не смогли убить других тварей, если бы он не усилил нас чудесами своей богини.

—  Саренрэй послала ему чудеса за то, что он благой целью занимался – уверенно сказал жрец, после чего порылся в своей сумки и протянул мне два свитка – Но, как-бы то не было, благодаря тому что вы исполнили просьбу — теперь мое сердце спокойно и полно уверенности, что я верно понял волю моего бога. А раз так – вы заслуживаете награды.

Я осмотрел свитки, после чего с удивление посмотрел на Джода, ибо я не понимал зачем он мне их дал. Но старик понял всё неправильно, он смутился. Видимо моё выражение лица показалось ему недовольным.

—   Я хотел бы вознаградить вашу смелость … - смущенно сказал жрец оленя – Но я не владею богатствами, но вот это немногое, чем я могу отплатить. Прошу вас, не нужно …

—  Джод, ты неправильно понял! – замахал я руками – Я не обижен, ты что? Я просто удивился, что ты мне дал свитки. И я подумал, что ты мне расскажешь для чего они нужны. Ибо я почувствовал в них слабый отголосок магии, вот и всё …

—  Аааа, вот оно что – Джод усмехнулся – Тогда прошу прощения господин Алиберт, что так быстро неправильно составил мнение об вашем выражении лица. Эти свитки – это свитки снятия проклятья слепоты. Мне они без надобности, а вам наверняка будут хорошо помогать в ваших странствиях.

—  Это хороший подарок Джод, благодарю тебя – кивнул я головой, после чего убрал свитки в карман.

—  Насколько я знаю, ваша следующая цель — Рогач – задумался он. Теперь, когда Храм Оленя очищен от зла, туман должен начать таять, открывая путь к логову этого проходимца! Но такое могущественное колдовство не сойдет в одночасье.

—   И не говори – вздохнул я, посмотрев на остатки тумана – Два дня уже прошло, а туман всё ещё сильный. Не такой уже плотный как ранее – теперь ты не рискуешь быть постоянно мокрым, когда ходишь по нему. Но всё равно неприятный.

Джод тихо хмыкнул. Видимо мои жалобы показались ему забавными.

— Это нормально. Такие чары расползаются медленно… и так же медленно умирают. Они держатся за землю, как больной держится за жизнь. Но если корень зла срублен — остатки со временем рассеются.

Он поднял глаза в небо.

— А пока — будьте осторожны. Когда магия умирает, она злится. Становится беспорядочной. И может ударить туда, где её меньше всего ждут.

— Мы постараемся, — кивнул я. — Сейчас главное — дождаться ответа из Семи Арок. Если друиды подтвердят наши догадки, то мы хотя бы будем знать, на что идём. А что касается медленного расползания – странно, но такого я не заметил. Этот туман буквально за ночь появился.

— Вы ошибаетесь, милсдарь Алиберт – просто вы пришли в Украденные земли относительно недавно, а туман здесь был уже давно. Просто вы зашли в самый край земель, и не заметили этого — мягко сказал он. — А насчёт вашего похода к крепости Рогача, я уверен вы пойдёте. Даже если не подтвердят. Я уже понял, какой вы человек.

Он улыбнулся — не как жрец, а как старший, который принял решение внутри себя.

— Я буду молиться за вас. За всех вас.

— А мы постараемся сделать так, чтобы твоим молитвам не пришлось слишком часто вспоминать о нас, — усмехнулся я – А насчёт «пойду, ладе если не подтвердят», видишь на башне стоит великая эйнхерия?

Показал я в сторону башни, на вершине которой до сих пор несла службу Валери.

— Мне стыдно будет оставаться здесь, пока она с мечом на голо и своим огромным щитом бежит на Рогача, ибо её возмущает, что вы тут живёте уже слишком долго со страхом перед Рогачом.

Он рассмеялся тихо, но тут же придержал бок — видимо, смех всё ещё отзывался болью.

— Осторожнее, — сказал я. — Ещё чуть-чуть — и придётся снова спасать тебя.

— Уже поздно, — он покачал головой. — Вы и так меня спасли. А это всего-лишь последствия мучений от бандитов, они заживут, как и другая рана.