Сапёр из Кёльна

Пролог

Детский плач рвал слух.

Неприятные и отчаянные всхлипы ранили сердце, женщины сидящей на кресле-качалке, монотонно покачиваясь то назад, то вперёд. Взгляд ее был направлен на пейзажи в окне. Мирные и серые картины улицы привлекали женщину , пока все ее внимание направлено в мысли. Но жалкий плач мешал, снова и снова вырывая ее из мыслей. 

Наконец собравшись духом, она встаёт с кресла и направляется к выходу из своих покоев. Ее взгляду была представлена картина, которую видела она словно всю жизнь. Сын ее стоял, маленькое его тело взяла дрожь от плача, пока перед ним грозно нависал палач ребенка - Фридрих Унглюксал, отец мальчика, который отчитывал его за незначимую ошибку. 

- Слёзы предназначена для прислуг и баб, Рейн. Вытри это безобразие и веди себя наконец подобающе мужчине.

Лекцию Фридриха прервала фигура его жены Изабель, чей брак с ней был по расчету. Изабель молчала, указывая всем своим видом, что сцену не желательно устраивать у ее покоев. Мужчина хмыкнул и снова опустил взгляд на сына, который уже всеми силами пытался не дрожать. Фридрих повернулся и направился к своему кабинету. 

- Пойди сюда Рейн. - почти неслышно произнесла слова женщина. Мальчик подняв свои заплаканные глаза, подошёл к матушке. Рука женщины опустилась на светлую макушку сына и слабо погладила её, - отец прав, довольно слез.

С этими словами она вернулась в покои, оставив Рейна наедине, чувство вашего стыд, и пытающегося всеми силами стереть слёзы с лица. Девушка с книгой в руках прошла мимо Рейна, хмуро и осуждающе оценив взглядом младшего брата, поджав губы. Рейн посмотрел в спину старшей сестре, снова опустив голову, Эбигейл никогда его недолюбливала, но впрочем и не говорила за что. Если Рейн поднимал данную тему, она мрачно замолкала, и игнорировала брата. 

Рейн тяжело вздохнул и пошел по коридору к своей комнате. Белые стены родового особняка с детства давят на парня. Он единственный сын древнего прусского рода аристократов Унглюксалов. И пусть аристократы давно не имели значения в новом государстве Третьего Рейха, достоинство поддерживать стоило. И именно поэтому отец выжимал из него все соки, желал идеального сына, наследника рода. 

Рейн всегда пытался попасть в рамки идеала отца, но каждый раз Фридрих был недоволен им, а уж там и следовали наказания.

Парень входит в свою комнату, закрывая за собой дверь, он опирается на нее спиной и спускается на пол. Ладонями он закрывает лицо, дрожь от прошлого стресса ещё не до конца покинула его тело, но разум был чист. Приоткрыв щёлочку для глаза, Рейн смотрит на фамильный герб, который был исполнен в образе брошки. Брошь валялась под столом. Видимо упала, нужно поднять...но сил у Рейна не было. Он решил, что потом поднимет упавшую вещь, так как отец редко заходил в его комнату. Можно сказать вообще не посещал. Рейн тяжело выдохнул, убрал руки с лица, а светлые пряди длинных волос, снова уложил в прическу. Два светло голубых глаза тяжело смотрели вперёд.