Святой пёс

Любопытную историю можно найти у доминиканца-инквизитора Этьена де Бурбона, автора поучительного сборника «Исторические анекдоты, легенды и апологии». В своих родных местах, в Лионском диоцезе, инквизитор услышал на исповеди о культе неизвестного святого по имени Гинфорт, после чего начал проводить расследование, так как посчитал, что «Богу оскорбительны те суеверия, которые приписывают божественные достоинства демонам или другой какой твари». Выяснилось, что святой Гинфорт — это собака. Пёс принадлежал рыцарю, проживавшему в своём замке в окрестностях Лиона. Однажды рыцарь вернулся с охоты и обнаружил, что колыбель его сына опрокинута, ребёнка нет, а сторожевой пёс Гинфорт скалился на своего хозяина окровавленной пастью. Решив, что Гинфорт загрыз младенца, рыцарь в ярости убил собаку. И вдруг он услышал детский плач. Оказалось, что всё это время младенец лежал под колыбелью. А рядом с ним рыцарь обнаружил мёртвого «огромного змея».

Догадавшись, что верный Гинфорт загрыз змею и спас ребёнка, рыцарь раскаялся и приказал с почестями похоронить пса. Его бросили в колодец у ворот замка, завалили сверху камнями и посадили вокруг деревья. Вскоре по окрестностям распространился слух, что Гинфорд и после смерти помогает детям, и люди стали «почитать пса как мученика». К месту его захоронения женщины стали приносить больных детей, причём, не ограничивались молитвами, но и совершали особые ритуалы, совершенно не имеющие ничего общего с христианством (оставляли приношения солью и другими вещами, развешивали пелёнки больных детей на ветках кустах, вбивали гвозди в деревья).

Мало того, Этьен де Бурбон сообщает, что вера в святого пса сочеталась у местных крестьян с верой в подменышей. Если женщина подозревала, что её ребёнка подменили, у могилы Гинфорда совершался следующий обряд: обнажённого ребёнка перебрасывали между стволами двух деревьев. Мать становилась с одной стороны, держала ребёнка и перебрасывала его старухе, стоявшей с другой стороны. Так повторяли девять раз. При этом женщины обращались с призывом к «демонам» и заклинали «фавнов», живущих в Римитском лесу, забрать этого слабого и больного подменыша и вернуть младенца, которого зловредные духи унесли с собой. Особо оговаривалось, чтобы дитя вернули «упитанным и толстым, живым и здоровым». После этого оставляли ребёнка обнажённым в колыбели с соломенной подстилкой у подножия дерева, а с обеих сторон головы зажигали свечи, закрепляя их в стволе деревьев. Сами женщины при этому уходили на всё время, пока свечи не сгорят. По словам Этьена де Бурбона, несколько детей погибли от огня, поскольку от оставленных без присмотра свечей загоралась подстилка в колыбели.

Разумеется, инквизитор осудил эту практику: «Некая женщина также донесла мне, что, когда она фавнов призывала и отходила назад, то видела волка, выходящего из леса и идущего к ребёнку, которого, если только [она], проникшись материнским чувством, не подходила, волк, или дьявол в его образе, как она говорила, пожирал. Если же возвратившиеся к ребёнку находили его живым, относили его к некой быстроводной реке, протекавшей поблизости, называемой Шаларон (Chalarone), в которую ребёнка девять раз погружали; [этот ребёнок] получал весьма крепкое тело, если спасался, и ни тогда, ни сразу после этого не умирал…

Мы прибыли на это место и созвали людей земли и проповедовали против того, что было рассказано. Мы велели выкопать мёртвую собаку и срубить рощу и, вместе с тем кости упомянутой собаки равным образом повелели сжечь, и повелели хозяину земли издать эдикт о взысканиях и наказаниях для тех, кто к указанному месту по упомянутой причине так или иначе будет приходить».

(Anecdotes historiques. Légendes et apologues tirés du recueil inédit d’Étienne de Bourbon dominican du XIII-e siècle publiés pour la société de l’histoire de France par A. Lecoy de la Marche. Paris, 1878. Exemplum № 370)

Учитывая, что история о собаке, которая спасла младенца от ядовитой змеи, но при этом сама погибла (от укуса или по ошибке — от руки хозяина) была, мягко говоря, не нова даже в XIII веке, возникают большие сомнения в существовании реального пса по имени Гинфорт. Или, по крайней мере, в том, почему он угодил в колодец.

Пропробуем разобраться, что же произошло на самом деле. Итак, некий рыцарь (скорее всего, честный христианин) обнаруживает, что в его владениях, причём, неподалёку от замка, есть «волшебный» колодец и не менее волшебная роща, где местные крестьяне совершают совершенно не христианские обряды.

Просто вырубить деревья и разрушить колодец — это риск. Рыцарь действует тоньше. Вместо того, чтобы уничтожить, решает осквернить языческую святыню. Бросает в колодец дохлого пса и заваливает камнями.

Но увы, народная вера оказалась сильнее. В результате религиозного творчества место захоронения собаки стало новой святыней.

Разумеется, это не точная реконструкция событий, но так вполне могло быть :)

Роща с памятной табличкой, описывающей историю Гинфорта