Бабушка

У каждого в детстве была любимая и прекрасная  Бабушка. Она и сейчас живет в моем сердце. И мы всегда навещали ее погост летом, бывали мы с мамой, пока она могла сесть в машину и дойти до места, где она покоится уже 45 лет. С первого класса по седьмой мои родители отвозили нас на лето, с 4-5 июня по 27-29 августа, для старшего в деревне было не камфортно, он был не в восторге, средний спокойно переносил это летнее проживание, я был маленький мне все было интересно, я видел мир и его красоту в ярких цветах. Родители от нас отдыхали, мы делали первые шаги в этот непознанный Мир самостоятельно под присмотром Бабули. 

Бабушка всегда нас ждала сидя на скамейке перед домом. Для нее мы были в радость и она уставала от нас прилично, возраст у нее был уже за семьдесят. Не мы одни приезжали на лето, у всех бабуль прибывали их внуки и начинали сезон отдыха и бурной жизни в деревне.

Выпив стакан парного молока с куском деревенского хлеба утром, мы бежали купаться на пруд, есть черемуху, играть в футбол, кушать в лесу землянику. Мы были в постоянном броуновском движение. 

Хлеб был пористый, с крупными полостями, хрустел в зубах, запах сводил с ума, такого хлеба к сожалению сейчас не пекут, бабуля раз в две недели пекла его в чугунках в печи на углях. Накрывала его мокрым полотенцем и две недели он не черствел, и был все это время мягкий и таил во рту. Он для меня остался как стандарт каким должен быть хлеб, которого касались руки моей бабушки. 

В прихожей висели тушки гусей, с засыпанной солью внутрь, холодильников тогда не было, поэтому эта солонина попадала в суп и мы его ели, вкус этого супчика забыть нельзя. Ну, а свежее мясо попадала в кастрюлю, это была курочка которая до этого бегала во дворе. Пололи картофель, свежий по мере созревания он тоже попадал в блюда. Зелень из огорода прямо с грядки шла в салат и в суп. 

Шахматы, домино, шашки сочетали с катанием на лошадях. Пилили дрова пилой Дружба 2 для бабушкиной печке. С утра до вечера мы все были в движение, потом моментально засыпали от усталости. 

Главные враги для меня были хитрые гуси, они постоянно старались меня ущепнуть, я от них шарахался и убегал. Выйдя утром со двора они взлетали чуть выше электрических столбов, пролетев до озера перед речкой, половину деревни, садились на воду и кормились там до вечера. Мы тоже на речке и пруду как гусята плескались в воде. Бабуля с прутиком сидела на берегу и стерегла нас. 

Вечером гуси их было где то 12 штук, разбегались от озера подымались в небо и садились рядом с калиткой дома, важно заходили во двор и кормились горохом, пареным зерном, рубленной зеленью. Это был ритуал. В середине августа гуси начали готовиться к отлету, появились первые перелетные утки и гуси. И перед самым нашим отъезд произошла сенсация, вожак стаи Гусыня подняла всех гусят и увела их на зимовку на Юг. Гуси улетели. Вся деревня была в возбуждение, такого никогда не было, чтобы домашние гуси сделали побег. 

Со всех дворов односельчане приносили по гусю, бабушка уже хотела отказаться, но люди все хотели помочь, отказать нельзя. Принесли в два раза больше чем их было. Это вошло в память деревни. Когда я приезжал уже на машине, бабули не было в живых, когда спрашивали кто я и к кому приехал, я говорил что здесь жила моя Бабушка и у нее улетели гуси на Юг, они сразу улыбались и Легенда о Побеге оживала в беседах. 

Что удивительно, они ведь весной прилетели, не все конечно, четыре гуся со своим Вожаком Гусыней и бабуля сразу же ее отправила в суп. Потом всегда подрезала гусям крылья, гуси от дома до озера и пруда уже не летали чуть выше столба, они туда ходили пешком. 

Запомнилось еще получение пенсии 14 рублей, мы шли в магазин покупали 4 буханки хлеба, 2 килограмма конфеток падушечки, трехлитровую банку настоящего цейлонского чая, который насыпала продавщица из мешка. Государство платила ей пенсию, не палки за работу в колхозе в 30 годах.Она всю жизнь работала, подняла трех дочерей и сына одна, муж пропал без вести в 1943 году. Через 62 года я нашел его могилу в г. Орле через Мемориал, он умер в госпитале от ран. Тогда же я узнал о приказе осени 1942 года, о котором не знали генералы, маршалы, а только на уровне батальонных капитанов и писарей Штаба. После боя всем кто не был призван в Москве, Московской области, Ленинграда и Ленинградской области, писали что солдат пропал без вести, простая финансовая экономия, если пришла похоронка с указанием на какой высоте лежит солдат, пенсия была 364 рубля. 

И вдова могла на эту сумму после войны без нищеты поднять и вырастить своих детей. Но погибших было миллионы. И моя бабушка была одна из тех вдов кто не встретила своего мужа с войны. Из деревни ушло 124 солдата, вернулось два инвалида и три чудом оставшихся в живых мужчин. Такова была цена Победы. 

Остались фотографии Бабули. Пока мы ее помним Она с нами. Всегда живые глаза которые смотрели на нас и ее улыбка.