Элизабет Фрай – “ангел тюрем”

В XVIII веке пенитенциарная система Великобритании пребывала в зачаточном состоянии: все заключенные содержались вместе – обвиняемые с осужденными, закоренелые преступники с теми, кто совершил преступление впервые, женщины с мужчинами. Ужасающая теснота, сырость, болезни, высокая смертность – эти черты тюремного заключения были характерны для всей Европы в целом.

Для женщин совместное заключение с мужчинами оборачивалось жесточайшей сексуальной эксплуатацией (помимо других заключенных, изнасилования совершали и мужчины-надзиратели). Беременность и рождение детей у женщин-заключенных являлись повсеместной проблемой. Единственную возможность улучшить положение женщин в тюрьме реформаторки видели в отделении их от мужчин и Элизабет Фрай была одной из самых ярких фигур данной реформы.

Элизабет Фрай (урожд. Герни, 21 мая 1780 – 12 октября 1845) – социальная активистка, реформаторка тюремной системы Великобритании, при жизни получившая прозвище «ангел тюрем». Элизабет родилась в Норвиче в семье квакеров. Квакеры – это протестантское христианское движение, возникшее в годы Английской революции (~1652 г.). На момент рождения Элизабет квакеры еще страдали от ограничений в гражданских правах: им запрещалось учиться в университете и занимать должности на государственной службе. Тем не менее семья Герни была довольно зажиточной; отец Элизабет, Джон Герни, унаследовал дом и камвольно-прядильную фабрику.

В августе 1800 года, когда Элизабет было 20 лет, она вышла замуж за Джозефа Фрая. В этом браке родилось 11 детей. Конфликт между домашними обязанностями и реформистской общественной деятельностью мучил Элизабет всю жизнь. К тому же рождение первых детей сопровождалось депрессивными периодами, когда женщина ощущала, что упускает возможность проявить себя и свои таланты. Еще до замужества Элизабет занималась благотворительностью, однако дар оратора и проповедницы открыла в себе позднее. Джозеф Фрай поддерживал супругу: начиная с 1810 года, когда религиозные обязанности Элизабет стали отнимать все больше времени, он взял на себя домашние дела.

Не вся семья поддерживала Элизабет; большая часть братьев и сестер не одобряли ее публичные выступления и все возрастающую популярность. Родственники и другие квакеры Общины постоянно критиковали реформаторку за “пренебрежение собственной семьей”. Но были и те, кто ее поддерживал: братья Джозеф и Сэмюэль, а также мужья сестер – Фоуэлл Бакстон и Сэмюэль Хоэ – которые серьезно занимались тюремными вопросами. С ними она посетила тюрьму в Норидже и женское отделение исправительного дома Коулдбасфилдс в Лондоне.

Согласно ее дневнику, на мировоззрение Элизабет Фрай сильно повлияли проповеди о благотворительности и служении Присциллы Ханны Герни, Деборы Дарби и Уильяма Сэвери. В 1813 году, по совету друга семьи, Стивена Грелле, Элизабет посетила печально известную Ньюгейтскую тюрьму. Увиденное привело ее в ужас. Почти триста женщин-заключенных располагались в двух сравнительно небольших камерах. Как и в других местах, заключенные содержались все вместе: подследственные и осужденные, больные и здоровые, включая детей разных возрастов. Прямо в камерах готовили еду, стирали, справляли нужду; некоторые арестантки практически не имели никакой одежды, а напольные коврики заменяли кровати. Элизабет Фрай вернулась на следующий день с едой и одеждой.

После первого посещения Ньюгейтской тюрьмы Элизабет Фрай пришлось на несколько лет оставить благотворительную деятельность из-за финансовых проблем семьи. Элизабет вернулась к своему призванию в 1816 году, когда смогла профинансировать тюремную школу для детей, находящихся в заключении вместе со своими матерями.

В это же время появилось «Общество улучшения тюремного содержания». Элизабет договорилась с женщинами-заключенными Ньюгейта, что они получат помощь, если покажут, что могут соблюдать правила. Так, вместо того чтобы пытаться навязать женщинам дисциплину, она предложила свод правил, а затем попросила заключенных проголосовать за них. Согласно этим правилам, женщины выбирали старост, которые следили за поведением; обязались заниматься работой с девяти до шести часов (шитьем или вязанием), и перед работой слушать отрывок из Писания. Помимо прочего, правила включали ограничение развлечений, что характерно для квакеров (им запрещалось посещать концерты и танцы): “<...>не допускаются попрошайничество, ругань, азартные игры, карточные игры, ссоры или безнравственные разговоры. Все романы, пьесы и прочие неподобающие книги будут изъяты; следует избегать плохих слов<...>”.

После того, как миссис Фрай озвучила правила, по каждому из них голосовали отдельно, поднятием руки. В итоге все заключенные проголосовали за каждое правило. После этого визиты «леди-посетительницы» в Ньюгейт стали регулярными.

Усилиями Общества за два года удалось добиться некоторого улучшения в размещении арестанток: в распоряжение женского отделения были переданы дополнительные камеры, что позволило разделить осужденных по категориям. Общество предоставляло женщинам материалы для работы. Изучение шитья и вязания давало заключенным навыки для того чтобы в будущем, когда они выйдут из тюрьмы, найти работу и зарабатывать деньги самостоятельно.

Одним из атрибутов реформирования женской половины Ньюгейта были коллективные проповеди по вопросам веры и нравственности, которые вела Элизабет Фрай. Здесь проявился ее ораторский дар. Очень скоро эти проповеди стали чем-то вроде “шоу” для знатных меценатов.

После войны с Наполеоном волна преступности достигла пика в 1817-1818 годах. Это время наиболее плодотворной работы Элизабет Фрай в качестве тюремного реформатора. В феврале 1818 года ее пригласили выступить в комитете по лондонским тюрьмам Палаты общин, что было неслыханно для женщины в то время.

В докладе на встрече своего Общества миссис Фрай обозначила цели реформы: предоставить женщинам возможность работать и зарабатывать в условиях пенитенциарной системы, а также добиться появления женщин-надзирательниц в составе тюремной администрации. Элизабет Фрай считала (и в этом она на годы опередила свое время), что правительство должно предоставить заключенным работу и платить за нее. В Ньюгейте реформаторка открыла небольшой магазинчик, где женщины-заключенные могли купить чай, сахар и всякую галантерею на заработанные деньги.

Одним из нововведений миссис Фрай стало изменение процедуры перевозки женщин-заключенных в порт. Дело в том, что часть заключенных в то время депортировали в Австралию. Элизабет Фрай инспектировала корабли, перевозившие заключенных; поначалу условия на них были ужасающими. Даже дорога до порта представляла собой испытание: женщин везли по улицам Лондона в открытых повозках, часто закованных в цепи, в тесноте. Горожане забрасывали их гнилой едой и грязью. Страх перед этой “дорогой позора” часто приводил к бунтам среди женщин, приговоренных к ссылке, в вечер накануне отправки. Элизабет Фрай убедила начальника тюрьмы отправлять женщин в закрытых повозках, при этом миссис Фрай и другие женщины из Общества сопровождали эти перевозки до доков. Элизабет посещала тюремные корабли и убеждала капитанов проследить, чтобы каждая женщина и ребенок не остались без еды и воды во время долгого путешествия.

Другой важной составляющей ее реформистской деятельности было улучшение положения душевнобольных. В начале девятнадцатого века они подвергались издевательствам и травле. Как в тюрьмах, так и в психиатрических лечебницах, где им давали слабительное, пускали кровь, ставили шпанские мушки, вызывали рвоту, сбивали с ног и окунали в холодные ванны. В тюрьмах же людей с психическими расстройствами приковывали в темных промозглых камерах, где многие из них проводили всю жизнь.

В 1823 году в Великобритании был принят “Закон о тюрьмах”. Однако многое из него осталось лишь на бумаге. Неэффективность закона во многом объяснялась отсутствием механизма, обеспечивающего его соблюдение. К тому же часть пенитенциарных учреждений, такие как городские тюрьмы и тюрьмы для должников, не регулировались этим законом. Единственным широко распространенным и успешным нововведением Закона 1823 г. стало разделение мужчин и женщин.

Элизабет Фрай, чьи идеи оказали существенное влияние на разработку и принятие закона, переживала из-за его слабой эффективности. В 1835 году она дала показания Специальному комитету Палаты лордов, подтвердив, что, несмотря на Закон о тюрьмах, «во многих случаях их состояние плачевное… их по праву можно назвать школами преступности» и что в некоторых из них «нет ни обучения, ни работы, ни классификации [заключенных]... и они доходят до крайне низкого и плачевного морального состояния». Лорды остались недовольны выступлением миссис Фрай. К тому времени часть тюремных реформаторов отошла от идей Элизабет: вместо исправления преступников, на первое место выходит наказание.

В 1829 году юрист Эдвин Чедвик опубликовал эссе по «Превентивной политике». Он порицал тюремную систему, как слишком удобную и слишком дорогую, и взамен предлагал ввести короткие, жесткие сроки заключения, за которыми должны следовать длительные периоды полицейского надзора. По его мнению, “узколобая сентиментальность <...> Говардов и Фраев» привела к тому, что тюрьмы превратились в комфортабельные убежища, привлекающие с улиц бродяг и попрошаек.

В 1832 году мистер Уильям Кроуфорд был послан британским правительством изучить американскую тюремную систему. В Штатах арестантов помещали в одиночное заключение, где они работали и спали в своих камерах. В итоге, британское правительство построило исправительный дом в Миллбанке, по американской системе. Там каждый заключенный проводил первые пять дней запертым в одиночке, а после работал в своей камере всю первую половину срока, выходя оттуда только в церковь или для физических упражнений.

Элизабет Фрай видела на кораблях каторжников женщин, содержавшихся в Миллбанке: неграмотные и запуганные, они часто страдали от болезней рассудка. Миссис Фрай пыталась доказать современникам, что месяцы и годы в одиночестве не способны подготовить заключенных к возобновлению нормальной жизни после освобождения. Однако к 1835 году стало ясно, что концепцию тюрем, как мест исправления, сменила официальная политика более жестких, устрашающих приговоров. И хотя в глазах общества Элизабет Фрай оставалась фигурой общенационального значения, политики перестали воспринимать всерьез ее идеи. Тем не менее в других странах Европы, в том числе во Франции и Голландии, миссис Фрай продолжали торжественно встречать и позволяли инспектировать местные тюрьмы.

Современники превозносили Элизабет Фрай как “ангела”. Ее дочь, редактирующая дневники матери для последующего издания, старательно убрала как грамматические ошибки, так и некоторые эпизоды, иллюстрирующие человеческие слабости, наподобие пристрастия к вину, которое миссис Фрай считала лекарством.

Элизабет Фрай придерживалась довольно консервативных взглядов, за исключением отношения к тюремной реформе. Она была сторонницей монархии и сословного деления общества, ее пугала идея социализма. Несмотря на собственную, во многом нетрадиционную семейную жизнь, она идеализировала семью и “долг матери и жены”. Тем не менее, она остается важной фигурой тюремного реформирования, а также деятельницей, которая показала сколь многого может достичь женщина, если не ограничится ролью “ангела в доме”.

Источники:

Джун Роуз. Биография Элизабет Фрай.

Васильева С. А. Элизабет Фрай – “ангел тюрем”: деятельность британского филантропа и реформатора в оценках современников // , вып. 3(30), 2015.

Васильева С. А., Эрлихсон И. М. Роль конфессионального фактора в тюремных реформах Великобритании в конце XVIII – середине XIX века // , 2015.