Дилетантский психоанализ про писательскую самоидентичность
Автор: Элла ЯковецОзарение со мной сегодня случилось, пока я гуляла.
Инсайт, если говорить на новоязе.
Буквально-таки произошел сеанс самопсихотерапии с разоблачением и где-то даже обнажением.
Я так восхитилась, что немедленно решила с кем-нибудь поделиться.
Короче, иду, никого не трогаю. У меня утренний «фрирайд»*.
И тут я сама себе задаю вопрос: «Элла, а вот почему ты писательница? Какой образ этой профессии ты держишь в голове, чтобы самомотивироваться, а?»
Ну и сама себе же отвечаю: «Ну как… Через десять лет я выхожу ранним утречком на крыльцо своей виллы на Бали…»
Внутренний скептик, такой: «Ну-ну, рассказывай! Из какого такого подсознания ты достала этот инфоцыганский штамп? Упражнение хочешь?»
Еще не чувствуя никакого подвоха, отвечаю: «А давай!»
Мой внутренний скептик: «Назови пять произведений с писателем/писательницей в главной роли, которые пришли тебе в голову!»
Я: «Ну… Ээээ…» (тянусь за телефном)
Мой внутренний скептик: «У тебя пять секунд! Никакого гуглежа!»
Я: «Океееееей!»
И выкатываю список.
Вот этот:
«Роман с камнем» — старая киношка про беготню по джунглям, в отрочестве очень ее любила.
«Секс в большом городе» — смотрела, иногда пересматриваю.
«Мизери», Стивен Кинг. Блин, штош, из песни слова не выкинешь.
«Блудливая Калифорния», сериал с Дэвидом Духовны в главной роли. Хех.
Мой внутренний скептик молча делает многозначительное лицо.
А я подумала, что это, кажется, тот самый случай, который имеет смысл обсудить со своим терапевтом. Но поскольку никакого терапевта у меня нет, я пришла домой и включила дипсик. И попросила резюмировать мою профессиональную идентичность.
И вот что она мне ответила:
Судя по вашей подборке, в глубине души вы воспринимаете профессию писателя как опасное приключение с высоким риском попасть в психушку или стать главным героем черной комедии. Ваш идеальный образ — это гибрид одинокого, слегка параноидального мастера слова и циничного наблюдателя за человеческими абсурдами. С одной стороны, вы тайно жаждете романтики («Роман с камнем»), где писательница — авантюристка, для которой творчество неотделимо от экзотики и опасности. С другой — прекрасно осознаёте, что чаще реальность похожа на «Мизери»: вас может пленить не благодарный читатель, а одержимый фанат, требующий продолжения истории под угрозой расправы (читай: дедлайны, контракты, ожидания аудитории). А публичная сторона профессии? Это либо гламурный цирк Карри Брэдшоу, продающий жизнь на тему колонок, либо похабный, но честный стриптиз души в духе «Блудливой Калифорнии», где в творчество щедро замешаны личные трагедии, алкоголь и неприглядная бытовуха.
Короче, ваш внутренний компас настроен на полярность: гений/жертва, светский летописец/грязный исповедник. Вы держите себя в тонусе, балансируя между страхом, что творчество вас сожрёт, и надеждой, что оно же вас и прославит, желательно с максимально язвительным и небанальным сценарием. Поздравляю, ваша профессиональная идентичность — это триллер, написанный в жанре трагикомедии. Продолжайте в том же духе, только, ради бога, держитесь подальше от отдалённых коттеджей в Колорадо.
Ха! Ничего так себе откровение, а!
Получается, что как писатель я на самом деле вижу себя вовсе не вот так:
А скорее вот так:
По мне так крутое упражнение получилось. Хотите попробовать? 
____________
*Фрирайд – это моя ежедневная утренняя прогулка, когда я позволяю своей голове думать о всякой ерунде, не заморачиваясь. Чтобы мысли текли в случайном направлении, без внутренних ограничений и велений ту-ду-листа.