Джампиры: подлинные охотники на нежить в XVIII веке

Во время вампирской паники в Европе появлялись полукровки — дети, рождённые от живых женщин и вампиров-возвращенцев, которых, в отличие от упиров, часто путали с живыми людьми. Наибольшее количество свидетельств о рождении таких существ поступало из Сербии и Болгарии.

Дампиры становились охотниками на нежить, на вампиров, будучи сами наполовину нечистью. Период с 1720-х по 1750-е годы был отмечен наиболее активной деятельностью джампиров. Ведь официальные отчёты военных врачей и чиновников были буквально наводнены сообщениями о выходцах с того света, которые постоянно появлялись в деревнях, городах и пригородах.

Аббат Антуан Огюстен Кальме, исследуя свидетельства очевидцев о нечисти, занёс в архив упоминания о Giampires (дампирах).

Рождение дампира

Согласно исследованиям Кальме, появление дампира было не случайным, а прямым следствием деятельности «вампиров-посетителей» (Revenants en corps). В отличие от низшего вида (упиров), которые лишь душили и терзали жертв, «посетители» возвращались к своей прежней земной жизни и к незавершённым делам. Они проявляли интерес к женщинам, вступая с ними в близкую связь. Сельские общины даже официально нанимали их детей для «очистки» кладбищ.

Аббат Кальме зафиксировал это в своём трактате: 

«Говорят, что эти возвращенцы (revenans) приходят ночью к своим жёнам, спят с ними и ведут себя как мужья... и что от таких связей рождаются дети, которых называют джампирами (Giampires)».

«Сыновья Тени» — так их прозвали люди. Тень в фольклоре понималась как отец-вампир-возвращенец, который мог принимать плотскую форму или быть бесплотным духом.

Аббат описывал вампиров-возвращенцев как существ, способных менять своё состояние. Плотская форма была им необходима, чтобы есть, разговаривать и вступать в связь с женщинами. В таком облике их часто путали с живыми, так как их тела оставались тёплыми, а кровь — жидкой, подобно обычному человеку.

Форму тени они принимали и использовали как невидимую силу, которая напоминала тёмный сгусток, двигавшийся в пространстве улицы или помещения. Так они проникали сквозь запертые двери или выходили из могил, не потревожив землю и слой дёрна над гробом.

Дампиры были способны распознать «чужака» в общине, увидеть тень глазами или нюхом найти вампира, находившегося в земле. Очевидцы того времени утверждали, что их тела, руки, ноги и суставы были невероятно гибки в сравнении с телом обычного человека. В отчётах упоминалось, что они могли пролезать в узкие щели или сворачиваться так, как не под силу никому другому. Кальме называл это «мягкостью тканей», наследуемой от отца-вампира; считалось, что у них почти отсутствовал жёсткий скелет.

В полдень дампир не отбрасывал собственной тени. Считалось, что это происходило потому, что он наполовину принадлежал миру призраков.

Аббат Кальме зафиксировал в своих трудах следующее объяснение: 

«Говорят, что сии существа, будучи рождены от теней ночных, сами не имеют тени при свете дня; ибо солнце не находит в них плотности, присущей человеку, и лучи его проходят сквозь них, как сквозь туман».

«Знак тени» — особенные отметины на теле. 

У дампиров имелись врождённые знаки, которые являлись своего рода документом, подтверждавшим их полукровную сущность нежити и человека. Часто жители деревень, перед тем как нанять охотника для работы, требовали доказать, что тот не шарлатан, а сын живой женщины и вампира. Согласно записям Кальме, такие знаки могли проявляться в виде необычных родимых пятен или отсутствия коленного сустава, что и обеспечивало им ту самую «мягкость тканей»

Аббат Кальме, описывая физиологию таких существ, отмечал в своём труде: 

«Их плоть была лишена обычной твёрдости, она походила на мягкое, студенистое вещество без костей, что позволяло им изгибаться и проникать в места, недоступные простому смертному».

Как джампир охотился.

Согласно архивам, джампир видел затаившуюся нежить в пространстве как «сгустившееся мрачное пятно» или полупрозрачный силуэт. Кальме зафиксировал это наблюдение:

«Только те, кто рожден от такого союза, обладают силой видеть вампиров, когда те бродят невидимыми, и только они могут указать на могилу, где скрывается истинный виновник мора».

Когда дампира просили посетить кладбище, то ему не нужен был белый или вороной конь, чтобы найти упира. Если комиссары по вампирам и чиновники использовали «белого жеребца» как животное, чувствительное к проявлению нечисти, для поиска, то дампир полагался на своё внутреннее чутьё и зрение. На кладбище он часто опускался на колени и буквально принюхивался к почве. Он смотрел на поверхность и видел «алое свечение», которое пробивалось из-под земли и исходило от схоронившейся нежити.

Сохранились упоминания, что нюх у джампира был настолько сильным, что он мог выследить вампира по следу.

Прямая цитата из материалов расследований в Сербии (1732 г.), на которые опирался аббат, звучала так:

«Сии джампиры узнают упиров по особому запаху, им одним ведомому, и чуют их присутствие в домах и на кладбищах прежде всех прочих людей».

Инвентарь Сына Тени.

Заговоренные клинки: Обычно короткие ножи без крестов на рукояти. У них считалось, что только «мертвое железо» в руках полукровки способно ранить дух - тень.

Фрагменты саванов: Дампир часто носил с собой кусок ткани, снятый с покойника. С его помощью он «ловил» невидимого вампира, накидывая ткань на пустое место, где он видел "тень", тем самым «заземляя» и материализуя его, чтоб пронзить клинком.

Ветки терновника: Шипы использовались как капканы для духов - "теней".

Ритуал — «Бой с тенью»:

Кальме описывал работу дампира в домах как нечто безумное. Охотник на вампиров входил в помещение, где чах домочадец, и начинал сражаться с пустотой, с воздухом. Он хрипел, наносил сильные удары клинком в пустые углы, будто боролся с невидимой нечистой силой, пока не объявлял, что «дух (вампир в форме тени) связан и изгнан».

Оплата.

За свою охоту на вампиров дампир получал большие деньги, за бесплатно они не брались за дело. Платили ему серебром и золотом, суммы часто были неподъемными для одной семьи, и на визит дампира собирала вся деревня. Иногда платили лучшими жеребцами, скотом, целые отары овец переходили в его собственность. Дампиров кормили лучшей едой и поили лучшим вином. Нередко их освобождали от любых налогов, лишь бы они «присматривали» за кладбищем, чтоб оттуда не вылез вампир.

К дампиру обращались одновременно с почтением и с боязнью, как к мастеру или «сыну тени». Это было уважение, замешанное на страхе и брезгливости. Жители видели в нём «необходимое зло», которое было способно уничтожить другое, более опасное зло. Поэтому их и терпели.

Просто прийти и назваться дампиром было невозможно, их подвергали проверке. Смотрели на гибкость суставов, на обычную тень и на поведение лошадей. Когда тех приводили в конюшню, животные обычно сильно тревожились на ровном месте.

Особенно чутко реагировали на появление джампира жеребцы: они начинали громко ржать, пятились в глубину стойла или вставали на дыбы, словно почуяв в пришельце «вампирскую» кровь. Если конь отказывался подпускать к себе человека или проявлял необъяснимую агрессию, это считалось подтверждением того, что перед общиной стоял подлинный «сын тени», а не шарлатан.

«Жеребцы, кои не знали ещё кобылицы, чуяли в джампире дыхание могилы и отца его; они пятились в страхе, били копытом и оглашали конюшни диким ржанием, не подпуская пришлеца к себе, как если бы пред ними стоял сам упир».

Основной источник (архив):
Огюстен Кальме. «Трактат о явлениях духов, ангелов и демонов, а также о призраках и вампирах Венгрии, Богемии, Моравии и Силезии» (ориг. франц. изд. — 1746 г., доп. изд. — 1751 г.).