"Меч и зеркало", второй том

Выложена еще пара глав. О делах военных, колдовских и любовных.

По мере приближения ему мерещилось, что он слышит голоса монахов, читающих сутры, перезвон ритуальных колокольчиков и удары гонгов, обоняет запах сжигаемых благовоний. А может, и не мерещилось. Несмотря на то, что в Цзинчжоу сменилась власть, а по долине прошла армия восточников, и поток паломников почти прервался, службы в пещерных храмах и монастырях не прекращались, благо новому владыке было покамест не до того, чтоб вмешиваться в размеренную жизнь монахов.

Они жили так без малого пару столетий, но далеко не все пещерные храмы были вырублены в скалах служителями Будды. Некоторые существовали гораздо раньше, раньше даже тех времен, когда индийский принц Гаутама начал свою проповедь.

Наружная часть пещер была предназначена для простых людей, пришедших помолиться и принести жертвы. Те же, кто прошли посвящение, могли проникнуть вглубь горы и под землю, куда вели бесчисленные лабиринты, и там приобщиться иных тайн.

И так было везде, где он побывал, даже в тех странах, где над древними катакомбами были выстроены храмы новых богов – в Самхане, в стране Ва, в Ираншахре. Только у совсем диких племен, не имеющих храмов, было по-иному, да в тех странах, где ради веры в пророка Ису позабыли прошлое.

Но он помнил.

В этом пещерном улье – да, лучше всего назвать это скопище пещер именно так, он не был. Но понимал, как они устроены. Его задача – проникнуть в глубину лабиринта, откуда наставник старухи вынес семя демонического древа, и, вероятно, что-то еще, представлявшее для него ценность. Но не последнее зеркало. Если бы оно оказалось на поверхности в пределах Поднебесной, он бы почувствовал, да что там – другие зеркала сообщили бы ему, ибо те, кто были там заточены, рвались выйти.