Этот день в истории Смуты

Пока я в отпуске мне сложно публиковать блоги, слишком уж домашние дела заедают, но мимо такой даты пройти не могу, ведь события, произошедшие сегодня 5 (15) февраля 1611 года, случились и в романе "Противу други своя". Там я о них пишу лишь вскользь, здесь же расскажу подробнее.

Сегодня капитулировал отряд французских наёмников на шведской службе под командованием Пьера Делавиля, оборонявший Ладогу от русских войск.

Ладога была занята шведским отрядом ещё в августе 1610 года, но почти сразу же была блокирована русскими отрядами. К этому времени царь Василий Шуйский был свергнут с престола, а шведы перешли к прямой интервенции, целью которой было недопущение создания русско-польской унии или, как минимум, отторжение ближайших к шведским владениям русских территорий.

В Русском государстве вовсю бушевала смуты и отряды, противостоящие шведами, представляли самые разные силы. На северо-западе действовали отряды сторонников Лжедмитрия II, королевича Владислава, создававшегося с начала 1611 года Первого земского ополчения. Нередко отряды вообще подчинялись только своим воеводам, но продолжали вести боевые действия.

Делавивль был заблокирован в Ладоге, но довольно энергично оборонялся, отбивая штурмы и совершая вылазки. Он ожидал подкреплений от командующего шведскими войсками Якоба Делагарди. Но две попытки прислать небольшие отряды в ноябре и в декабре 1610 года провалились.

Считая, что Делавиль может продержаться ещё долго, шведский командующий использовал крупные резервы, собранные в Выборге в начале 1611 года не для операции по деблокаде Ладоги, а для попыток взять крепость Орешек и довести до конца осаду Корелы. Обе операции в итоге завершились неудачей.

Очередная вылазка гарнизона под командованием брата шведского командира - Жака Делавиля - завершилась неудачей, что привело к потере почти половины гарнизона. Не получая поддержки французский наёмник капитулировал по почётных условиях.

Делавиль описывал свою сдачу так: "В этом бедственном положении, претерпев два или три приступа, без надежды на помощь, я сдал крепость Ивану Михайловичу, который согласился выпустить меня с оружием и обозом, с развёрнутым знаменем, при звуке труб и со всеми нашими богатствами. Согласно условиям капитуляции, мне отдали моего брата, всех пленных французов, бывших в его распоряжении, мне позволили уйти, куда я хочу. Дали мне в качестве проводника вплоть до шведской границы князя Ивана Можайского, знатного придворного.

Русские сдержали своё слово, они благодарили меня за службу, которую я оказал их стране, хотя под конец я воевал против них. Мне дали понять, что они осаждали меня поневоле и что великий канцлер их страны сделает всё, чтобы убедить меня привести в их службу три или четыре тысячи человек.

Причина, по которой генерал (Делагарди) не пришёл мне на помощь, состояла в том, что ... шведский королевский совет постановил оставить меня в крепости, не доверяя более людям моей национальности; решили дожидаться, когда они смогут с помощью своих людей хитростью лишить меня командования, зная, что с имеющимися у них иностранцами этого сделать нельзя, поскольку иностранцы меня любили. Таким образом, меня оставили на семь месяцев, не послав ни одного письма, хотя дороги были свободными".

Освобождение Ладоги ненадолго осложнило положение шведских интервентов, однако последующее развитие Смуты привело к тому, что и Ладога, и гораздо более значимый Великий Новгород оказались в руках противника.